Виктория Цветаева – Грани сексологии 2 Нарушая запреты (страница 2)

– Любимый, – подала она дрожащий голос, – это впервые…, прости меня, бес попутал…

– Заткнись, поняла! – зарычал он и в один шаг преодолел расстояние между ними, схватив жену за длинные волосы, намеренно причиняя ей боль, но она терпела, понимая что виновата.

– Я понял, что тебе надо было другого, слишком долго я был мягок и добр с тобой, а ты, смотрю, обожаешь пожёстче! С этого дня будешь ездить со мной в командировки, и я буду драть тебя во все щели, чтобы ты знала кому принадлежишь, маленькая дрянь! Нравится, когда с тобой обращаются как со шлюхой? Я тебе устрою, мерзавка такая, будешь и днём и ночью ходить на раскоряку!

Пока он учил уму-разуму свою непокорную жену, этот деятель уже натянул на себя первую попавшуюся одежду – какие-то ярко-розовые легинсы Снежаны, они единственные лежали на полке в шкафу прихожей, и пытался открыть входную дверь, которая была закрыта изнутри. Обшарив близ лежащее пространство, Еразм так ничего не обнаружил и понял, что заперт в шестидесяти квадратных метрах с этим сумасшедшим, который только громко смеялся из спальни на все его попытки выбраться из заточения.

– Любишь меня, говоришь, да, Снежинка? Тогда сделай для меня кое-что, а? Не слышу?

– Да, всё что угодно, только отпусти, Витенька, больно…

– А ты знаешь, сука, как мне больно? – отшвырнул он её от себя, как вонючий мусор. – А теперь, детка, ты же так любишь, чтобы тебя называли, возьми этот стеклянный член в руки, будем проводить воспитательную работу с твоим Гераклом. Думаю тебе понравится, да и у них это было в Древней Греции в норме.

Огромными шагами Виктор настиг Еразма и, как щенка, швырнул в то место, где он предавался греху вместе с его женой, придавив коленом его дрожащее тело.

– Ты же здесь драл в жопу Снежану, теперь тебя вы…бет этой штукой моя шлюха-жена и сделает это с огромным удовольствием, так ведь, детка?

– Да.., – дрожала уже всем телом от страха она, с сочувствием посматривая на Еразма, который не жалея сил начал вырываться из захвата Виктора, когда понял, что сейчас его, потомка самих великих греков трахнут в задницу. Может в древние века содомия и была нормой, но он не был её поклонником, являясь гетеросексуалом.

Снежана никогда не видела своего мужа в таком состоянии и поняла, что он был добрым и любящим, пока она этого заслуживала, а теперь она злоупотребила его хорошим отношением к себе и получит по полной. Но она даже не представляла какой с этого вечера её ждёт ад… Все познаётся в сравнении и скоро она почувствует на себе эту разницу сполна…

– Мне что, Снежана, повторять дважды!? – загрохотал Виктор на всю квартиру, когда даже через две минуты она так и не приступила выполнять его приказ. – Сделай ему приятно, как и он тебе несколько минут назад, не стесняйся, – неожиданно сменил он грозный бас на нежный голосок, а в глазах стояла жажда расправы, если она немедленно не приступит.

Виктор держал его крепко: придавив нижнюю часть тела своим корпусом, а руки вверху прижав своими огромными ручищами, что попытки Еразма вырваться или хоть что-то сказать в свою защиту приравнивались к писку и барахтанью заморенного воробья. Сглотнув сухую слюну, Снежана дрожащими руками спустила с него свои же розовые лосины, обнажив ягодицы.

– И давай без смазки, я думаю ему будет очень «приятно»! – предупредил её Виктор, как только она метнула взгляд в сторону лубриканта.

Еразм сжал насколько мог колечко сфинктера, не желая пропускать эту штуку внутрь, когда почувствовал ее стеклянную прохладную головку у входа в своё тайное место.

– А я смотрю, он робеет! Ничего, давай, Снежинка, поймай момент, вдарь ему посильнее по ягодицам и резко засаживай внутрь. Ты умеешь так, я теперь знаю…, подогрей его страсть…

Женщина так была напугана, что со всей мочи ударила своего любовника по мягкому месту, которое в этот момент было не таким уж и мягким, а твёрдым, как камень, так сильно он сжал ягодицы, что она отбила себе руку и застонала от боли. Еразм сам не понял откуда у него взяли силы на сопротивление, этот удар послужил окончательным сигналом, что пора отсюда делать ноги и как можно скорее. То ли Виктор немного ослабил хватку, увлечённый процессом ниже пояса своего врага, то ли адреналин в крови самого Еразма сыграл ему на руку, но через пару секунд он уже бежал на пределе своих возможностей в кухню, где был балкон, через который тот надеялся обрести свободу. Ему сильно повезло и здесь, ведь квартира, в которой он находился, была на втором этаже, да ему уже было и без разницы… Даже разбиться насмерть было не так страшно, как оказаться в таком унизительном положении и быть оттраханным этим хоть и искусственным членом, с такими последствиями его гордость точно была не готова столкнуться.

Времени на раздумья не было, потому что Виктор совсем не был намерен отпускать свою жертву. Еразм встал на стул и вылез в окно, цепляясь руками за оконный проём, чтобы так резко не шлёпнуться со всего маха вниз. Как ему помогли сейчас его регулярные занятия спортом, он чувствовал себя ловким и шустрым, как обезьяна. И вот сейчас он, как наши далёкие предки, должен был ловко спуститься по ветвям растущего за окном клёна. Хозяин дома метнулся вслед, чтобы вернуть пропажу на место, но этот гадёныш резко прыгнул на дерево, стремительно спустился вниз и спрыгнул, но всё же слегка повредил ногу. Ему в спину полетел его же новенький смартфон, который разбился вдребезги, и отборный трёхэтажный мат…, но это по пояс розовое чудо хромало через весь двор, привлекая к себе внимание окружающих, и не обращало на это абсолютно никакого внимания. Был полдень и его прекрасно было видно, он был главным событием сегодняшнего дня и все, кого он встречал на своём пути во дворе, с улыбкой провожали его.

Еразм повернул голову в сторону места, откуда он сейчас только дал дёру и столкнулся с угрожающим взглядом Виктора, ноздри которого раздувались от гнева, что этот наглый щенок ушёл безнаказанным. Каждый в этот момент думал о своём: Виктор решил это так не оставлять и немедленно отомстить гавнюку, который неизвестно какой промежуток времени наставлял ему рога, а Еразм думал о другом, что ключи от машины остались в его вещах в квартире, а значит он должен сейчас пройти мимо своей тачки, чтобы тот не дай бог не прознал, что это его машина. Раз он уехать сейчас на ней не может, значит и выдавать себя не намерен. Он был уверен, что иначе получит ее в разобранном состоянии, или вообще больше не увидит. Так и проходил мимо своей белой ласточки, уныло кидая на неё взгляд.

Начало мая выдалось довольно-таки прохладным и Еразму в одних штанах было мягко говоря некомфортно, но это были мелочи… Сейчас он был счастлив как никогда прежде: главное он жив и выбрался из этого кошмара не потеряв своё мужское достоинство, да и потрахаться успел со Снежаной напоследок всласть. Парень он был оптимист по жизни и совсем не унывал, у него таких, как она, ещё несколько, а надо и новых любовниц найдёт, какие его годы!

И вот когда Еразм уже спокойно выходил со двора, насвистывая себе под нос и наслаждаясь тем, как жизнь прекрасна, подсвечивая окружающим своим голым торсом, Виктор схватил свой травматический пистолет, проигнорировав все настойчивые просьбы своей жены успокоиться и не совершать глупостей, и уже бежал вслед за «розовой пантерой», чтобы хоть и не трахнуть, но отстрелить его наглую задницу, а ещё лучше вырвать блудливый член, сделав его евнухом. Но парень даже не представлял, что за ним идёт охота, пока первая пуля не пришлась ему по ногам, заставив того затанцевать на месте. Еразм сразу смекнул, что дело плохо и пора бежать, этот Виктор хоть и был огромен и неуклюж на его взгляд, но жажда мести творит чудеса и из самого неповоротливого медведя делает шустрого малого. Ноги уже бежали, сверкая своими пятками, когда Еразм повернул голову назад, чтобы оценить ситуацию и увидел метрах в двадцати бегущего мстительного мужа Снежаны, направляющий ему пистолет ниже его пояса. Он припустил ещё быстрее, но это не помогло, сильная боль в правой ягодице обожгла всё его существо, заставив его заорать. Безумный крик боли разнесся по всем окрестностям, ненадолго лишив парня координации. Еразм упал на колени, но громкий топот Виктора заставил его через преодоление себя подняться и побежать вновь, спасаясь бегством от этого ненормального психа. Больше парень не хотел рисковать своей задницей и спасти хотя бы её вторую половину, поэтому свернул с тротуара на проезжую часть и буквально упал на землю, сложив ладошки в молитве, перед первой проезжающей мимо машиной, водитель которой едва успела затормозить и не проехаться сверху по этому самоубийце. За рулём сидела девушка, которая думала, что у неё двоиться в глазах от огромного количества выпитого этой ночью алкоголя, если учесть, что она до сих пор ещё была пьяна. Еразм не терял время зря, а уже сидел на одном полужопие на заднем сидении её красного Mini Coopera и командовал, как у себя дома:

– Поехали, поехали, крошка, иначе мне крышка!

Девушка моргнула пару раз, не сводя своих стеклянных глаз с почти обнажённого парня сзади и, нажав на газ, сказала самой себе:

– Срочно бросай пить, Вася, уже не весть что мерещится.