Виктория Вера – Магазинчик грешницы. Забудь меня… если сможешь (страница 2)
— Откуда такая уверенность? Ты же видела, что в карманах Лоривьевы ничего не нашли.
— Потому что… только она могла украсть!!
Да неужели?
— Анриетта. Откуда. Такая. Уверенность?
Я уже знаю ответ. И это знание сейчас болезненно вкручивается в мою грудь и расползается по венам тёмным ядом.
— А кто ещё⁇ — на этот раз Анриетте не удаётся скрыть страх.
Шагаю к ней. Обхватываю предплечье, чтобы не вздумала вырываться и опускает руку в карман платья.
— Рэйнхарт, т-ты с ума сошёл⁈ Как ты обращаешься со своей с-супругой? — слова матушки кажутся далёкими.
Кровь шумит в висках.
И я даже не удивляюсь, когда нащупываю цепочку, опутывающую прохладные грани камней.
Продолжаю смотреть в глаза своей жены и поднимаю украшение над головой:
— Этот браслет мы ищем?
Слышу, как кто-то ахает за спиной.
Сжимаю челюсть до болезненной пульсации.
— Н-не может быть… — запинается милая супруга.
— Дорогой, наверное, браслет случайно соскользнул в карман, а Анриетта просто не заметила… — вступается матушка.
Случайно соскользнул?
Они меня за идиота держат?
Вопросы появляются не только к Анриетте, но и к матушке… вот только наш разговор пройдёт без свидетелей. Нужно быстро увести отсюда обеих, пока капитан не начал задавать Анриетте неудобные вопросы.
Бездна.
Придётся постараться, чтобы это дело не оказалось на слуху у знати.
Ещё один скандал заставит короля сомневаться в моих способностях контролировать ситуацию и может испортить репутацию Анриетты. А без должной репутации ей не стать фрейлиной королевы.
Разворачиваюсь и чеканю, каждое слово:
— Приношу свои извинения и выражаю искреннее сожаление из-за сложившегося недоразумения.
Надеюсь, капитана удовлетворит такая формулировка.
Перед уходом ловлю нечитаемый взгляд Лоривьевы. С ней тоже нужно поговорить без свидетелей. Мне всё ещё хочется наказать рыжую нимфу, но она совершенно точно не заслужила того, что случилось сегодня.
Глава 2
Мутная история
Недоразумение.
Он назвал это «недоразумением»!
Это слово со вчерашнего вечера не выходит у меня из головы и крутится, как мантра.
Да он сам одно сплошное недоразумение! Он и его насквозь лживая семейка.
С гулким хлопком выкладываю рулон льняной ткани на прилавок. Резкий звук заставляет вздрогнуть группку фир, что заглянули к нам в лавку этим утром.
Дамы словно чувствуют моё настроение и стараются не подходить к прилавку слишком близко.
Трое из пяти посетительниц, к слову, уже десять минут делают вид, что разглядывают сорочки, хотя пришли сюда явно не для того, чтобы делать покупки.
— Ой, тут такое было! Жаль, я сама не видела…
— Это она? Та самая⁈
Я отмеряю отрезы ткани и делаю вид, что не слышу их перешёптываний.
— Говорят, она леди!…
— Может и леди. А может, и врут. А коли леди, так чего работает?
— Значит, замуж никто брать не хочет…
— А чегой-то её замуж брать не хотят?
Молчаливые долгие взгляды.
— Так понятно чего… говорят, ниорли она…
— Да тише ты!..
Этот шёпот продолжается всё утро. Покупателей в лавке сегодня заметно прибавилось, но приходят они не столько за товаром, сколько поглазеть на «ту самую», которая «то ли леди, то ли не леди, то ли она украла… то ли у неё… но была там какая-то мутная история».
Эти шепотки раздражают, и мне нестерпимо хочется стукнуть чем-то тяжёлым по известно чьим вконец обнаглевшим аристократическим головам.
Новый рулон ткани с гулким стуком хлопается о столешницу, заставляя покупательниц вздрогнуть и временно замолкнуть.
Уже лучше. Моя невыспавшаяся голова остро нуждается в минутке тишины.
— Фира Кларис, вас не смущает, что меня обсуждают? — спрашиваю, когда лавка временно пустеет.
— Лори, у нас продаж за это утро втрое больше обычного, — она стоит на кухоньке и разливает нам чай в узорчатые чашки. — Тебя беспокоит репутация лавки? То, что обсуждают тебя? Или ты печёшься о моей репутации?
Пожимаю плечами.
— Всё вместе. Вы строго блюдёте коны Варрлаты, но до сих пор не сказали мне ни слова. Вас не беспокоит, что они называют меня ниорли?
— Ох, девочка. Мало ты ещё знаешь жизнь. Вроде и мудра не по годам, но многого не понимаешь. Знаешь, почему я постоянно в храм хожу?
— Потому что заботитесь о праведности?
— Потому что в храме много наших покупательниц! С одной поболтаю, с другой, а там, глядишь, каждая и заглянет. В корень надо зреть, Лори! Я тебя вижу и вижу в тебе свет. И мне этого достаточно, — отпивает из своей чашки, а вторую двигает ближе ко мне. — Мик рассказал, как ты защищала его от стражников. Скажи, Лори, кого ты видела перед собой в тот момент? Опасного вора?
— Нет, что вы… он же просто ребёнок. Причём голодный.
— В тебе есть свет, и ты видишь этот свет в других. Ты даришь свет, и он возвращается. Это именно так и работает.
— Со мной не работает…
— Правда? Разве Мика не вернул тебе свет, когда подкинул браслет обратно той белобрысой девице?
Так и есть… браслет Анриетты был бы найден у меня, если бы Мика не заметил того, что она сделала. А когда заметил, то незаметно вытащил его из моего кармана и… вернул законной владелице.