Виктория Вестич – Мой лучший босс (страница 12)

— Все три проекта домов разработаны от и до? Все пожелания учли? — уточняю на всякий случай. Заказчик, Максим Горский, слишком придирчивый человек, мнение свое может поменять за пять секунд. И роли не играет, что до этого он полчаса назад одобрил совсем другой вариант.

— Да, Марк Захарович, все полностью учтено, я лично проследил! — Вениамин кивает в ответ. Профессионал своего дела, в нем я уверен на сто процентов. А вот в «стабильности» инвестора нет.

Не люблю работать с настолько проблемными клиентами. Но Горский за свою проблемность платил серьезные деньги, так что стоило сжать зубы и просто работать.

— Что по финансовой стороне вопроса? — впервые за все утро бросаю взгляд на Машу.

Мышка старательно избегает моего взгляда, но выглядит все такой же уверенной и сосредоточенной, как в первый день. Может, за выходные пришла в себя, потому что отчитывается о проведенной работе она четко и по делу, без намека на личную неприязнь.

— Для каждого из вариантов смета проработана точно?

— Да, все расходы мы согласовали, абсолютно все сценарии учтены. На непредвиденные затраты отведено 15 %, — произносит Маша официальным тоном.

Взглядом скольжу по сотрудникам, пока Комарова-Никольская шуршит листами и замечаю, что на нее беззастенчиво пялится ответственный за проект Павел Ледов.

— Мария Викторовна, менеджер проекта проверял сметы? — выразительно смотрю на него, и мужчина немедленно отводит взгляд от Маши и нервно ослабляет галстук. Уточняю холодно, — Он должен следить за ходом разработки и руководить подготовкой всего проекта.

Мышка молчит, бросает беспомощный взгляд на Ледова. Не хочет сдавать сослуживца? Отлично, сердобольные работники покрывают безответственного.

— Н-нет, — тихо звучит честный ответ. И смотрит на менеджера так виновато, будто она сама проштрафилась, а не этот лодырь пренебрег своими обязанностями.

— Поговорим после отъезда Горского, — говорю Павлу, а после обращаюсь к Маше, — спасибо, присаживайтесь.

Видимо, мой тон точно не сулит ничего хорошего, потому что Ледов съеживается и обреченно кивает.

— У Павла Семеновича мама тяжело заболела, — внезапно подает голос моя блондинка.

— Это повод не работать? — удивленно поднимаю брови.

— Это повод быть к нему снисходительнее!

— Пожалуй, если бы вы управляли фирмой, то только поощряли бы работников за прогулы по «уважительным» причинам, — не удерживаюсь от ядовитой шпильки. — Но вы не управляете. К счастью.

— Это просто человеческое отношение к сотрудникам!

— Которое меня разорит, — отрезаю жестко и с нажимом приказываю, — садитесь на свое место, Мария Викторовна.

В ее глазах полыхает упрямый огонь и даже невооруженным взглядом видно, каких трудов ей стоит сдержаться и сесть на свое место.

И без того напряженная атмосфера в переговорной нагнетается еще сильнее. Нервы взвинчены до предела ожиданием, еще и Маша пустой перепалкой при подчиненных подлила масло в огонь. Замечаю, как она переглядывается с Ледовым — в его глазах столько горячей благодарности, что меня чуть ли не тошнит.

Чтобы никого ненароком не придушить, хватаю папку и в десятый раз изучаю ее содержимое.

— Господин Горский прибыл! — Леночка без стука забегает в переговорную и тут же исчезает, чтобы встретить и проводить важного гостя.

На работе все разом отходит на второй план. Поднимаюсь со своего места, чтобы встретить инвестора. Он не заставляет себя ждать — мужчина лет сорока с подтянутой фигурой и намечающейся залысиной появляется на пороге. Горский прекращает отпускать шуточки и комплименты секретарше, пожимает мою ладонь и обегает взглядом зал.

Останавливает его на Маше и улыбка его становится довольной настолько, словно только что он сделал ставку на последние деньги и сорвал куш. Отлично, раз новая жертва найдена, значит, деловые переговоры превратятся в балаган. Горский слишком любил женское внимание, тем более от красивых девушек.

— Рады вас видеть, Максим Евгеньевич, — хмуро говорю я, опускаясь в свое кресло.

— А я как рад вас видеть, — едва ли не пропел он, глядя в сторону Маши и занимая отведенное ему место. Даже интерес к происходящему потерял.

Раздражение растет снежным комом, кипит внутри. Никогда так часто меня не выводили из себя. Даже в самые сложные времена удавалось сохранять трезвый рассудок и хладнокровие. Но не когда на мою сотрудницу открыто пялится инвестор! Хоть немного успокаивает только факт, что Маша игнорирует навязчивый интерес.

— Вениамин Алексеевич, расскажите Максиму Евгеньевичу обо всех трех проектах домов. Все преимущества и недостатки каждого, — говорю как можно более дружелюбно и придвигаю к Горскому папку с подготовленными копиями документов. Пора уже приступить к делу.

Весь доклад Горский слушает с интересом, даже пару уточняющих вопросов задает, а в конце с радостным воодушевлением кивает:

— Отличная работа, отличная! Все варианты хороши, но больше всего мне понравился третий. Только я хочу, чтобы гостевые домики имели полностью панорамные стены. Ну, стеклянные, короче. Крышу можно оставить обычной, хотя я был бы не против прозрачной. Представляете, как будет круто? Какой вид на лес из окна! На ночное небо!

В переговорной повисает обескураженное молчание. Вениамин бледнеет так, что мне становится за него страшно.

— При всем уважении, Максим Евгеньевич… Мы можем сделать панорамные окна с одной стороны, и то не во всю стену. Не позволяет конструкция и… — попытался вразумить заказчика архитектор.

— Значит, ее надо поменять! — Горский непреклонен.

— Максим Евгеньевич, гостевые домики ведь будут строиться в Карелии. Зимой содержание такой постройки будет выливаться в баснословные суммы. К тому же, при снегопадах… — говорю я, но Горский раздраженно перебивает:

— Я плачу деньги! И я хочу, чтобы мне сделали то, что я прошу!

— Рискну заметить… простите, — робкий голос Маши звучит как раз в тот момент, когда мне хочется громко и со смаком выругаться. Она игнорирует мой неодобрительный взгляд и обращается к Горскому, — но даже не третий, а первый вариант самый выгодный для вас. Тот, который вы предлагаете… дом выйдет красивым, не спорю, но затраты на его содержание действительно огромны. За год вы будете терять сумасшедшие суммы, которые вряд ли покроет прибыль от сдачи гостевых домиков в аренду.

Она рассказывает очевидные вещи таким тоном, будто объясняет все ребенку. Прекрасно, просто прекрасно, сейчас еще скандала не хватало со стороны инвестора, что кто-то из моих сотрудников (угадайте, блин, кто!) позволяет себе подобное.

Но, к моему удивлению, на лице Горского расцветает довольная улыбка.

— Как приятно иметь такого прекрасного сотрудника, который все объяснит доходчиво и понятно, — Максим практически мурлычет, пожирая Машу взглядом. Она застенчиво улыбается, словно стажерка, которая работает всего пару дней, и чуть ли не краснеет.

Да твою мать! Как можно вестись на такую откровенную лесть?!

— А почему бы вам не собраться и не приехать ко мне в Карелию? — оживляется заказчик, — Осмотрите сами место, где будет вестись стройка, заодно и отдохнете. А там точно решим, какой вариант мне подходит. Заодно и этот, как его… тимбилдинг вам будет. Командный дух там, все дела.

— К сожалению, мы не можем прервать работу в начале недели, — отрезаю я, — нужно закупать материалы и готовиться к строительству.

— Но как же готовиться, когда я еще не одобрил ни одного проекта и документы не подписал? — притворно удивляется Максим Евгеньевич. — А решение свое скажу только после того, как вы сами посмотрите на место, которое я выбрал. Там уже есть главный дом, не переживайте! Я оплачиваю перелет ваших сотрудников, задействованных в проекте! Вы сами поймете, как там нужны панорамные стены! Ну, или переубедите меня, — от многозначительной улыбки меня коробит.

Как же я жалею в этот момент, что не успел сбросить пар в спортзале! Горский нахально улыбается и разглядывает Машу. И я не могу понять, что бесит меня больше — этот факт или то, что подписание контракта на дьявольски огромную сумму откладывается из-за такого дурацкого повода.

— Не больше двух дней, — говорю обреченно. Что еще остается?

— Конечно-конечно! — поспешно кивает Горский и я готов поклясться, что мысленно он потирает руки. — Что ж, мне пора бежать. Дела, дела!

Проводы инвестора проходят даже быстрее, чем его встреча. Он пожимает мне руку, бросает прощальный выразительный взгляд в сторону Комаровой и исчезает из переговорной. Прекрасно, вот и весь ответ, почему сорвалась сделка — просто миллиардеру захотелось себе в «коллекцию» ночь с блондинкой, имени которой он даже не удосужился узнать.

Хуже всего, что Маша улыбается так, будто сейчас сделку века заключила. До чего же наивная девчонка!

— Все вон. Никольская останьтесь, — приказываю грубо.

Опускаюсь в свое кресло и смотрю на нее исподлобья — жду, когда сотрудники торопливо сгребут свои вещи и исчезнут, оставив нас наедине. Под моим тяжелым взглядом мышка чувствует себя неуютно: несколько раз взволнованно поправляет волосы, рассеянно перебирает бумаги.

Наконец мы остаемся одни за плотно закрытой дверью.

— Что это было только что? — холодно уточняю я.

— Я сэкономила вам на строительстве несколько миллионов и уберегла от провального проекта, — рапортует она невозмутимо.