Виктория Вишневская – Близнецы от бывшего мужа. Душа на разрыв (страница 60)
Не приедет!
Только думаю об этом, как приходит сообщение:
«Я жду у дома».
Быстро подпрыгиваю со стула, засобиравшись.
— Ты куда? — спрашивает Рита. — Уже уезжаешь?
— Да, дети дома маленькие, — говорю правду. Как назло, на улице опять пошёл снег. Боюсь, наметёт, вообще не выберемся. А я к мальчикам хочу!
— Надо было брать с собой, — бубнит другая.
— Отказались, — пожимаю плечами. Целую всех в щёчку, желаю всем удачи и спешу на улицу.
На удивление, не волнуюсь перед встречей с Ярцевым, хотя моя запутанность никуда не пропала.
Это всё вино! Подставляет меня второй раз! Но сегодня, я уверена, ничего не будет. Ни поцелуев, ни тем более намека на другую близость.
О последнем как думаю, дыхание спирает.
Ну, Слава, прекращай! Четыре года без секса держалась, а тут после жамканья груди — всё! Сдалась!
Но-но-но!
— Привет, — открыв ворота, улыбаюсь, завидев Ярцева.
И правда приехал.
— Ты дурак.
Усмехнувшись, отрывается от автомобиля. Всё это время стоял на улице, пока я одевалась?
— А как бы ты ещё добралась без машины до дома?
— Вызвала такси.
— Какой дурак сюда поедет? — спрашивает, заставляя задуматься. Только хочу ответить, как он добавляет: — Кроме меня, конечно.
— Ой, всё, — шагаю к машине, наслаждаясь погодой. Люблю снег и зиму.
— Могла бы ещё посидеть.
— А ты ждал бы здесь?
— Да, надо же мне тебя подкараулить.
— Зачем?!
— Чтобы выкрасть. Логично же? Ты сама не дашься, — открывает мне дверь автомобиля.
— В смысле?
— Я решил тебя кое-куда свозить.
— Демьян… Я ведь говорила, что я ещё не готова.
— Мне пофиг, Пожарская, — кивает на салон авто с ещё открытой дверью. — Ты же знаешь, я умею добиваться своего.
— Знаю, — вздохнув, шлёпаю по снегу и сажусь в тёплый салон.
И этого боюсь сильнее всего.
И в то же время бабочки в животе поднимаются. Демьян романтик — я это помню. Хотя поначалу был мужлан мужланом. Это потом я его немного перевоспитала… Матом ругался много. А у меня уши вянуть начали. Он и исправился.
— И куда ты хочешь меня отвезти? — спрашиваю с интересом, разглядывая машину. Он даже на внедорожнике приехал, чтобы через сугробы было проще пробираться.
— Увидишь.
— Не люблю сюрпризы…
Поэтому по пути пытаюсь всё выведать. Но Ярцев только прибавляет музыку, пытаясь заглушить меня, и смеётся над моими попытками отгадать место.
На полпути я сдаюсь.
Или в конце пути?
Мы неожиданно останавливаемся на обочине под громкое:
— Твою мать!
— Я понимаю, что мы не в браке, но у тебя была самая хорошая тёща! — отшучиваюсь, но понимаю, что что-то не так.
— Шутница моя, — недовольно басит он. — Мы приехали.
— Куда? — оглядываюсь по сторонам. Ничего нет. Только вдалеке какие-то домики. — Это и есть сюрприз?
— Если бы, — смеётся. — Машина сдохла, солнце. Долго стояла, видимо. Наверняка аккумулятор сел.
— У-у-у, — тяну, не паникуя. Просто вижу, как он уже достаёт телефон.
В прошлый раз, когда машина сломалась у меня, я растерялась и истерила. А здесь нет. Потому что Демьян рядом. Знаю, что он всё решит.
Сижу рядышком, молчу, пока он с кем-то созванивается.
По разговору понимаю, что не всё так радужно.
— Не приедут, да? — спрашиваю, когда он отключается.
— Приедут, но к ночи. Намело, а мы ещё и в дебрях. Часов шесть-семь ждать.
— Ну, подождём, — отвечаю легко, упав головой на подушку сиденья.
— Ага, в машине, без печки? — раздаётся со скепсисом.
Ой, а про эти подводные камни я забыла.
— А, остынет же.
— Вот-вот, — щёлкает меня по носу. И приводит в чувства. Эй, чего это я веду себя как маленькая рядом с ним? Соберись, тряпка!
— Жди, — говорит опять, залезая в телефон.
— Да у меня выбора нет.
Через десять минут Ярцев выносит свой вердикт.
— Здесь неподалёку база отдыха, — показывает в моё окно на те самые одинаковые домики, которые я увидела до этого, огороженные высоким забором. — Пошли, я забронировал нам однокомнатный домик. Последний, кстати.
— Лень, — говорю честно, видя весь этот путь по снегу. — Может, тут посидим?
— Я обязательно припомню эти слова завтра, когда ты заболеешь, а потом сляжешь с температурой. Потому что ещё чуть-чуть, и салон остынет. Тебе напомнить, как ты одеваешься? — кивает на мои колготки.
— Да они теплые!
— Выходи, сказал, — говорит с нажимом.
— «Выходи, сказал», — передразниваю его, но слушаюсь. Болеть нельзя, да. У нас в доме много детей. Заражу — потом век мучиться буду, что не послушала Ярцева.