Виктория Вера – Магазинчик грешницы. Забудь меня… если сможешь (страница 33)

— Я видела не так уж и много, — нервно сглатывает. — Меня разбудил какой-то шум и голоса. Было ещё очень рано, за окном только зарождались предрассветные сумерки, а в такое время все должны спать. Я забеспокоилась и осторожно выглянула в холл проверить, что происходит, — она в очередной раз отирает ладони о передник. — Я видела, как личные горничные вашей матушки выносили какие-то вещи, а испуганная служанка леди Милс пыталась их остановить, но её придерживал Леонио. Ваша матушка следила за всем этим.

— Горничные выносили вещи леди Милс? Верно?

— Да, — кивает, нервно заламывая руки. — Шёл дождь, и они выкидывали всё прямо в лужу перед крыльцом, а затем туда же вытолкали и эту маленькую служанку леди Милс. Она была в одном платье, милорд, а на улице тогда было довольно холодно. Мне до сих пор стыдно, что я проявила слабость и побоялась ей помочь.

— А сама леди Милс? Что делала она? — стараюсь сдерживать холодный тон.

— Не знаю. Простите, я не видела её, — поднимает на меня умоляющий взгляд. — Это всё, что я знаю. Но если ваша матушка узнает, что я вам рассказала…

— Я сказал, что смогу защитить тебя, но в твоих же интересах молчать о нашем разговоре. Это ясно?

— Конечно, милорд! — интенсивно кивает.

— Ты помнишь, кто в ту ночь был на охране ворот?

— Фир Савро Лука. Я хорошо это помню, потому что хотела узнать у него, что там случилось, а он отругал меня за то, что сую свой нос куда не следует и отвёл к вашей матушке… — резко замолкает и хмурится. — Не знаю, имеет ли это значение, но ещё в то утро к нам заезжала леди Орнуа, то есть тогда ещё леди Бертан. Ваша супруга… будущая.

— Анриетта приехала сюда тем же утром, когда слуги выкинули вещи леди Милс, я правильно понимаю? — приходится уточнять, чтобы не упустить детали.

— Да.

— В какое время это было?

— Рано, очень рано. Меня это удивило, потому что обычно леди в такое время ещё спят. Хотя ваша матушка в то утро тоже не спала.

— Спасибо, Ханли. Если вспомнишь что-то ещё, не стесняйся подойти ко мне. Хорошо?

— Да, милорд.

Савро нахожу возле конюшен и показываю ему идти за мной, направляясь в уединённую часть сада, чтобы нас случайно не услышали.

— Савро, сколько лет ты здесь работаешь?

— Пять, милорд.

— Скажи, я мало плачу тебе?

— Нет, милорд. Вы очень щедры.

— Возможно, я плохо к тебе относился? Незаслужено наказывал?

— Нет, что вы, милорд, мне грех жаловаться…

Савро ожидаемо начинает нервничать и опускает взгляд.

— Тогда почему ты считаешь, что в моём доме от меня можно что-то утаивать? — останавливаюсь и разворачиваюсь к нему. — Смотри мне в глаза, Савро.

Он не ниже меня ростом и шире в плечах, но я чувствую, как тяжело ему поднять взгляд. Он явно чувствует, что где-то провинился, но ещё не понимает где.

— Помнишь то утро, когда маленькую служанку леди Милс, моей бывшей невесты, выдворили из дома?

— Помню, милорд, — отвечает после некоторой паузы и я вижу в его глазах настороженность.

Да, друг мой, я уже что-то знаю, вот только ты не знаешь, что именно и оттого всё больше нервничаешь.

— Меня интересуют все подробности того утра начиная с того момента, как я покинул особняк. Только имей в виду, Савро, за малейшую ложь ты будешь наказан.

— Простите, милорд, — судорожно сглатывает и всё же опускает взгляд. — Было раннее утро. Кажется, даже сумерки. За вами тогда приехал королевский гонец, и вы покинули дом, а спустя некоторое время после вашего отъезда, миледи выгнала из дома служанку леди Милс и приказала мне выдворить её за ворота. Вместе с вещами леди Милс.

— Это всё?

— Да, — неуверенно кивает.

— Скажи, Савро, вещи леди Милс были упакованы в саквояж? — говорю тихо, но не сдерживаю в голосе язвительные нотки, потому что мне не нравится, как он пытается увиливать.

— Нет, милорд.

— Возможно, они были сложены в мешок? — издевательски поднимаю бровь.

— Нет, милорд… они были просто выброшены.

— Тогда почему ты об этом умолчал? Разве я не предупредил тебя о том, что мне нужны подробности?

— Простите, милорд… Я не… Простите!.. — его губы становятся совсем бледными. — Когда я подошёл к входным дверям, то увидел на подъездной дорожке какие-то тряпки. Я не сразу понял, что это были вещи леди Милс. Шёл дождь, и повсюду образовались лужи, а та служанка леди Милс, рыдая собирала вещи, чтобы вынести их за ворота. Мокрые вещи оказались тяжёлыми, поэтому сразу всё унести ей не удалось, но когда все пожитки оказались сложены за оградой, я закрыл ворота и пригрозил прогнать её палкой, если она не уберётся от ворот так далеко, чтобы её не было видно.

— Ты видел в тот день леди Милс?

— Да.

— Слушаю.

— Она появилась позже. Возможно, через час или около того. Пришла пешком. Босиком и в грязи.

— Ещё раз… она что? — мне кажется, что я ослышался.

— Пришла пешком и при этом была неприлично грязной. Грязь была даже на её лице и в волосах.

— Дальше! — чувствую, как всё сильнее пульсируют виски.

— Она просила впустить её, — говорит едва слышно. — Хотела поговорить с вами. Когда я сказал, что вас нет, то она попросила позволить ей поговорить с вашей матушкой… но так как леди Орнуа запретила пускать леди Милс, то я отказал ей. В этот момент появилась её служанка, и они начали о чём-то переговариваться.

— Они ушли сразу после этого или было что-то ещё?

— Они… — он запинается, и я чувствую, как он снова пытается увильнуть.

— Говори, Савро, но помни, что я узнаю, если ты солжёшь.

— Какое-то время они стояли там, — отвечает неохотно. — А ушли после того, как к особняку подъехала леди Бертан.

— Леди Бертан увидела леди Милс. И о чём они разговаривали? — спрашиваю наугад, подталкивая Савро к новым подробностям.

— Леди Бертан говорила… что таким, как леди Милс не место в приличных домах, — едва шевелит бледными губами.

Значит Анриетта, будучи на тот момент лишь гостьей моей матушки, посчитала, что имеет право решать, кому место, а кому не место в моём доме?

Как интересно.

Чувствую, как что-то тёмное и ядовитое растекается по моим венам.

— Савро, прежде ты всегда служил мне верно. Скажи, что помешало тебе прийти ко мне и рассказать о случившемся? Или ты считаешь, что меня не касается то, что происходит в моём доме?

Он мешкает, словно ему нужно собраться.

— У меня не так много терпения, Савро. Говори.

— Это всё для вашего же блага, милорд! Да будут небеса тому свидетели — всё для вашего блага! — начинает тараторить. — Ниорли в доме — позор для всех. И ваша матушка опасалась, что та девица… леди… что она задурманила вам голову своим распутством, поэтому вы можете простить её и вернуть в ваш дом!

Какая забота…

— Слушай внимательно, Савро, — тру переносицу, чтобы унять болезненную пульсацию. — Сейчас ты соберёшь свои вещи и покинешь мой особняк. Больше ты здесь не работаешь. Даю тебе десять минут. И не смей с кем-либо обсуждать наш разговор, иначе я сделаю так, что потеря работы станет меньшей из твоих проблем. Это ясно?

— Да, милорд. Простите, милорд…

— Десять минут, Савро. Время пошло.

После разговора со слугами вопросов становится ещё больше, и единственная, кто может всё объяснить — сама Лоривьева. Больше всего на свете я хочу сейчас услышать её.

Ловлю кэб и направляюсь к особняку леди Милс. В голове крутится вихрь пугающих домыслов, лишая мои лёгкие воздуха, но я запрещаю себе думать о худшем.