Виктория Вишневская – Босс, у нас будет малыш! (страница 8)
Снежана
Ну, чёрт! Всё ведь было идеально! Я спокойно стояла, мило улыбалась людям. Пока иностранных гостей нет, помогала Камилле, вливалась в работу, хотя абсолютно ничего не понимала.
А теперь…
Извращенец из того кабриолета уверенно заходит в отель, разговаривая с кем-то по телефону. И по правилам, если он не зарегистрирован здесь, мне нужно его остановить…
А если он тут живёт? Ага, как же! Столичный пижон, блин.
Так, нет. Пусть этим занимается Камилла. Я новичок, мне косяки простительны.
– Ой-ой, – недобро звучит со стороны напарницы. Она шарит ладонью по стойке, заглядывает куда-то под неё, где у нас висят ключи, и вдруг выдаёт: – Снежан, я отбегу, Жанна зовёт.
И оставляет меня одну!
Извращенец всё ближе и ближе, оказывается рядом с моим рабочим местом. Но вроде бы собирается пройти мимо. Делаю вид, что не замечаю его. Однако он поднимает взгляд изумрудных глаз, небрежно кивает мне.
А почему я, собственно, боюсь его?
Он мне ещё за юбку должен. И ущерб моральный возместить.
Мужчина вдруг останавливается. Осматривает стойку. И снова взгляд на меня бросает. И выжидает. Или соображает.
И как говорила мне сестрёнка… Лучшая защита – нападение!
– Вы меня преследуете, что ли? – вырывается неосознанно. Это не то, что я хотела сказать! Нужно было произнести заученное приветствие, попросить у него паспорт! Запомнить имя, фамилию, а после пойти в полицию, написать заявление!
Так! Без паники!
Сейчас и сто тридцать седьмую УК притянем! Нарушение неприкосновенности частной жизни! А он так в мою частную жизнь влез, так… Красный след на попе вчера проходил жутко долго.
– Я тебя преследую? – отключает телефон, выгибая бровь. – Мне кажется, всё с точностью до наоборот. Тебе так понравилось ездить на мне верхом, что решила повторить?
Странно. Он сегодня вообще не игрив, в отличие от вчерашнего вечера. Теперь его слова звучат серьёзно, что бесит меня сильнее.
– А вы ещё и нахал, – приоткрываю губы в изумлении. – Хотя я вчера это и так поняла. Надеялась, что вы мне юбку вернёте или…
– А я ещё что-то натворил? – издевательски выдаёт, облокачиваясь на стойку. – Интересно услышать.
– Вы… – пытаюсь вспомнить, что вчера было.
Всё, что я чувствую, – лютый стыд.
И не предъявишь толком ничего…
Без юбки я ходила. На коленки я садилась.
Грудью его тоже я душила…
– Так. Давайте паспорт сюда, – пытаюсь соскочить с темы. – Я как раз узнаю ваши данные, чтобы пойти в полицию.
Теперь у него два варианта – либо дать свой документ, либо… Уйти отсюда.
Есть третий – он позовёт Жанну, а меня выкинут из отеля пинком. Но тогда я останусь без работы, без зарплаты… Понка – без любимых кроличьих ушек. Ладно, переедем жить к маме. В конце концов, эта мудрая женщина один раз же оказалась права – мне не стоило выходить замуж за Влада.
– Вы, кроме полиции, ещё слова знаете?
– Знаю, – гордо вскидываю подбородок. – Например, их номер. Поэтому если вы сейчас не уйдёте, я всё же заявлю на вас за преследование!
Ух!
Злюсь, глядя на него!
Зубы скрипят, пальцы сжимаются в кулаки.
Но что-то тёплое разрастается в груди, когда ему звонят, и вместо того чтобы язвительно выпалить очередное обвинение – он отвечает, мажет по мне недовольным взглядом и предупреждающе шипит:
– Мы ещё не договорили.
Да у них в «Рассвете» одни дураки живут!
Как таких вообще на порог пускают? Надо проверять, значатся ли посетители на учёте у психиатра.
Да и я что-то завелась. Провожаю мужчину взглядом до самого лифта. Поправляю наглухо закрытую рубашку – определённый плюс в этом месте. Пуговки плотно застёгнуты. И юбка длинная. И каблук небольшой – можно простоять почти весь день.
– Ну, как тут? – Камилла, запыхавшись, подбегает ко мне. – Всё окей?
Сказать ей про неадекватного гостя? Или нет?
– Да нормально, – отмахиваюсь. Лучше забыть. Я вчера уже пыталась. Постирала его футболку, высушила и отдала Поночке. Правда, вместо того чтобы обоссать её, она утащила в свой домик. Что уж она там делает с ней, не знаю, но… Главное, я не вижу.
– Здорово, – одобряюще хлопает Камилла меня по плечу. Это она ещё не знает, что тут было… – Ой, а что это?
Выглядывает за стойку. А там – бумажник. Быстро поднимает его, возвращается на место.
– А что в таких ситуациях делать?
– Ждать звонка от того, кто потерял.
Ясно…
Дальше погружаюсь в работу, подсматривая за Камиллой. Оказывается, звонков от постояльцев – как воды в море. После очередного – напарница поворачивается ко мне и, округлив глаза, выпаливает:
– А ты чего не сказала, что Гордецкий приехал?
Наклоняю голову набок.
– Это кто?
– Ах, да, – бьёт себя по лбу ладонью. Смачно вышло… – Ты же не знаешь. Отлично. Вот иди и познакомься.
Отдаёт мне бумажник.
– Седьмой этаж, номер триста. Только не задерживайся.
Глава 8
Макс
– Смирнова, ещё одна такая выходка, полетишь нахрен, поняла? – ещё чуть-чуть – и я услышу треск телефона.
Ну, как можно быть такой дурой?! Как?!
– Максик, прости… Я не понимаю, что на меня нашло. Но ты тоже пойми. Я нервничаю. И беременна всё-таки. Вот мне и захотелось погулять под дождём…
– Рита. За идиота меня не держи. Беременна она. Сутки прошли. Чтобы сегодня я пришёл домой – и ты была нормальной, мать его, невестой. Или собирайся туда, откуда я тебя забрал. В Зажопинск.
– Поняла я, поня…
Не дослушав, выключаюсь.
Овца драная.
Правильно мне друзья насчёт неё говорили. Дура дурой. Без мозгов, мотиваций. Согласилась на ребёнка, а сама то напивается, то под дождём бегает босиком, снимая это в сторис.
Дура!
Я уже жалею, что выбрал её на роль будущей матери моего малыша. Хотя, честно скажу, примерной родительницей я её не видел. А вот беременной – почему бы и нет?