Виктория Вера – Маленькая хозяйка большого герцогства (страница 33)

Несколько раз моргаю и встряхиваю головой. Что спросил Рамиз? Ах да…

— Всё хорошо, я не против остановиться. Передайте моё распоряжение. Только… Рамиз, я хочу, чтобы вы или кто-то из моих стражников помог мне выйти из кареты. Пожалуйста.

— Конечно, ваша светлость, — кивает с пониманием, отдаёт короткие команды отряду и спешивается.

Карета проезжает немного вперёд и останавливается. Дверь отворяется, и Рамиз помогает выйти.

Мне просто нужно было немного времени, чтобы собраться с мыслями. Выдыхаю и заставляю себя расправить плечи.

— Эммилина, — демон тут же оказывается рядом и тянется перехватить мою руку, но я помню этот фокус и успеваю сцепить пальцы обеих рук перед собой. Он замечает этот жест и отступает.

— Добрый день, прошу прощения, ваше сиятельство. Я без приглашения, но… но мой разговор не займёт много времени.

— Конечно, — выдыхает и делает шаг в сторону, пропуская меня чуть вперёд.

Несколько шагов и я равняюсь с застывшей Алессиньей, чей пунцовый цвет лица соперничает с цветом алого платья. Впервые вижу её без высокой причёски. Нужно сказать, так она выглядит… почти мило.

— Доброго вам дня… — кивком приветствую мужчину, который придерживает Алессинью под локоть, — ваша светлость.

И всё-таки это герцог… уж слишком похоже они с Алессиньей кривят рты… сразу видна родственная связь.

Короткая улыбка обоим и я, не задерживаясь, шагаю вперёд, ощущая дыхание демона за своей спиной.

В особняке что-то изменилось. Здесь словно стало менее уютно и более… пусто? Отмечаю это, продолжая следовать вперёд, пока не осознаю, что не знаю, куда идти.

— Думаю, нам лучше пройти в кабинет… ваша светлость, — его голос звучит взволнованно… а может, мне это кажется и он обеспокоен разговором с герцогом… или с Алессиньей… или с ними обоими. Кажется, у них тоже должна была состояться какая-то сделка.

Киваю и следую за ним.

В кабинете распахнуто широкое окно, за которым простирается знакомый сад. Ветерок треплет занавески, наполняя комнату запахами травы и цветов.

Демон прикрывает дверь, а я крепче сцепляю руки и всё больше ощущаю нервозность.

— Ты голодна? Конечно, голодна, — отвечает сам себе. — Наверное, стоило пройти на террасу, там накроют стол…

— Я не голодна, ваше сиятельство, и уж тем более меня не впечатляет кухня Фрэй Дау... — почему-то начинаю злиться.

Отводит взгляд и сжимает зубы так, что я вижу, как двигаются его желваки.

— Мне нужно переговорить с вами по делу, — немного успокаиваюсь, и голос звучит мягче. — У меня мало времени и кабинет вполне подойдёт.

Сейчас не до препираний и нужно держать себя в руках.

— Присаживайся, где тебе будет удобно, — неопределённо обводит рукой кабинет.

Выбираю кресло рядом с окном и опускаюсь в него. Демон садится в соседнее и впивается в меня взглядом цвета голубого льда.

Сейчас всё, что было в полутьме кареты, кажется выдумкой, игрой моего разума. Едва сдерживаюсь, чтобы не подскочить и не сбежать отсюда. Сильнее сцепляю пальцы рук, так что они белеют.

— Я… то есть, у меня есть… — сглатываю вязкую слюну и стараюсь собрать воедино мечущиеся мысли, — некоторое предложение… ваше сиятельство. Да. Мне нужен доступ к горам. Точнее, к горе, туда, где очень холодно. Как вы, возможно, знаете, в Эон Нидао производятся шины для колёс... для карет…

— Знаю, Эмма. Просто расскажи, в чём дело. Я могу помочь тебе? — слегка подётся вперёд, не переставая смотреть в глаза.

В его голосе улавливаются нотки волнения. В его глазах нет насмешки или снисхождения. Это придаёт каплю уверенности.

Выдыхаю.

— Мне… нужно холодное помещение. Возможно, пещера или уступ, который можно накрыть от дождя. Нужно расположить там формы с заготовками для производства шин. Было бы хорошо, если бы там был выход точки искажения, чтобы было проще доставлять сырьё… потому что… потому что холод должен улучшить качество шин.

— У меня есть рудники. Они вполне подойдут для того, о чём ты говоришь.

Я не ощущаю ни тени насмешки, ни превосходства. Он совершенно серьёзен, а тон его голоса непривычно мягок.

— Тогда… мы бы... ты бы мог мне их показать?

— Конечно. Когда захочешь.

— Сейчас…

— Хорошо, — кивает, словно пытается дополнительно подтвердить своё согласие. — У тебя есть тёплая одежда? Там довольно прохладно, в платье ты замёрзнешь.

— У меня есть… в карете.

— Тогда дай мне несколько минут.

— Д-да… конечно, — заторможено наблюдаю, как он поднимается и делает несколько шагов к дверям, чтобы покинуть кабинет.

В последний момент спохватываюсь:

— Ты не спросил об условиях…

— На любых условиях, Эмма.

***

Мы выезжаем, каждый в своей карете. Я объясняю это тем, что обратно мы, будем возвращаться разными путями… точнее, каждый поедет к себе. Но основная причина — мне так спокойнее.

Первым делом, достаю из потайного отделения кувшин свежей воды и отпиваю несколько глотков. Прохлада разливается по телу, помогая прийти в себя. Закрываю кувшин, прячу обратно, привычно прикрываю глаза и откидываюсь на спинку сидения.

Не верится, что уже сегодня мы сможем залить образцы.

Следом за нашими каретами едет просторная повозка, в которой сидит сой Льен, а также лежит всё необходимое для изготовления пробной партии шин…

— Дальше твоя карета не проедет и тебе придётся пересесть в мою, — карета только что остановилась, а его сиятельство уже стоит перед открытой дверцей и протягивает руку, чтобы помочь мне выйти.

— Почему? — не спешу выбираться из своего убежища.

— Моя карета значительно уже и легче, и оснащена для поездок по горным дорогам. Повозка тоже не пройдёт, поэтому мои люди сейчас переносят всё в телеги.

— А… ладно…

Замечает на противоположном сидении брошенную тёплую накидку, забирает её и снова протягивает руку, чтобы помочь выйти.

— Лучше сразу надеть это, — придерживает накидку, когда я оказываюсь на земле. — Мы находимся рядом с точкой искажения, дальше будем двигаться по высокогорью.

Быстро одеваюсь и следую за ним.

Это действительно не та карета, которую он использует для поездок в столицу. В ней нет изысков, она довольно аскетична и… заметно уже. К тому же в ней только одно сидение из-за чего нам приходится сидеть слишком близко друг к другу.

— Эмма, кто отвечает за производство и непосредственно это контролирует? Тот, человек, что ехал в повозке? Сой Льен?

— Да.

Карету знатно потряхивает, и я вцепляюсь в небольшой, обитый мехом поручень, стараясь прижаться как можно ближе к стене. Моё движение не остаётся незамеченным:

— Это не надолго, Эмма. Мы почти на месте.

Киваю, давая понять, что услышала и продолжаю молча смотреть в маленькое окно, за которым простирается невозможно красивый пейзаж.

— Как ты себя чувствуешь? Ты голодна? — вклинивается в мои мысли, когда мне почти удаётся сосредоточиться на видах.

— Что?

— Как ты себя чувствуешь? Устала? Хочешь пить? Когда ты в последний раз ела?

— Это неуместные вопросы. И со своим самочувствием я разберусь сама.

— Эмма, ты когда-нибудь была в горах?