Виктория Тарс – Тяжесть буднего дня (СИ) (страница 16)

Всё это, в общем-то, не мешало Року регулярно принимать участие в выходках друга. Пока природная вредность побеждала здравомыслие — Шед с удовольствием подбивал его на очередную авантюру.

Выглянувшее в очередной раз солнце отразилось на многочисленных серебряных флюгерах города, заискрило на снежных шапках на крышах. Шед с удовольствием полной грудью вдохнул морозный воздух. Он бодрил и освежал. Хотелось подольше погулять, но дела на первом месте. Да и без друзей было не так интересно.

Поместье рода де Мегалос поражало воображение только тех, кто не видел остального Скайлайда. Да, оно было большое, двухэтажное, с высокими окнами и прекрасным садом, летом радующим глаз разнотравьем (Шед не тратился на садовника, и сад зарастал как получится, но молодому лорду так даже больше нравилось), а осенью плодами многочисленных вишен, груш и яблонь. Над входом в поместье, на флюгере был изображён символ рода де Мегалос — стилизованная голова белого волка и трепетал флаг с таким же символом. Шед жил один, несмотря на то, что лорд Сатайа имел на поместье такие же права, как и его племянник. Но куратор предпочитал снимать небольшой домик около Института, наплевав на мнение остальных многочисленных родственников. Лорд Сатайа за свою долгую жизнь умудрился уже не раз, по словам матери Шеда, «опозорить род». Например, став преподавателем Института, а не войти в императорскую гвардию, как того требовала честь рода. Или живя в одиночку, без всяких слуг, в небольшом доме, недостойном присутствия лорда. А уж какие сильные были волнения, когда лорд Сатайя ушёл за Передел… У Шеда это была любимая история.

«Интересно, что сказали бы родители, узнав, где я сейчас провожу время, — подумал Шед, — и куда собираюсь отправиться».

Но, лорд Сатайа был очень важен для рода де Мегалос. Вернувшись с неизведанных земель, лорд привёз драгоценности, славу и удивительный меч, никогда не покидающий своих посеребрённых ножен. Но это нисколько не приблизило род к императорскому трону, что семья де Мегалос так и не простила лорду Сатайе.

«Он до сих пор может стать частью императорской гвардии, это большая честь, — наставительно говорила мама Шеду в детстве, — но он не делает этого ради нашей семьи. Постарайся не общаться с ним, я не хочу, чтобы ты стал таким»

Кто бы знал, как молодой лорд Шеддар де Мегалос хотел быть таким…

И не мог.

«Один раз. Я хочу лишь один раз помочь Року и Сину, и сходить в горы Передела. Всё закончится ещё до начала сессии. Мой род ничего не узнает» — думал Шед, забирая кошель со своими косыми и раздавая распоряжения слугам, перед тем, как он выразился, он «отправится в долгую поездку». Переодевшись в институтскую форму, Шед собрал вещи в сумку и снял со стены свой меч.

Обычный, одноручный. Клинок прямой с долом, сужается лишь к острию. Эфес украшен серебряной головой волка с узорами по бокам. На лезвие нанесено несколько символов — магические знаки, не позволяющие клинку ржаветь или тупиться, и, вроде бы позволяющие принимать на клинок магические атаки (так ли это на самом деле Шед никогда не проверял). Безумно дорогой меч, ещё в детстве врученный Шеду, такой же, как и у всех остальных членов рода. Кроме лорда Сатайи. Хотя, говорят, в свой поход за Передел лорд ходил именно с таким мечом, и, бывает, до сих пор иногда носит с собой оба меча — и родовой, и привезённый из похода. Ножны родовых мечей также украшались символикой рода. Заметный и запоминающийся меч.

«Но в горах на него смотреть будет некому» — подумал Шед, пристёгивая ножны к поясу.

Оставалось встретиться с самим лордом Сатайей и поговорить с ним.

От поместья до института путь был довольно близкий — около получаса быстрым шагом. По пути Шед размышлял, где сейчас можно найти куратора, и решил первым делом наведаться на тренировочный плац, находящийся между Институтом и Военным Корпусом. И не прогадал. Едва войдя на тренировочное поле, он увидел группу учеников, которым лорд Сатайя что-то объяснял, периодически показывая одну из атакующих связок. Решив, что прервать куратора во время урока себе дороже, Шед прислонился к стене, наблюдая за ходом событий.

А события развивались довольно однообразно. Ученики выходили парами, держа у пояса тренировочные деревянные мечи и становились в стойки. После сигнала лорда Сатайи ребята начинали сражаться. По сигналу и останавливались, иногда после первых же секунд боя, иногда доводя дело до значительных ушибов. И Шед не всегда понимал, почему лорд останавливал бой, ничего не объясняя, а просто отправляя ребят обратно в строй. Снег на тренировочном поле был затоптан плотным неровным слоем, словно на главной улице Пригорода. Хоть в этом ребятам повезло — лорд Сатайя никогда не делал поблажек на тренировках — мороз ли был, гололёд или дождь.

В одной из пар внезапно вышел Игнис. Ярко-голубые глаза гордо и твёрдо смотрели на мир и на противника. Каштановые волосы были собраны в короткий хвост. Он встал в стойку, с легким презрением глядя в глаза своего противника — парня, ещё моложе Шеда, явно не желающего сражаться, но, судя по всему, понимающего, что надо значит надо. На памяти Шеда ещё никто никогда не спорил с лордом Сатайей. И это было к лучшему.

Он в два счёта уделал своего противника. Это было неудивительно — Игнис был лучшим фехтовальщиком Института и личным учеником лорда Сатайи.

А после своего боя он сам подошёл к нему, приглаживая свои волосы и тщательно поправив одежду.

— Добрый день, лорд Шеддар, — с лёгкой ноткой издевки начал он разговор, — я не буду занимать у вас много времени, как это было вчера. Вы не забыли договор, заключенный между нашими родами?

— Забудешь такое, — с не меньшим ехидством поклонился Шед, — когда другие решают твою судьбу. Но я безмолвно принимаю ту кару, что заготовлена мне судьбой.

— Не мели чушь, — глаза Игниса вспыхнули гневом, — помолвка — ещё не конец жизни. Если ты будешь издеваться над моей сестрой — ты пожалеешь.

— Издеваться!? Ты говоришь так, словно я значу для неё хоть что-то, кроме влиятельного Рода. Сколько мужчин у неё уже было?

— Лира хотя бы иногда пытается с тобой разговаривать и сблизиться, — проигнорировал вопрос Игнис.

— Она пытается таскать меня к своим подружкам, чтобы похвастаться, что скоро выйдет замуж за самого наследника рода де Мегалос. Ваш род не так уж и знатен, и для неё я — единственный шанс пробиться в столичное общество, — расхохотался Шед, — думаешь, я не понимаю, что происходит? Я в учёбе может и не гений, но и наивным дурачком меня ещё не называли. Ты можешь сотню раз любить свою сестру — это не значит, что я полюблю её.

— Ты…,- начал Игнис но их разговор перебили.

— Развлекаетесь во время тренировки, я смотрю? — увлекшиеся ребята и не заметили, как к ним подошёл лорд Сатайа, — что ты здесь делаешь, Шеддар?

— А я…,- Шед ещё злился и с трудом вспомнил, зачем пришёл, — у меня к вам просьба…

— Потом, — хмуро перебил его куратор, — я смотрю, ты с мечом? В круг, — махнул он рукой. Шед растерянно схватился за меч, — а противником твоим будет…

Лорд Сатайа с повышенным интересом оглядел свою отводящую глаза группу.

— Игнис де Скиа. Бери свой фамильный меч.

Коротко поклонившись, Игнис направился к стойке, где благородные оставляли своё оружие во время тренировки. На тренировки приходилось таскать свой меч, либо использовать один из тренировочных институтских. Несмотря на то, что Шед не любил носить меч в Институт, на тренировке он предпочитал всё-таки своё оружие. В отличие от того же Рока (хотя теперь-то он знал, что родового меча у Рока никогда и не было).

«Ну почему именно Игнис, — мысленно простонал Шед, — почему же дядя именно его ставит моим противником? Ну поговорили чуть-чуть…»

Шед расстегнул куртку и сбросил её на лавку, оставшись в институтской рубашке. От порыва холодного ветра кожа тут же покрылась мурашками, но да ладно, всё равно скоро станет жарко. Игнис тоже скинул куртку. Встав друг напротив друга, соперники коротко поклонились и избавили мечи от ножен. Лорд Сатайа кивнул, начиная поединок.

Игнис редко атаковал первым. Шед знал это, он видел несколько поединков и сделал определённые выводы. Игнис терпеливо ждал атаки противника, чтобы быстро сблокировать и неожиданно, коварно контратаковать. Он был очень быстр и ловок, но не очень вынослив, и это позволяло ему использовать такую тактику. Шед же, благодаря своей жилистости был очень вынослив, и также мог поддерживать хорошую скорость. Но и Игнис видел поединки Шеда, и какие выводы сделал он — юноша не знал.

Игнис действительно ждал, его меч в правой руке был опущен, а стойка была левосторонняя и очень открытая для атаки. В глазах застыла насмешка, он снисходительно улыбался, глядя на своего соперника. Так хотелось содрать с его лица эту усмешку… но это слишком очевидная провокация. Резко сблизиться, имитируя атаку, и в последний момент, отскочить в сторону? Он, как всегда, попытается перейти в контратаку, но контратаковать с левой стороны у него вряд ли получится. По крайней мере, у него не будет ни единого шанса дотянуться мечом до врага. А там, может быть, он и действительно откроется для атаки…

Шед резко приблизился к сопернику, собираясь нанести диагональный удар от плеча к бедру, а Игнис сделал левой ногой шаг назад, меняя стойку и выставляя вперёд меч. Но Шед уже был слева, с задорным блеском в глазах нанося удар. Соперник увернулся, но у Шеда осталось преимущество, и он был решительно настроен его развить. Игнис не мог дотянуться до него мечом… он и не стал, растянув губы в презрительной усмешке, рубанул своим мечом по мечу соперника.