Виктория Цветаева – Превратности судьбы (страница 34)

Целую минуту я просто стоял, наслаждаясь ощущением близости с ней. Как же долго я этого ждал…

– Ты была сегодня очень плохой девочкой и заслужила наказание!

Застав её врасплох, я резко схватил Ларису за горло, перекрыв кислород. Девушка двумя руками попыталась отстранить мои руки от своей шеи, но я не позволял, сжимая ещё сильнее, лишая её легкие возможности дышать. Посчитав, что хватит, тут же отпустил. Она рвано стала хватать воздух, быстро его вдыхая.

– Чёртов ублюдок! Совсем охренел! – попыталась вырваться Лариса из моей хватки, но я держал её очень крепко и все её попытки освободиться вызывали только смех.

– Это только маленькая толика того наказания, которое ты заслужила. Готова принять остальное? – обманчиво мягко говорил я, задумав сделать кое-что пикантное, о чём она вряд ли когда-нибудь сможет забыть.

– За что? Какое ты имеешь право мной распоряжаться? Ты мне никто и звать тебя никак! Отпусти, тварь, я уйду отсюда! – дёргалась безрезультатно она, ещё не до конца понимая, что отпускать её никто не собирается.

– Проси прощения за своё поведение! Это всё моё…, – провёл я одной рукой по всему её телу, засунув руку под её платье.

Моя рука двигалась всё выше и выше, пробравшись к её сладкой влажной киске, погладив её половые губки через трусики.

– Как ты посмела выставлять себя на всеобщее обозрение?

Мой гнев сейчас перевешивал все положительные эмоции. Прежнее безумное желание ласково гладить и целовать все её тело уступило другому, более сильному желанию причинить ей боль и наказать как следует, проучить, заставить принять в моём лице своего господина и повелителя.

– Не дождёшься, сволочь! – напрашивалась на порку эта упрямая ведьма, провоцируя причинить ей боль и наказать за непослушание.

– Сама напросилась, принцесса, теперь ты просто не оставила мне выбора.

После этих слов я швырнул её на кровать животом вниз, задрав ей платье выше талии. Как я и предполагал на ней были ажурные чёрные чулки и такого же цвета стринги. Отлично для моих целей и снимать ничего не придётся. Красота неописуемая, смотрел бы и смотрел всю жизнь. Заставлял бы её ходить по дому только обнажённой. Это кощунство прятать всю эту красоту под одежду, погладил я гладкую, ровную кожу ягодиц, на которых с следующую секунду я намеревался оставить свои яркие отпечатки.

– Ну что, приступим, – шлёпнул я рукой по этим идеальным полужопиям, с удовольствием отметив свою красовавшуюся красную пятерню на этой нежной коже.

– Моя! Вся моя! И я поставлю на тебе своё клеймо! – сказал я вслух, шлепнув её уже немного сильнее прежнего, от чего Лариса вскрикнула и стала интенсивно вырываться, но я плотно фиксировал её, сидя на ней сверху.

Я наслаждался наказаниям и её болью, которую она получала. Это ерунда по сравнению с тем, что мне пришлось вынести по её вине. Душевные страдания намного сильнее, чем физические, а это наказание она заслужила сполна. Сколько раз я шлёпнул, не знаю, потерял счёт времени, не обращая внимание на её слёзы и просьбы остановиться.

– Проси прощения, – не отступая от задуманного, безжалостно сказал я, продолжая свои манипуляции с её телом, возбудившись уже до предела.

– Прости меня! Только прошу остановись, мне больно! – с отчаянием в голосе заливалась слезами и молила меня девушка.

Я перестал, тут же спрыгнув с неё на пол. Не мог терпеть ни секунды, поэтому просто расстегнул ширинку и, отодвинув стринги в сторону, резко вошёл в её влажное, податливое тело, от чего она закричала от неожиданности и выгнулась дугой назад. Её длинные шелковистые волосы были в моей власти, чем я тут же воспользовался, без зазрения совести намотав на кулак этот восхитительный шёлк. Это было очередное наказание этой принцессе – грубо, жёстко, без ласки и поцелуев трахать на полную катушку, засаживая ей член по самое не хочу. Стонали мы громко и в унисон друг другу. Восхитительное зрелище видеть, как наши тела соприкасаются в интимных местах. Сзади я любовался всем этим процессом в действии и от такого развратного вида больше не мог сдерживаться. Сделав последний толчок, я с громким рёвом кончил как можно глубже в неё, упав на девушку сверху в полном изнеможении. Оргазм был настолько яркий и долгий, что буквально ослепил меня и лишил сил. Минут пять я тупо лежал на Ларисе, не желая покидать такое желанное тело.

– Слезь с меня, живо! Мне тяжело, ты меня раздавишь, – подала голос откуда-то снизу она, после чего я скатился в бок, осознав в этот момент, что я забыл одеть презерватив.

Трахался без резинки, ещё и кончил в неё. Вот же дебил! Совсем меня с ума свела и лишила остатков разума. Я закрыл лицо руками, застонав от полного бессилия уже что-то изменить. Со стороны девушки услышал какое-то шевеление. Приоткрыв глаза, сквозь пальцы я заметил, что она встала с кровати. Сперма ручейками стекала по её ногам, пачкая чулки, но она как будто этого не замечала и, даже не поправив платье, вышла из комнаты. Видимо, пошла в душ, привести себя в порядок. Теперь сиди и трясись, чтобы не дай Аллах не залетела, спиногрызы мне сейчас точно не нужны и проблемы с этим связанные тоже.

Минут через пятнадцать, я вышел из комнаты и замер, прислушиваясь к посторонним звукам, слыша только идеальную тишину квартиры. Никого не обнаружив в квартире, кроме Михи, который абсолютно голый загорал в соседней комнате, я сразу пришёл к выводу, что девчонки свинтили отсюда по-быстрому. Да, такого поворота я никак не ожидал, рассчитывая на продолжение банкета. Мне было мало, очень мало… Я только разогрел свой аппетит, можно сказать, слегка перекусил. Думает сбежала от меня? Ну-ну, размечталась! Пусть немного потешит себя иллюзией свободы. Не отпущу, пока не натешусь и не получу своё с лихвой!

Глава 26. Лариса.

Еле осознавая то, что сейчас произошло, я добралась до ванны, где быстро вытерла сперму туалетной бумагой. Опустив платье вниз, посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась своему внешнему виду. Тушь потекла от большого количества слёз, образовав на моих щеках грязные засохшие ручейки. Намочив руки водой, по максимуму попыталась привести свои щёки в порядок, натирая их руками до тех пор, пока не решила, что и так сойдет. Немного приведя себя в порядок, я двинулась на поиски Жени, на ходу одевая верхнюю одежду. Мне хотелось как можно скорее скрыться из этой квартиры и больше никогда не переступать её порог.

Нашла я подругу там, где и предполагала – в соседней с Маратом спальне. Она как ни в чем не бывало дрыхла голая на кровати. Не церемонясь, я быстро растолкала её и дала ей две минуты на сборы. Сказав ей, что жду её на улице, я побежала обуваться, даже не глянув на её временного обнажённого любовника, который без стыда и совести демонстрировал всем свой неприкрытый орган. А чему собственно удивляться, с кем поведёшься от того и наберешься. Глядя на Марата с Рустамом, у которых совести отродясь не было, можно предположить у них наличие таких же друзей без комплексов и каких-либо моральных устоев в том числе.

Минут через десять после того как я вышла от Марата, мы с Женей уже шли по трассе, ловя машину, чтобы добраться до дома. Было очень холодно, а я была легко одета. И пока очередная машина согласилась нас подвезти, у меня уже зуб на зуб не попадал. В салоне автомобиля мне было плохо, я еле сдерживалась, чтобы не заблевать всё вокруг. Водитель был средних лет и всё время неодобрительно качал головой, поглядывая на нас через зеркало.

– Ремня на вас нет! Были бы мои дочери, уже получили бы по первое число! – отчитывал он нас, когда уже доставил к месту назначения.

От денег мужчина отказался, отпустив нас с Богом на все четыре стороны. Мне было стыдно за свой внешний вид, да и за своё недостойное поведение в том числе. Избегая смотреть ему в глаза, мы выбрались из машины и направились к себе в комнату. Время близилось к шести утра, но общага была ещё закрыта на засов изнутри. Ещё одно унижение предстоит пройти: стучаться и проситься к себе же зайти, и опять отсчитают как девочку – школьницу за двойку, а мне и так хреново. На моё несчастье на посту была Светлана Ильинична, самая противная вахтёрша, которая вечно любит лезть куда её не просят. Вот же ночка выдалась, врагу не пожелаешь!

Предстояла встреча с Олей, и я шла по ступенькам на пятый этаж, настраивая себя не показывать виду, что мне плохо. Не покажу боли, не унижусь! Пусть думает, что у меня всё прекрасно и замечательно, подумаешь меня парень ради неё бросил, ерунда какая. Нужно ни при каких обстоятельствах не терять лицо и не вызывать к себе жалость. Ненавижу когда меня жалеют! Пусть себя пожалеет, ведь с Рустамом ей придётся несладко, тот ещё эгоист и придурок. Наплачется она с ним, вот точно наплачется. Я сильная и закалённая жизнью справилась бы, а её проглотит и глазом не моргнёт. Использует, подавит, съест и косточек не оставит!

Вот и заветная дверь, открыв которую мы с Женей в обнимку ввалились в комнату, сразу разбудив спящую красавицу. У меня начались отходняки после мороза, и я стала громко и часто икать. Всё вместе: икота, мой внешний вид, трясучка от холода и шатание в разные стороны создавали окружающим не очень хорошее впечатление обо мне. Хорошо, что этих самых окружающих было немного, а то совсем позора не оберёшься. В таком виде ещё замечена не была, и сейчас мне было неловко.