Виктория Вера – Магазинчик грешницы. Списанная со счетов (страница 7)
Это платье Анриетты? Не поверю, что она подобное носит!
Вот тебе и “милая девушка”.
— Ой, госпожа, здесь записка приколота, — Сэлли передаёт маленький белый прямоугольник.
Читаю:
Вот и ответ. Мне становится немного стыдно, что плохо о ней подумала.
Девушка проявляет дружелюбие и пытается поддержать. А мне очень нужно налаживать отношения с местными леди.
Пока я на виду у благородного столичного общества, Ходрикусу будет не так просто прихватизировать меня и мои планы на жизнь. Местные кумушки не оставят пропажу леди без внимания и начнут задавать неудобные и опасные для Ходрикуса вопросы.
Ведь так? Так.
Во всяком случае, я рассчитываю на это.
— Госпожа, если вы готовы, то я помогу вам переодеться.
Киваю, позволяю Сэлли натянуть на себя “нарядное” пыльно-коричневое облачение и подхожу к зеркалу.
Платье явно успело повидать жизнь. К тому же из-за моей груди не приталенное одеяние выглядит на мне странно, и я кажусь крупнее, чем есть на самом деле.
Вытягиваю руки и понимаю, что рукавам не хватает длины, хотя в ширину платье велико.
Всё это только добавляют образу несуразности.
Нда…
Ну и ладно. В конце концов, какая разница? Что в этом наряде, что в другом — не быть мне воздушной феей. Моя конопатость никуда не денется, формы не изменятся, а волосы, даже заплетённые в тугую косу, продолжат пушиться и торчать у висков лохматыми завитками.
Ну точно — рыжая Арлекиница. Не хватает только грима для карикатурной улыбки невесты.
Глава 6. Уютная компания леди
В просторной гостиной, с высокими стрельчатыми окнами и огромным камином, уже собралось около десятка гостей, поэтому моё появление не остаётся незамеченным.
— Леди Милс, — хозяин вечера в несколько широких шагов оказывается рядом и берёт меня под локоть.
На нём, так же как и вчера, идеально сидящий чёрный камзол с серебряной вышивкой, а на шее, завязанный особым узлом и явно дорогой платок из тонкого шёлка.
Весь образ лорда излучает уверенный аристократизм и мрачную сдержанность. Он будто специально создан, чтобы подчеркнуть мой немного несуразный вид.
— Праведного вечера, лорд Орнуа, — рассматриваю невозмутимый профиль. — Если вы не против, мне бы очень хотелось с вами переговорить… наедине.
— Если вы о том, что я представил вас невестой, то поверьте, это было необходимо ради вашей же репутации, — при этих словах на его лице не дёргается ни один мускул.
Будто мы о погоде разговариваем.
— И всё же, милорд, я не давала согласия, а лишь обещала подумать.
— Разве я мешаю вам думать?
— Вы шутите? — начинаю закипать.
— Лоривьева, — на мгновение прикрывает глаза и почти незаметно выдыхает. Кажется, лорд не настолько спокоен, как хочет казаться: — Послушайте, вы остались без опекуна и находитесь в городе, где, как я понимаю, больше никого не знаете. Вы юны и многого не понимаете. Поверьте, то, что я сделал, было необходимо не только для вашей репутации, но и для безопасности. К тому же я не исключаю…
— Как я рада вам, дорогая леди Милс! — Анриетта подлетает к нам белокурым вихрем, не дав брюнету закончить то, что он хотел сказать.
— Праведного вечера, леди Бертан… то есть, Анриетта, — решаю всё же начать обращаться к ней по имени, вспомнив, что она на этом настаивала.
Улыбка леди Бертан становится ещё шире.
— Рэйнхарт, позвольте мне похитить вашу невесту! Не переживайте, все леди уже в курсе её нового статуса и с нетерпением ожидают знакомства с нашей Лоривьевой!
Она так и сказала:
Рассматриваю Анриетту и меня посещает странное чувство. Вроде бы я должна испытывать благодарность за её доброжелательность и готовность подружиться, но что-то в поведении леди Бертан раздражает.
Может, это её идеальная улыбка?
Или то, что сама она олицетворяет местные идеалы красоты? Идеалы, от которых сама я далека, как Винни Пух от Миланской моды.
Пока раздумываю, белокурая фея подхватывает меня под локоть и уводит в сторону мягких диванов, где уже расположилась группа дамочек самого аристократического вида.
Одного взгляда на них хватает, чтобы вспомнить про осанку и расправить плечи.
Надо бы вообще отучить себя сутулиться. Дурацкая привычка из прошлой жизни, где моя осанка интересовала только мою маму. И то в глубоком детстве.
— Лоривьева, позвольте представить вам леди Одетту Вайлер, леди Сафрану Маноли и мою матушку — леди Дарию Бертан! — изящным движением ладошки по очереди указывает на каждую из дам. — А с леди Орнуа, вы, разумеется, уже знакомы.
Ехидна бросает в меня гнетущий взгляд. Уверена, будь у неё в руках хоть что-то тяжёлое, оно бы тоже было в меня брошено.
Растягиваю на лице самую сладкую улыбку:
— Праведного вечера, уважаемые леди.
Леди Орнуа почти незаметно дёргает глазом, но вежливо здоровается вместе со всеми.
Анриетта элегантно опускается на край дивана, чтобы не примять подол платья. Повторяю за ней этот манёвр… и едва не сажусь мимо.
Потому что не чувствую своих расширенных габаритов, а дурацкий воротничок и необходимость держать осанку мешают мне осмотреться и прицелиться.
Леди старательно сдерживают насмешливые взгляды и дружно отворачиваются.
Все, кроме ехидны. Эта в открытую скалится, не скрывая своего поднявшегося настроения.
Выдыхай, Ева. Ничего особенного не случилось. Ты просто запорола тест на профпригодность для благородных леди.
Ну и ладно.
Раз терять нечего, то устраиваюсь поудобнее и осматриваюсь.
Возле окна о чём-то оживлённо спорят трое мужчин во главе с Орнуа. Зависаю на разглядывании его резковатого профиля и идеальной выправки.
Интересно, какой он наедине с собой? Также хмурится? Или позволяет себе расслабиться и не ходить так, словно к его спине привязана палка?
Брюнет будто что-то чувствует и оборачивается.
Быстро отвожу взгляд и прячу улыбку.
Сосредотачиваюсь на разговорах леди.
Леди обсуждают малоинтересные сплетни.
От скуки начинаю рассматривать их самих:
Что ожидаемо, все одеты в платья “современного” кроя. Такая модель допускает неглубокое декольте и некоторый намёк на талию, а ещё в ней отсутствует душный арлекинский воротник.
Вместо воротников, шеи благородных леди украшают элегантные ожерелья.