Виктория Вестич – Жена по контракту (страница 7)
— Я придумаю что-нибудь.
— Хорошо… Спасибо вам. Спасибо огромное!
Мне хочется обнять ее или хотя бы благодарно руку пожать, но все это будет выглядеть слишком подозрительно. Так что я просто передаю в руки няни рюкзак Тимура, а сама догоняю сына и присаживаюсь перед ним на корточки.
— Слушайся Татьяну Сергеевну, хорошо? — улыбаюсь я, поправляя его растрепавшиеся волосы.
— А мы тогда поедем в зоопалк? — прищуривается он, как хитрый маленький лисенок.
— Конечно, солнышко. Но маме сначала нужно закончить дела и потом я сразу приеду. И тогда вместе пойдем в зоопарк.
— И папа тоже?
— И папа, — киваю я с тяжелым сердцем.
Тима и сам всегда тянулся к Демиду. Не хватало ему отцовского внимания, чисто мужского, когда и поиграть можно вместе, и спросить что-то интересное, и просто провести время вместе. Сейчас, глядя в карие, почти черные, глаза Тимура, обрамленные по-детски пушистыми длинными ресницами, я жалела о том, что не позволяла Демиду нормально с ним общаться. А что будет, когда Лютый узнает, что это его сын? Как малышу объяснить, что у него внезапно появился другой папа?
Со вздохом встаю с корточек. Надеюсь, Тимур воспримет все это без большого стресса. Если, конечно, Костя сам захочет увидеть сына. А если нет, то проблема отпадет сама собой. Так было бы даже лучше, ведь если Лютому вдруг будет наплевать на сына, то и шантажировать Клим его не сможет. Но о таком оставалось только мечтать.
— Ну, беги в машину, — улыбаюсь я Тимуру.
Сейчас не время и не место обо всем этом думать. Достаточно других проблем, более важных и серьезных. Сначала нужно, чтобы жизни Тимы ничего не угрожало, а уж потом все остальное решать…
Прощаюсь с Татьяной Сергеевной, напоследок обмениваясь с ней долгими взглядами, и иду в дом. На самом деле мне хочется остаться стоять во дворе, провожая взглядом машину, в которой уезжает мой сын, но все это будет выглядеть слишком подозрительно. Так что я с трудом беру себя в руки, машу Тиму на прощание и возвращаюсь в дом. От нарастающей в груди тревоги и волнения неприятно ёкает внутри, словно сердце раз за разом проваливается вниз.
— Катя, попроси, пожалуйста, Семена и для меня машину подогнать. Мне срочно нужно в торговый центр, — говорю я сразу же, как только захожу в гостиную.
— Что-то случилось? — с готовностью отзывается одна из горничных.
— Демид Сергеевич вчера сказал, что у жены какого-то его важного партнера юбилей завтра, нужно срочно выбрать для нее подарок, — выдаю я заготовленную с вечера ложь.
Другой причины поехать в торговый центр я попросту не придумала. Это место идеально подходило: несколько этажей, много народа, несколько выходов. Один охранник просто не в состоянии уследить за всем, а значит, шанс сбежать незамеченной огромный, если не стопроцентный.
— Да, но вы же обычно заказывали что-то абстрактное, никогда не выбирали подарки лично.
— Знаю. Просто я договорилась сегодня встретиться с девочками, попить кофе, пройтись по магазинам. А раз так, то сама ей что-нибудь подберу, — улыбаюсь я вежливо.
Такую внимательную прислугу опасно в доме держать даже если они на тебя работают и всегда тебе преданы, а уж когда они с твоим врагом заодно, то вообще ничего не утаишь…
Прихватываю с собой собранную еще вчера сумку, в которую положила невзрачное серое платье. Останется купить какой-нибудь парик и все.
Если бы мне года три назад сказали, что я буду готовиться к побегу, как героиня какого-то шпионского боевика, я бы просто рассмеялась этому человеку в лицо. Так страшно, что одна случайная встреча однажды может поменять жизнь на сто восемьдесят градусов.
Сажусь в машину, а сама не могу перестать думать о Демиде. Надеюсь, с ним все в порядке, потому что, то, что он сказал вчера, не укладывалось в голове… Я так долго мечтала, чтобы ему вернулись сторицей все мои беды, прилетел бумеранг за то, что он заодно с Климом, а теперь жалею его. И боюсь за него, безумно. Потому что у нас с Тимой есть хоть один человек, которому не все равно…
Хочется набрать Демида, услышать его уставший голос с мягким тембром, который словно прикасается к тебе как кот мягкими лапами. Лишь бы понять, что он жив, что все хорошо. Но нельзя. Знаю, что нельзя. Сейчас каждая минута на счету. Тем более, что нас прослушивают, а еще в телефоне может быть и маячок. Значит, надо следовать совету Рокотова: избавиться от смартфона и купить новый.
Поэтому я только мысленно молюсь, чтобы с Демидом было все хорошо, а еще чтобы у Татьяны Сергеевны получилось спрятать Тимура. Пусть только продержатся немного, пока я не встречусь с Лютым. А после мы объединим наши усилия и раз и навсегда расквитаемся с Климом.
Охранник тем временем паркует машину на платной стоянке под торговым центром.
— Если у тебя вдруг есть какие-то дела, то можешь спокойно ими заниматься, я все равно освобожусь только через пару часов, не раньше, — говорю находящемуся за рулем водителю беззаботным тоном.
— Простите, Софья Алексеевна, но я должен вас сопровождать.
— Ой, да брось, Семен, кому я тут нужна? Конечно, Ира мне точно завидует, но не до такой степени, чтобы покушаться на мою жизнь, — фыркаю я и весело смеюсь.
— Софья Алексеевна, вы же знаете… — укоризненно качает головой охранник.
Мы встречаемся взглядами в зеркале заднего вида. Хороший парень. Как же жаль, что он работает на Клима.
— Да знаю я, знаю, Семен, — вздыхаю я, — Ну дай хоть с подругами поболтать нормально, а по магазинам, так и быть, я тебя позову с собой. Не самой же все эти сумки таскать.
Судя по кислому виду, охранник явно был в восторге от перспективы ходить за мной по всяким бутикам и носить за мной пакеты с покупками, так что только сдержанно кивнул.
— Позвоните, когда освободитесь?
— Конечно, Семен.
Выскальзываю из салона и тороплюсь ко входу. На бегу достаю телефон и делаю вид, что разговариваю с мифической подругой, чтобы окончательно развеять все подозрения. Уже на ленте эскалатора смотрю точнее карту торгового центра — еще дома я нашла магазин, где продают парики, остается только его найти. Как и салон сотовой связи.
Уже спустя десять минут я закрываюсь в кабинке туалета на втором этаже. Быстро переодеваюсь в прихваченные из дома вещи и натягиваю на голову купленный парик. Светло-русый почти-блонд сменяется на копну густых темных волос. Придирчиво осматриваю себя в зеркальце. В таком виде меня мало кто узнает даже из знакомых, пожалуй, особенно если постараться и накраситься совсем не так, как я крашусь обычно.
Это решаю сделать в общем тамбуре возле раковин, там точно будет удобнее. Выдыхаю негромко. Ну вот и все. Остается главное.
Телефон звонит прямо в моей руке в тот момент, когда я уже собираюсь отключить его выбросить в урну в туалете. Номер незнакомый и я смахиваю вызов без раздумий. Но буквально через секунду смартфон оживает снова. Вместе с навязчивой трелью в душе поднимается беспокойство. А если это с Демидом что-то случилось? Или это Татьяна Сергеевна? Просто набрала со своего мобильного.
Дрожащими пальцами нажимаю на зеленую трубку и прижимаю телефон к уху.
— Слушаю.
— Мама!
Сердце ухает куда-то вниз.
— Тима? Тима, все хорошо? Няня рядом?
— Мама, пливет! — смеется весело Тимур.
— Привет, Сонечка, — слышится в трубке спокойный голос Клима.
Внутри меня прямо по центру груди разрастается дыра. Ее разъедает едкая, черная, сжигающая ненависть вперемешку с животным ужасом.
Клянусь, раньше я никогда и помыслить не могла о том, чтобы пожелать человеку что-то плохое. Но Корнееву я желаю всё, абсолютно всё зло мира, начиная от самых страшных болезней и заканчивая мучительной смертью. Желаю и боюсь его до одури.
Потому что у него мой сын.
— Почему молчишь, Соня? Мы вот звоним тебе сказать с Тимуром, что ему очень нравится проводить время у дедушки Клима. Да, Тим? Позовем маму к нам в гости? Устроим праздник, съедим торт. Любишь торты, Тима?
В трубке я слышу отдаленно звонкий веселый голос Тимура и его радостный смех. Слушаю его и давлюсь от слез. Прикрываю рот ладонью, чтобы Корнеев не услышал рвущихся наружу рыданий. Иначе все. Он поймет, что победил.
— Так что мы ждем тебя, мамочка. Приезжай скорее, не заставляй Тима плакать и расстраиваться, — нараспев произносит Клим и сбрасывает вызов.
В динамике звучат короткие гудки, каждый из которых ударом в набат отдается где-то в затылке. Ритмично и громко, подстраиваясь под удары сердца и одну короткую ясную мысль:
Ненавижу.
Ненавижу.
Ненавижу.
Глава 7
Набираю Демида снова и снова. Выбрасываю в урну парик, который не пригодился, бегу вниз, к парковке, а сама на ходу продолжаю раз за разом звонить ему. Сначала вызов сбрасывался сам и в трубке не было ничего, кроме коротких гудков, а потом телефон и вовсе стал недоступен.
Чертыхаясь, вылетаю на парковку и едва ли не сразу впечатываюсь в Семёна.
— Софья Алексеевна, а я вас как раз жду, — он придерживает меня за руку, не давая упасть.
— Поехали, — тут же бросаю отрывисто.
Водитель без промедления направляется к машине следом за мной, на ходу убирая сигнализацию. Пристегиваюсь дрожащими руками и, когда машина выезжает с парковки, опоминаюсь:
— Нам нужно не домой.
— Я знаю.
— И даже в курсе, куда ехать? — спрашиваю я как бы невзначай.