Виктория Вестич – Чужая жена для главы мафии (страница 5)

Только. В сказке.

А я, дурочка, повелась. Влюбилась, как полная идиотка, расцвела, готовила торжество, выбирала платье, а сама земли под ногами не чувствовала от счастья, будто летала.

По щекам текут слезы, и я поднимаю на свое отражение в зеркале взгляд. Макияж окончательно испортился, копна каштановых волос, завитых в легкие кудри, рассыпалась по плечам, а шикарное платье жалко висело из-за испорченного корсета.

Но хуже всего, что в какой-то из комнат этого огромного дома сидел он. Тот, кто должен стать моим первым мужчиной. Чужой, опасный, холодный. Ждет завтрашнего дня. Точнее, ночи, когда я вернусь с результатами от чертового гинеколога и он убедится, что я девственница. А после… Я всхлипнула, закрывая рот ладонью.

И виноват во всем этом Паша.

Но как я не ненавидела его сейчас, все равно в глубине души надеялась, что он все-таки поможет. Если не придет сам меня вызволять, то поднимет каких-нибудь знакомых через связи, заплатит, кому следует, позвонит в полицию. Сделает хоть что-нибудь, в конце концов! Я же его жена, он мне в любви признавался столько раз…

Бросаю взгляд на обручальное кольцо. Оно жжет кожу, словно раскаленное и я, давясь слезами, быстро стягиваю его с пальца и отшвыриваю подальше от себя. Ненавижу!

Душ я так и не принимаю. Просто нет сил. Только умываюсь, чтобы смыть остатки размазавшейся туши, переодеваюсь в халат и без сил падаю на кровать, не прекращая беззвучно плакать. В какой момент я засыпаю, не понимаю и сама. Просто на гудящую после событий голову опускается спасительная тьма, в которую я проваливаюсь и тону. И у этой тьмы глаза такие же, как у Севера — человека, который безжалостно вынес мне приговор.

Глава 3

После утреннего душа я переодеваюсь в принесенные Камиллой вещи — свободные брюки и блузку. Волосы просто зачесываю назад, но вот резинки у меня нет, так что приходится оставить их распущенными. Первым делом выглядываю в окно, пытаясь разглядеть окружающий особняк двор, но только убеждаюсь в словах служанки, что выбраться незаметно отсюда не выйдет. Камеры, охрана, огромный двухметровый забор, еще и собаки бойцовские по немалому участку бегают свободно! Я насчитала как минимум трех.

Даже если учитывать, что я внезапно превращусь в марафонца и добегу до ограждения за тридцать секунд, вверх на два метра я подпрыгнуть никак не смогу. А пока буду искать, на что бы встать, чтобы перелезть, меня не только собаки схватить успеют, еще и охрана неторопливым шагом обойдет этот самый забор и примет меня с обратной стороны.

Я меряю шагами комнату, не переставая нервно покусывать костяшки пальцев. Остается только надеяться, что либо Артур передумает мстить так брату, либо Паша поможет мне. Очень надеюсь, что он эту ночь не сидел без дела, потому что кроме него одного никто даже не в курсе, где я.

В дверь стучат и я тут же иду открывать дверь.

— Госпожа, хозяин приглашает вас завтракать, — тут же кланяется Камилла. Ох, тут что, вся прислуга привыкла кланяться, как королю какому-то?

— Завтракать? — не скрываю я удивления.

— Да. Пойдемте я провожу вас.

Мне хочется сказать, что в этом прямом коридоре я точно не заблужусь и лестницу тоже найду, но девушка точно не виновата во всем, что случилось. И грубить ей не хочется, поэтому просто иду следом. Камилла снова раскланивается, едва мы заходим в столовую, и тут же испаряется.

Север сидит уже за накрытым столом, неторопливо листает что-то в телефоне. Снова на нем брюки и рубашка идеально-белого цвета, а пиджак, я заметила, лежит на небольшом диванчике в углу. Одевается, как бизнесмен, но разве они похищают людей? Или теперь у богатых такое развлечение?

— Ты украл меня, а теперь как ни в чем не бывало завтракать с собой заставляешь?! — не выдерживаю я.

Артур бросает на меня взгляд поверх телефона и возражает:

— Не украл.

— А как это тогда назвать? Ты силой меня увез после свадьбы!

— Скажем так, не увез, а ненадолго позаимствовал у мужа, — вздергивает в издевательской усмешке уголок губ Север, откладывая телефон в сторону. Повторно окидывает мою фигуру взглядом, но уже куда более откровенным. Нагло задерживается на груди, бедрах, возвращается к лицу. На его лице появляется какая-то хищная усмешка.

— Позаимствовал?! — задыхаясь от возмущения, переспрашиваю я, — Я тебе что, собачка или игрушка какая-то?

— Тебе обязательно нужно, чтобы тебя назвали как-то так? Любишь словечки погрязнее, принцесска? Секс-кукла устроит? Или… хм… — Артур откидывается на спинку стула, с показной задумчивостью потирает подбородок, — может, моя подстилка? Так тебя назвать?

Я молчу, только не свожу с него глаз. Каждую клеточку затапливает обида. Но Север словно не замечая этого, холодно приказывает:

— Отвечай, когда я спрашиваю.

— Нет.

— Тогда не спрашивай. Ты просто жена моего брата. Считай, мы любовники на одну ночь. Говорят, измена щекочет нервы, поэтому секс на стороне в разы лучше. Посмотрим сегодня, правда ли это.

— Так нельзя… — выдыхаю я.

Север хмыкает, чуть подается вперед, и улыбается:

— Запомни одну простую вещь, принцесска: мне плевать, как это называется и выглядит со стороны. Грязно, противозаконно, пошло, аморально. Мне плевать. Захлопни свой красивый ротик и садись завтракать, если не хочешь, чтобы я прямо сейчас разложил тебя на столе без всяких проверок и взял силой.

Угроза звучит абсолютно реально еще и потому, что Артур не сводит с меня холодного расчетливого взгляда. Вздрагиваю и качаю головой:

— Ты так и общаешься с женщинами? Запугивая?

— Алина, — в голос добавляются угрожающие нотки, — Я планирую отпустить тебя после сегодняшней ночи, но чем больше ты треплешься, тем ниже шанс, что ты вообще отсюда выйдешь живой.

Украдкой скольжу взглядом по своим рукам и меня осеняет. Гордо вскидываю подбородок и говорю твердо:

— Нет. Ничего вообще не будет.

Север заинтересованно вскидывает бровь и складывает руки на груди с крайней степенью интереса на лице. Мол, давай-давай, послушаю, что ты скажешь.

— Я с Пашей развожусь, ясно? Можно считать, что я уже не его жена и жить с ним не буду. Вот, видишь, — демонстрирую я правую руку.

— Что я должен увидеть? — уточняет Артур.

— Кольца нет!

— Мне плевать, — пожимает он плечами с титаническим спокойствием.

— То есть? — растерявшись, спрашиваю я.

— То, что ты сняла кольцо с пальца, ничего не значит, — криво ухмыляется Север.

Плюхаюсь на стул напротив него, беспомощно окидываю взглядом комнату. И, не выдержав, в сердцах припечатываю:

— Какие же вы оба уроды, Звягинцевы!

— Полегче на поворотах, принцесска, — сощуривается Артур и ухмыляется, — Хотя меня это не касается. У меня другая фамилия.

— Вы сводные?

— Это не имеет значения. Завтракай и сразу после этого тебя отвезут к врачу.

Я хочу возразить. Мне вообще хочется высказать ему все, что думаю, но — секунда, и я беру себя в руки. Послушно беру вилку и отправляю в рот кусочек румяной вафли, политой сиропом. Не потому, что смирилась или испугалась — черта с два я сдамся! Просто в голову пришла одна важная мысль: раз отсюда сбежать нереально, надо поскорее выбраться из этого места.

А значит, мне как можно скорее нужно к этому самому врачу. Там не будет огроменного забора и кучи бойцовских собак. Шанс сбежать куда выше, чем если сидеть здесь. Да даже если не удастся скрыться от охраны, просто расскажу обо всем доктору! Попрошу вызвать полицию и пусть разбираются дальше с Пашей, как хотят. А заодно и Север заработает статью о похищении человека. Так и надо ему!

— Ты как-то подозрительно притихла, — вырывает меня из мыслей о мести голос Артура.

— Я завтракаю. Что тут подозрительного?

— Молча? Для человека, который вчера тыкал в меня пистолетом и грозился убить, как-то подозрительно спокойно, — хмыкает мужчина, — И я впервые вижу, чтобы завтракали с такой кровожадной ухмылкой.

— Я просто голодная.

— Не сомневаюсь. А теперь послушай сюда, принцесска, — от показной веселости Севера не остается и следа. Он подается вперед и продолжает, — Тебе это все может показаться игрой и ты, как я понял, до сих пор не понимаешь, куда и к кому ты попала. Можешь попробовать убежать, если хочется побегать по городу от моих парней. Я скажу им, чтобы немного спустили поводок. Но даже в момент, когда тебе будет казаться, что ты победила и сбежала — это будет не так. Ты со мной ровно до того момента, пока я не решу, что ты свободна. Твое «нет» здесь не играет роли. Точка.

— Предлагаешь просто смириться?

— Предлагаю расслабиться и получать удовольствие, — ухмыляется Север и поднимается со своего места, — Это лучше, чем побывать под толпой парней, которую с радостью организует твой муженек.

— Перестань меня пугать! — восклицаю я, хотя от его тона мурашки по коже бегут.

— Я говорю правду. Поверь, если я сейчас позвоню Паше и скажу ему, что срочно нужно найти десять любовников для его жены в обмен на его шкуру, он найдет их в течение получаса. И даже когда по кругу тебя пустят, постоит рядом и посмотрит, если будет знать, что его больше никто никогда не тронет.

Слова застревают в горле, а во рту становится сухо от этих слов. Нет, не может быть. Не настолько же Паша мразь. Он же… он хоть немного, но любит меня. Да?

— Это не так. Он так не поступит, — выдавливаю едва слышно.