Виктория Вестич – Развод с миллиардером (страница 24)

- А твой босс не очень-то с женщинами церемонится, раз такие приказы раздает.

- Просто знает из какого вы, бабы, теста. Садись, говорю.

Вздохнув, я шагаю к машине и забираюсь на переднее сиденье. Знаю же, что Шалтай настырный, точно не отстанет. Лоб расшибет, но задание Мансурова выполнит.

Я, конечно, могу поехать в квартиру, что мы с девочками снимаем, но вдруг этот гад будет снова соглашением пугать? Как-никак мы договаривались, что для конспирации будем жить вместе. Так что я решаю не спорить и вскоре Шалтай высаживает меня у элитной многоэтажки. Еще и ключи вручает вдогонку.

Но воспользоваться ими у меня не получается. Ключ никак не входит в скважину и, помучившись с полминуты, я решаю позвонить в дверь.

Уже через секунд двадцать ее передо мной распахивает незнакомка. Я вначале даже теряюсь, не зная, что сказать. Гладко зачесанные в гульку волосы, опрятная одежда, без макияжа. По возрасту около тридцати. На всякий случай кошусь на номер квартиры. Вдруг адрес спутала?

- Здравствуйте, - первой реагирует девушка, - вы Анна?

- Да, - мямлю, растерявшись еще больше.

- Проходите. Демьян Михайлович в душе, просил впустить вас, когда вернетесь.

В душе?? Он что, с любовницей тут развлекался?!

Я, конечно, жена фиктивная, но осадочек все равно неприятный…

Хотя подождите. Кто любовника по имени-отчеству называет? Разве что если любовник – дед. Одной ногой сами знаете где.

- А вы… - бормочу, входя внутрь и прикрывая за собой дверь.

- А, я же забыла представиться! Я Карина, горничная. Извините, Анна Павловна, я еще совсем не привыкла, что Демьян Михайлович женат.

Карина? Где-то я это имя уже слышала…

Точно! Мансуров же упомянул, что посуду ему Карина купила, когда борщ мой уплетал. Может он как раз о ней говорил?

- Ничего, - я улыбаюсь вежливо.

- Я вернусь к своим обязанностям? Или есть какие-то пожелания?

- Нет-нет, ничего не нужно. Я… пойду…

Почему-то чувствую себя неловко рядом с Кариной. Она еще и смотрит с таким плохо скрываемым интересом. Так и читается во взгляде «И что он в тебе нашел?». Надоело, что все смотрят на меня, как на диковинную игрушку и постоянно думают, что вот они бы точно подошли на роль жены миллиардера лучше.

А я, между прочим, к этому самому миллиардеру в жены и не набивалась! Быстрее бы он уже выяснил, кто нас поженил и зачем… может тогда и необходимость его супругу изображать отпадет.

С непривычки теряюсь в комнатах и толкаю дверь туда, где вроде бы должна находиться спальня. Но вместо этого оказываюсь на пороге рабочего кабинета. Автоматически зажегшийся свет озаряет дорогой стол из темного дерева, полки с книгами, мебель. Воздух терпко пахнет одеколоном Демьяна и кожей. Наверное от дивана?

Шагаю вперед и ноги утопают в высоком ворсе. Интересно оказаться в месте, где человек делает большие деньги. Все постоянно ищут какие-то секреты, окружают себя вещами по фен-шую и слушают книги крутых бизнесменов, чтобы хоть ненадолго прикоснуться к роскоши. Но меня тянет в это помещение не поэтому.

Это же кабинет Демьяна. Тут буквально все пропитано им. И каждую вещь тоже он наверняка выбирал. Прохожу дальше и оглаживаю пальцами гладкий краешек стола. Подхватываю тяжелую рамку с фото и разглядываю его. Тут его семья: мать, отец, дед и брат с сестрой.

Хмыкаю тихо. Мне в эту рамку никогда не попасть. Я же просто фиктивная… Да и не надо, наверное… мы совсем разные, из разных миров.

Почаще надо себе об этом напоминать.

- Ошиблась дверью? – раздается позади низкий голос с хрипотцой.

Вздрагиваю всем телом и чуть не роняю из рук фоторамку. Лишь чудом удается удержать ее.

С грохотом шарахаю ее на место. Чувствую себя как вор, застигнутый на месте преступления.

- Ты чего пугаешь?! – возмущаюсь я, разворачиваясь к Демьяну.

И застываю, потрясенно пялясь на него широко распахнутыми глазами. Мансуров стоит передо мной полуголый. Опять. Ноги обернуты полотенцем, по крепко сложенным мышцам торса сбегают капли воды.

Он неторопливо, даже с какой-то ленцой вытирает волосы вторым полотенцем. А я невольно разглядываю татуировки на его теле.

Взгляд сам собой цепляется за тонкую дорожку волос, убегающую от пупка вниз, за край полотенца, и я шумно сглатываю.

И тут я осознаю, что пауза-то затягивается, а я стою и пялюсь на практически голого фиктивного мужа. Надо как-то спасать ситуацию! И честь свою девичью заодно! Где это видано, чтобы честная девушка так на мужика глазела!

И я не придумываю ничего лучше, чем возмутиться:

- Что у тебя за мода, полуголым разгуливать?!

Демьян вскидывает вверх бровь и убийственно спокойным тоном интересуется:

- А в душе теперь нужно мыться одетым? В галстуке или без?

На секунду зависаю, но тут же нахожусь:

- Не паясничай! Ты знаешь, о чем я говорю! Думаешь, раз мы женаты, то можно вот так вот… - сбиваюсь, не зная, в каком грехе Мансурова обвинить, и просто обвожу его рукой.

- Что «вот так вот»? – веселится он.

- Причиндалами светить, вот что!

- А я еще ничем и не светил. Но раз ты так просишь… - тянет Демьян с ухмылочкой.

- И ничего я не…

Договорить не успеваю. Слова застревают в горле, потому что Мансуров легким движением руки сбрасывает полотенце со своих бедер и остается совершенно голым.

Глава 26

Потрясенно замолкнув, я стою и пялюсь на абсолютно голого Демьяна. Лишь спустя секунд двадцать опоминаюсь и закрываю глаза ладошкой. Меня затапливает по самую макушку смущением.

Я в жизни никогда столько не смущалась, как рядом с Мансуровым. Вот же “повезло” его встретить!

- Ты с ума сошел! Маньяк! Немедленно прикройся! – выпаливаю чуть ли не речитативом.

- Вот все вы, женщины, такие. Сначала выпрашиваете, глаз отвести не можете, а потом строите из себя недотрог.

Вот же… сволочь! Я так злюсь, что даже руку от лица убираю и негодую:

- Это кто выпрашивал?? Кто глаз отвести не мог?

Мансуров и бровью не ведет. Пожимает плечами как ни в чем не бывало:

- Ты, конечно. Думаешь, я не видел, как ты пялилась?

- И как же я, по-твоему, пялилась?

- Как-как. Голодно.

- Да ты… - задыхаюсь я от возмущения, - ты вообще! Ни стыда, ни совести, ни трусов!

- Да-да, конечно, отнекивайся, - отмахивается Демьян с таким видом, словно я действительно очевидное отрицаю.

- Я вообще просто взглядом окинула! Чтобы э-э-э… масштабы бедствия оценить!

- И как масштабы?

- Катастрофически разрушительные.

- Я так и знал, - ухмыляется он. – Десять баллов из десяти. Такое землетрясение могу устроить – мало не покажется. Если вдруг захочешь…

Демьян делает шаг ко мне, не переставая плотоядно ухмыляться, и я тараторю:

- Вообще-то я имела в виду в плохом смысле! Твой чижик…

- Погоди, - прыскает он, - кто-кто?