Виктория Цветаева – Грани сексологии 3. Сладкий яд (страница 26)

– Кристина, я сейчас кончу…

Он попытался отстраниться, чтобы не залить её рот спермой, но это совсем не остановило эту сладкоежку, которая только более интенсивно стала его сосать, не желая отпускать долгожданную сладкую игрушку на палочке. Густая жидкость, выстреливая небольшими порциями, наполнила рот, а глотательный рефлекс сделал своё дело. Сглатывая последние остатки семени, Кристина наконец-то посмотрела на Максима, про которого совсем забыла, так её увлек процесс. Страх, что ему могло не понравиться, даже не посетил ее ни на минуту, такой у парня был вид совершенно покоренного искусным мастерством девушки человека.

– Ты потрясающая! – схватил он её и прижал к своей груди. – Уверена, что не запамятовала и точно делаешь это впервые?

Максим опять над ней подшучивал, за что снова получил, только теперь по яйцам, которые, уже расслабленные, Кристина сжала очень сильно, до звёздных бликов перед его глазами.

– Шучу, шучу, милая, не оставь нас без потомства! Знаю, что здесь дело не в технике, а в чувствах, которые я испытываю к тебе. Ты меня сейчас просто в губы поцелуй – и я опять в строю, а если там, то и говорить нечего, вот так ты меня заводишь. Просто с ума по тебе схожу, так хочу и люблю!

Кристина тут же решила пошалить, чтобы проверить его же собственную теорию, и лизнула сосок на правой груди. Максим сразу вздрогнул всем телом, а внизу очень быстро стало все наливаться и твердеть.

– Убедилась? – самодовольно улыбнулся он очень дерзкой улыбкой. – А теперь, любимая, займи нужное положение вон у той тумбочки, – кивнул он на знакомый им обоим предмет мебели. – Не думай, что я забыл о своём желании взять тебя сзади.

– Опять? – полезли на лоб глаза Кристины от того количества раз, которое у них было за этот день и, судя по всему, это ещё не предел его возможностей.

– Не опять, а снова. Я же тебе говорил, что я молодой и горячий, и после меня ты не захочешь другого? А я всегда держу свои обещания и зря на ветер слов не бросаю!

– Хорошо, только давай поаккуратней, ковбой, дырочкой не ошиблись и смажь своего жеребца хорошенько, а то у меня уже все внутри побаливает.

– Будет сделано, моя Госпожа.

Он резко за руки потянул Кристину с постели и, развернув к себе спиной, наклонил вперед, заставляя облокотиться об тумбу руками.

– Раздвиньте ножки шире, Кристина Валерьевна, я хочу видеть вас всю… Вы же хотите, чтобы ваш студент вошёл в вас поглубже, ммм?

– Да… – задыхалась от острой смеси чувств Кристина, как под гипнозом выполняя каждую его просьбу, нетерпеливо подаваясь ягодицами назад.

Максим видел её нетерпение, но не спешил входить в столь манящую исходившую соками желания влажную дырочку. Ягодицы девушки так его манили, были такие ровные, округлые и упругие, что он несколько долгих минут гладил, мял их руками, слегка разводя в стороны, любуясь видом, который открывался его взору, и не мог остановиться. Это было какое-то сумасшествие, помутнение или одержимость, но прекратить это безумие было выше его сил…

– Максим… – вывела его из состояния залипания сама Кристина, нетерпеливо толкнувшись попой назад, провоцируя на более решительные действия.

Он так плотно к ней прижался, чтобы она почувствовала всю силу его необъятного желания, что Кристина в ответ поелозила вверх-вниз по его стволу попой, чуть сама не одеваясь на него, напрашиваясь на секс пожёстче. Она была уже давно возбуждена, с тех самых пор когда ещё делала минет. Теперь совсем сходила с ума, а между ног уже чувствовала настоящий потоп. Обхватив грудь девушки руками, Максим погладил соски, с удовольствием отмечая, как они быстро твердеют и просят ласки, а сам парень был уже на грани грубо трахнуть своего преподавателя. Он несколько раз провел членом по складкам, обильно смазав своего «дружка» ее природной смазкой, потом пальцами размазал её по всей промежности для более приятного скольжения, дразня и испытывая терпение их обоих.

– Как ты долго… – простонала Кристина, отбросив копну каштановых волос назад, протянула руку назад и сама направила его член в себя…

Сделав несколько толчков, он попросил завести её руки за спину и, обхватив их своими, удерживал тело девушки на весу, создавая иллюзию полёта, мощно врываясь в неё сзади… Ощущения были настолько невероятными, острыми и яркими, что Кристина даже не могла стонать, так у нее перехватывало дыхание до потемнения перед глазами… Никто и никогда не делал с ней подобного… Внутри, несмотря на обильную смазку, пылало огнём, но она не хотела, чтобы он останавливался и прижималась ещё сильнее, желая самого тесного насколько это возможно, контакта с человеком, по которому истомилось её сердце. Кристине хотелось стать его продолжением, его целой и неотъемлемой частью, его восторгом, его желанием, его страстью и огнём, его искрящей радостью и сладкой истомой… И так, толчок за толчком, дыхание и сердце в унисон, все снова, как в тумане… Он замирает на миг, его горячее пламя заливает её изнутри, охватывая жаром тело. Окно открыто, и лунный свет мягко ласкает их тела…

Немного за полночь Максим привёз Кристину к ней домой. Перед этим они поужинали в круглосуточном кафе, съев за один присест два больших ведра куриных ножек и по гамбургеру в придачу, и это не считая мороженого. Весь день они были так увлечены друг другом, что совершенно забыли о таком важном моменте в жизни любого человека, как еда. И только когда вышли из квартиры Максима и сели в машину, ощутили безумный голод, о чём их успешно чуть ли не в унисон оповестили их же собственные желудки. А после плотного ужина сил хватило только дойти до кровати, упасть в море одеял и подушек и уснуть беспробудным сном, так вымотаны они были совместными интенсивными скачками. Кристина только успела пробормотать перед тем как провалиться в сладкий сон:

– Если каждый наш день будет такой же сексуально насыщенный, боюсь, меня надолго не хватит. Я просто не выдерживаю твоего напора, – то ли жаловалась и просила пощады, то ли делала ему комплимент она и намекала продолжить в том же духе.

– Выдержите, Кристина Валерьевна, вы сильная, я в вас верю, – плотно придвинул он своего любимого преподавателя к себе спиной, уткнувшись носом ей в ароматную макушку, и тут же вырубился под уже нетихие сопения Кристины…

*****

Максиму в это утро было так хорошо, что не хотелось открывать глаза. Впервые за долгое время он был счастлив. Сзади к нему прижималась хрупкая обнажённая фигурка любимой, разве может быть что-то прекрасней… Он застонал от наслаждения, когда её шаловливые пальчики пробрались к его паху… Сейчас, в это раннее время, ему не хотелось быстрого секса, а нежно, ласково и размеренно входить в желанное тело Кристины, целовать сладкие губы, вдыхать самый волнующий запах её волос и тела, любоваться улыбкой в солнечных лучах полуденного солнца, слизывать языком её сначала тихие, потом с каждым новым более глубоким и нетерпеливым толчком громкие стоны наслаждения. В довершение ко всему чувствовать всем своим телом спазмы перекатывающегося по всему её телу удовольствия и видеть самому, как она улетает к звёздам, и испытывать в этот момент внутреннее удовлетворение от того, что только ты, ты один причастен к этому волшебству… И пусть время остановится, а эти мгновения длятся вечность…

Не размыкая глаз, чтобы продлить это волшебное ощущение неги, Максим повернулся к ней лицом и потянулся к губам, но девушка почему-то быстро отвернулась, подставив аппетитную попку, которую сам парень просто обожал и уже вовсю гладил, а ногу шустро закинула ему на ногу, приглашая поскорее войти внутрь. Максим сразу же понял намёк взять её боком, здесь их желания совпали полностью, эту позицию он и наметил себе сразу же, как только первая, не самая разумная мысль посетила его голову.

– Кристина… – простонал парень и приспустил на себе боксеры, готовый войти в нежную плоть девушки.

Внутри ее сладкой дырочки, куда он уже нагло и вероломно проник двумя пальцами, было так горячо и мокро, а она сама так громко стонала от наслаждения, что у Максима голова перестала соображать и нигде, даже в самых его разумных уголках, не шевельнулась мысль о подмене.

– Кристина здесь вообще-то! – раздался даже не голос, а грозное рычание его девушки откуда-то из дверного проёма спальни.

Это произошло как раз в тот момент, когда Чернышёв уже взял член в руку и направил его внутрь тела мелкой интриганки, которая не только не думала вставать и доводить до его сведения, что она вовсе не Кристина, а совершенно не чувствовала себя и на грамм виноватой, продолжая нетерпеливо шарить сзади рукой, чтобы самой вставить в себя столь долгожданный член, о котором она так давно мечтала, ведь только по ей понятной несправедливости он достался её сестре. Первая разумная мысль шевельнулась в голове Максима, и он тут же распахнул глаза, уже уверенный в том, что опять вляпался в нехорошую историю, а вторая, ещё более здравая догадка посетила его тут же, сменив блаженное выражение лица на гримасу ужаса. И почему-то Максим был уже совершенно уверен, что эта девушка, которая вполне себе нащупала его неприкрытый ничем готовый к бою орган, вовсе не Кристина. Как ушат ледяной воды на него обрушилась действительность этого утра… Буквально вырвав свое возбуждённое хозяйство из рук Алёны, он быстро спрятал его обратно в трусы, и, как ошпаренный, ломанулся с кровати, падая и спотыкаясь на ходу.