Виктория Вашингтон – Недосягаемые (страница 60)

— Это кто?

— Ну, ты, мать, даешь, — вздохнула подруга. — Это парень, который помог мне тогда.

— Когда это вы успели так разобщаться? — я прикусила губу.

— Он просто часто заходил навестить меня, — менее уверенно ответила Леся.

— То есть, мне позвонить, и открыть дверь нельзя было?

— Ты чего? Я просто телефон в руки не брала и часто в больницу ездила, наверное, ты как раз в это время и приходила.

Это звучало, как глупая отмазка, но мне так сильно хотелось верить, что это чистая правда.

— Ты же в курсе, что я в него влюблена второй год? — я испытующе посмотрела на подругу.

— Конечно, ты чего, — улыбнувшись, ответила она. — Урок уже начинается — давай потом поговорим.

— Тогда мне казалось, что я всё надумываю, — глаза Каролины на мокром месте. — Не может же лучшая подруга так жестоко поступить.

— Ой, девочки, а что вы тут так долго? — к нам зашла Леся, широко улыбаясь. — Там уже нужно кассу посчитать.

Сейчас мне вспомнился всеми ненавистный момент, когда на самом интересном месте, включают рекламную паузу. Конечно, это не сравнится с тем, что я узнала, но все же.

Любопытство и сочувствие к Каролине накалены до предела. Догадываюсь, что Леся её предала, учитывая то, что сейчас с Алом встречается именно она. Только что-то мне подсказывает, что здесь кроется более драматическая история.

— Всё сходится? — спрашиваю у ребят, которые сосредоточены на выручке.

— Более чем, — довольно заявляет Ал. — Кажется, эта шоу-программа произвела фурор.

После этого он разделяет деньги из отдельной стопки на четыре части, одну из которых кладёт возле меня.

— Что это? — мои глаза сужаются.

— Мы с Лесей и Алом делим свои чаевые поровну, — спешит объяснить Каролина.

— А при чем здесь я?

— Если бы не новые повороты в программе, мы бы не получили сегодня таких бонусных, — как что-то очевидное, заявляет Ал.

— Я, конечно, испытываю неподдельное чувство гордости за себя любимую, — улыбнувшись, подшучиваю. — Но брать деньги не собираюсь.

Из-за того, что смена кончается в четыре часа утра, практически все работники добираются домой на такси. К счастью, заработанных чаевых им более чем хватает.

Спустя пару часов после закрытия ночной смены, клуб начинает работать, как обычное кафе, готовое принять всех желающих. Именно поэтому Алекс часто пропадает на работе сутками.

Ожидая, пока он разбирается с какими-то отчётами, стою на улице в компании новоиспечённых приятелей.

— До завтра, — Ал целует Лесю, когда к нам подъезжает такси.

— Увы, — она виновато опускает глаза. — Дела семейные, поэтому созвонимся, — и, улыбнувшись напоследок, садится в машину, махая нам рукой.

— А почему ты не поедешь на такси? — возник у меня вопрос.

— Да мне тут пешком пройтись минут двадцать, — поясняет Ал. — Обожаю, прогулки по свежему воздуху, — говорит, окидывая Каролину взглядом и слабой улыбкой.

Кажется, я начинаю видеть тайный смысл во всех этих взглядах и словах. Каролина улыбается. Вот только весь оставшийся вечер я ловила себя на мысли, что она нуждается в том, чтобы выговориться. Безумно нуждается, но боится.

Пользуюсь моментом, когда Алекс звонит Алу и тот возвращается в клуб.

— Хочешь, прогуляемся? — внезапно для самой себя, предлагаю.

— Ты разве не спешишь? — в её глазах сверкает радость и надежда.

— Нет.

— Тогда я только за, — теперь она улыбается искренне.

— Ну что, домой? — выйдя из здания, Алекс обнимает меня за плечи.

— Мы тут с Каролиной решили подышать свежим воздухом, — заявляю, прикусываю губу.

— Ты не забыла, что в десять у тебя автобус? — он прижимает меня крепче.

— Вот в нем и высплюсь, — довольно заявляю, замечая то, как напряглась Каролина.

— Набери меня, как только решите закончить прогулку, — серьёзно проговаривает Алекс, оставляя поцелуй у меня на макушке. — Иначе, никуда не отпущу, — предугадывая мою следующую реплику, дополняет.

Приходится согласиться. Как бы там ни было, мне почему-то кажется, что в этом разговоре нуждается не только моя новая знакомая, но и я сама.

В моей голове закипает каша, которая сменяет мои мысли и убеждения каждый час.

Меня тянет куда-то, но не могу отдать себе в этом отчёт. Вроде, уже всё наладилось, включая мою личную жизнь, но ощущение, что я не на своём месте, не покидает до сих пор.

Каждый раз, когда слышу историю о искренней любви или же смотрю сопливые фильмы, меня неведомой силой тянет к воспоминаниям из прошлого.

— Как ты доберёшься домой? — Ал взволнован, это видно невооружённым взглядом.

— Вызову такси, — она скрещивает руки на груди, упорно смотря себе под ноги.

— Мы тебя подвезём, если нужно, — мгновенно отзывается Алекс.

— Набери меня, — вопреки всем предложениям, просит Ал. — Я заберу тебя.

После этих слов повисает тишина. Каролина продолжает сверлить взглядом носки своих ботинок.

Наконец-то, избавившись от всех «заберу», «позвони» и «долго не гуляй», мы добредаем до лавочки на алее, которая находится недалеко от клуба.

— Он переживает за тебя, — нарушаю тишину первая. — У вас было что-то, да?

— Было так много всего, — набирая побольше воздуха в лёгкие, начинает она. — Что теперь это «много» рушит всё остальное.

— Я пыталась не обращать внимания на то, что Алу сразу понравилась Леся. Это было очевидно и на вечеринке, куда она меня потащила. Где, собственно, и состоялось наше нормальное знакомство. И каждый следующий раз, когда мы ходили куда-то вместе. Думала, что нет смысла переживать: это ведь Леся, моя подруга. Да и Ал её совсем не интересует. Так мы и начали дружить втроём — весело и беззаботно. Год спустя, мне даже показалось, что влечение Ала к Лесе ослабело. Мы начали общаться ближе и несколько раз ходили в кино вдвоём.

Я понимала, что сейчас услышу что-то неприятное: лицо Каролины искривилось, будто от пощёчины.

— Лола, я приду сегодня к тебе, — она не спрашивала, она ставила перед фактом. — Поговорить нужно.

— Хорошо, — я пожала плечами, особо не обратив внимания на то, что подруга была какой-то подавленной.

В этот момент я была увлечена перепиской с Алом, который писал что-то об учителе — зануде, который грозится выгнать его из баскетбольной команды за его «телефонную зависимость» на уроке.

Леся не соврала и заявилась в гости, спустя час после последнего урока.

— Ты как-то рано сегодня, — прожёвывая бутерброд, я распахнула дверь.

Подруга молча сняла верхнюю одежду, разулась и направилась в мою комнату.

— Ты выглядишь так, будто узнала, что Деда Мороза не существует, — пошутила я, следуя за ней.

— Я люблю Ала, — эти слова выбили почву из-под моих ног и убили во мне радость и надежды последнего месяца.

Для меня было дикостью слышать от Леси слово «люблю». Она никогда в жизни не произносила его по отношению к другому человеку. Двойную боль причиняло то, чьё имя после этого заветного слова подруга назвала.

— Я не считаю себя виноватой, — прервав долгое молчание, она снова нарушила тишину. — Вы с ним не вместе, да и он меня тоже любит, очевидно же.

Сказав это, она молча развернулась и ушла, оставив внутри меня ноющую пустоту.

— Мне было настолько плохо, что я в тот же день решила уехать к бабушке, чтобы только не видеть и не слышать никого, — в уголках её глаз появились слёзы. — Мне повезло, что начинались каникулы, но помимо них я пропустила ещё недели две учёбы. Ал писал мне, спрашивал, куда пропала, но я буквально сразу заблокировала его номер. Мне казалось неправильным общаться с ним, после признания Леси.