Виктория Вальц – Куннилингус. Реальные истории для нереального наслаждения (страница 10)

— Виктория, мне кажется, я бракованный любовник. Или я вообще ничего не понимаю в женщинах. Мы с Аней вместе полгода, у нас потрясающий секс, но с куннилингусом происходит какая-то необъяснимая беда. Я хочу сделать ей приятно, спускаюсь вниз, начинаю ласкать ее… и она буквально уползает от меня по простыне к изголовью кровати!

Он вскидывает на меня растерянные глаза: — Она вздрагивает, рефлекторно сдвигает ноги и говорит: «Ой, подожди, слишком щекотно, слишком резко». Я пытаюсь делать это нежнее, но результат тот же. Стоит мне коснуться ее языкаом, как ее бьет током. Я чувствую себя каким-то монстром-инквизитором. В порно девушки от этого кричат от восторга, а моя — уворачивается, как от раскаленного утюга. Может, ей просто физически неприятен именно я?

Я слушаю его, и во мне просыпается огромная профессиональная нежность к этому парню, который так искренне винит себя за то, в чем виновата исключительно матушка-природа.

— Александр, отставить панику, — мягко говорю я, подавая ему чашку с чаем. — Аня уворачивается не от вас. Она уворачивается от сенсорного перегруза. Вы же работаете со звуком, верно?

— Да, — непонимающе кивает он. — Представьте, что вы взяли самый чувствительный, самый дорогой студийный микрофон в мире, выкрутили гейн (усиление) на максимум и со всей силы крикнули прямо в мембрану. Что будет? — Звук захлебнется, будет жуткий перегруз, скрежет и боль в ушах, — профессионально отвечает Александр. — Бинго! — я торжествующе улыбаюсь. — Добро пожаловать в анатомию женского клитора.

Я немного меняю позу, чтобы перейти к объяснению. — Клитор — это не просто «волшебная кнопка». Это крошечный орган, в головке которого сконцентрировано более 8000 нервных окончаний. Это в два раза больше, чем на головке мужского пениса! А теперь представьте, что вы берете эту сверхчувствительную зону и начинаете воздействовать на нее напрямую, кончиком языка, да еще и сразу, без должной подготовки. Для многих женщин это ощущается не как ласка, а как оголенный нерв. Это не щекотка, Александр. Это гиперэстезия — сверхчувствительность, которая переходит в физический дискомфорт.

Александр округляет глаза: — То есть я буквально кричал в микрофон на максималках? — Именно так, — киваю я. — Ее реакция — это чистый, неконтролируемый рефлекс нервной системы. Она не хочет от вас отодвигаться, ее тело просто спасается от «короткого замыкания». Проблема не в вас. Проблема в том, что к таким тонким инструментам нельзя подходить с кувалдой энтузиазма. Нам нужно снизить громкость и начать играть полутонами. Запоминайте правила работы со сверхчувствительными девушками.

СЕКРЕТЫ МАСТЕРА. ЮВЕЛИРНАЯ РАБОТА С ГИПЕРЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬЮ

Как доставить умопомрачительное удовольствие женщине, если от малейшего прикосновения к «эпицентру» она вздрагивает? Истинный виртуоз знает: чем острее чувствительность, тем шире радиус обхода. Ваша стратегия — это дразнящая, обволакивающая недосказанность.

1. Периферийная разведка (Игра в орбиту)Главная ошибка — сразу лезть в эпицентр. Забудьте о клиторе на первые 10 минут вообще.

Секрет мастера:Ласкайте всё, что находится вокруг. Целуйте внутреннюю поверхность бедер, низ живота, мягко проходитесь широким языком по большим и малым половым губам, лобку. Представьте, что клитор — это Солнце, а вы — планета, которая движется строго по орбите, не приближаясь к светилу. Кровь постепенно прильет к тазу, ткани набухнут, и та самая пугающая сверхчувствительность сменится тяжелым, гудящим возбуждением.

2. Эффект «Капюшона» (Работа через буфер)Природа умна: она спрятала нежную головку клитора под специальную складку кожи — капюшон. Используйте это как естественный фильтр.

Секрет мастера:Никогда не раздвигайте пальцами капюшон, чтобы добраться до оголенной головки, если девушка гиперчувствительна. Работайте языком поверхэтой складочки. Кожа капюшона создаст идеальный буфер: она приглушит резкость прикосновений, переведя их в глубокое, приятное давление, от которого женщина быстро начнет плавиться.

3. Техника «Широкой кисти» (Меняем площадь контакта)Кончик языка — это слишком остро, точечно и агрессивно.

Секрет мастера:Расслабьте язык. Сделайте его максимально плоским и широким (насколько это возможно). Работайте всей плоскостью языка и, что еще важнее, подключайте губы. Мягко втягивайте зону вульвы губами, словно пытаетесь выпить из нее сок, используйте плоское, скользящее давление. Чем больше площадь соприкосновения, тем безопаснее и объемнее ощущается удовольствие.

4. Дыхание Дракона (Бесконтактный бой)Если даже широкие ласки пока вызывают вздрагивание, перейдите на бесконтактную стимуляцию.

Секрет мастера:Приблизьтесь лицом к ее вульве так близко, чтобы почти касаться кожи, но не касайтесь. Начните делать медленные, глубокие выдохи горячим воздухом прямо на зону клитора. Тепло вашего дыхания, помноженное на естественную влажность женщины, вызовет фантастические мурашки. Чередуйте: два горячих выдоха, одно широкое скольжение языком. Это сведет ее с ума от ожидания.

5. Правило стоп-крана (Посторгазмическая зона)Сверхчувствительность имеет свойство взлетать в космос сразу после оргазма. То, что секунду назад приносило райское наслаждение, после разрядки становится пыткой.

Секрет мастера:Как только вы почувствовали, что она кончила (ритмичные сокращения мышц, крик, резкий выдох), немедленноуберите язык от клитора! Не продолжайте стимуляцию «для закрепления эффекта». Оставьте рот там же, внизу, но перенесите поцелуи на внутреннюю часть бедра или живот. Позвольте ее нервной системе спокойно вернуться с орбиты.

Александр слушал меня, и с каждой минутой его лицо светлело. К концу моего монолога он выглядел так, словно нашел инструкцию к сложнейшему синтезатору, который не мог настроить целый месяц.

— Виктория, это же гениально. Играть по орбите и не трогать сам микрофон! — он хлопнул себя по колену. — То есть моя задача — не давить на газ, а создавать вокруг нее правильное давление и тепло?

— Абсолютно верно, Александр, — улыбнулась я. — Ваша Аня — это не сломанный инструмент. Это просто скрипка Страдивари, на которой вы пытались играть барабанными палочками. Возьмите смычок, добавьте нежности, и вы услышите такую симфонию, о которой парни из порно даже не мечтали.

Когда за ним закрылась дверь, я подошла к окну и посмотрела на вечерний город, переливающийся тысячами огней. В нашей безумной, вечно куда-то спешащей реальности секс часто превращается в гонку за результатами. Но настоящая магия в спальне рождается не из скорости и не из силы. Она рождается из чуткости. Быть классным любовником — это не значит уметь делать всё. Это значит уметь вовремя замереть, сделать шаг назад и позволить женскому телу самому подсказать вам путь. И порой самое легкое дуновение горячего воздуха способно разжечь пожар, с которым не справится ни один шторм.

Как превратить процесс из «старания ради неё» в твой собственный источник мощнейшего возбуждения?

В современной культуре отношений есть один очень красивый, но невероятно токсичный миф. Нам внушили, что высшее проявление любви в сексе — это тотальный, безоговорочный альтруизм. Глянцевые журналы и тренинги хором твердят: «Забудь о себе, сфокусируйся на партнере, стань дарителем!». Звучит благородно, как клятва рыцаря. Но на практике этот лозунг регулярно превращает роскошный, страстный секс в подобие сверхурочной работы на заводе. Когда человек раз за разом делает что-то исключительноради другого, его личное либидо тихо собирает чемоданы и уходит в закат.

За окном моего кабинета неспешно падает пушистый снег, а в кресле напротив сидит Игорь. Ему тридцать три, он успешный архитектор, человек с безупречным вкусом и усталым взглядом. Игорь выглядит так, будто пришел не к сексологу, а на исповедь, готовясь признаться в тяжком грехе.

Он нервно поправляет ремешок дорогих часов и начинает:

— Виктория, я чувствую себя ужасным лицемером. Мы с моей женой, Олей, вместе уже четыре года. Я ее безумно люблю. И я знаю, что для нее куннилингус — это практически единственный способ получить по-настоящему яркий оргазм. Естественно, я делаю это. Часто. И технически, судя по ее реакциям, делаю отлично. Но проблема во мне.

Игорь поднимает на меня глаза, полные вины: — Для меня этот процесс превратился в какую-то механическую повинность. Словно я собираю шкаф из ИКЕА по инструкции. Я спускаюсь вниз, включаю нужный ритм и просто жду, когда она кончит. Я смотрю в потолок, думаю о рабочих проектах, о том, не забыл ли я оплатить страховку на машину… Я не чувствую никакого возбуждения в этот момент. Вообще ноль. Я делаю это только ради нее. А потом, когда она счастлива и расслаблена, я понимаю, что сам-то я совершенно пуст. Виктория, я не хочу быть просто «обслуживающим персоналом» для своей жены. Как мне превратить эту «работу» в то, от чего меня самого будет сносить крышу?

Я откладываю ручку и с теплой улыбкой смотрю на мужчину. В его признании столько честности, что мне хочется пожать ему руку.

— Игорь, вы даже не представляете, насколько вы не одиноки, — мягко говорю я. — То, что вы описываете, в сексологии называется «синдромом провайдера услуг». Вы вычеркнули себя из уравнения удовольствия, оставив себе лишь роль инструмента.