Виктория Свободина – Вынужденная помощница для тирана (СИ) (страница 22)

— Нет.

— Тогда заберу.

Я поникла. Выкидывать все это добро как-то жалко, дарить некому, а везти вечером в метро и маршрутке будет очень проблематично.

— Хорошо. Идите сюда, присаживайтесь.

— Зачем?

— Объяснительную мне будете писать.

— Какую? О чем?

— О том, как додумались поехать к незнакомому вам мужчине, не предупредив меня. Подробно о вашем разговоре с Мариной. Что она вам предлагала, как уговаривала. События до моего появления у Крамера тоже опишите подробно. А записка, которая была вместе с цветами и о которой вы упомянули, у вас?

— Да…

— Ее приложите к объяснительной.

— Но зачем это все вам?

— Чтобы оценить степень вашей вины во всем произошедшем, знать, о чем разговаривать с Мариной Станиславовной и чем аргументировать.

С неохотой достаю из кармана записку от Крамера, отдавать ее боссу не хочется, все-таки личная переписка. Поэтому колеблюсь. Тиран быстро разрешает мои сомнения — перегибается через стол и выхватывает карточку из моих рук. Я и опомниться не успела. Шеф быстро пробежал взглядом по строчкам. Бровь его вопросительно изогнулась.

— О каком таком эффектном появлении речь?

Чувствую, как начинаю густо краснеть. Нет уж, о своем позоре буду молчать, как партизан.

— Мария?

— Я не могу сказать.

— Почему?

— Не хочу.

— Мария, что за детский сад? Рассказывайте.

А шефу-то любопытно. Отрицательно покачала головой.

— Что такого было в вашем появлении? — не сдается начальник. — Ну не упали же вы прямо на пороге, как я вам не советовал, а все остальное мелочи.

У-у-у. Хочется стукнуться лбом об стол. Видимо, шеф углядел нечто такое в моем лице, его глаза удивленно округлились.

— Что, упали?

Блин, куда деваться от стыда?

— Шеф.

— Да?

— Можно я пойду работать?

— Объяснительную сначала напишите.

— Можно я у себя напишу? На компьютере. А потом вам перешлю.

— Упали или нет?

Опустила взгляд в пол.

— Да. — Наступила тишина. М-да. Добавила в свое оправдание. — Я случайно.

— Мария. Вы меня изумили. У меня даже слов нет. Цензурных.

Печально вздохнула. У меня тоже. Начальник, наверное, теперь совсем обо мне плохо будет думать.

— Возвращайтесь на свое рабочее место.

Несмело взглянула на шефа, а тот и не смотрит на меня. Мужчина запрокинул голову назад и смотрит в потолок. Уголки губ мужчины подозрительно подрагивают, словно он вот-вот засмеется.

— Вы ведь понимаете, что Крамер вас так просто после этого не оставит? — вдруг спросил Тривэ.

— Угу, — я опять печально вздохнула и поковыряла носком туфли пол. — Все плохо, да?

— Пороть вас, Мария, все-таки надо. Идите.

— Вы… сердитесь?

— На вашу глупость и безрассудность? Нет. Это ваши проблемы, как вы теперь будете с Крамером разбираться. Хотя, возможно, и не понадобится. Вы нашли друг друга. Вы уходите или нет?

Посчитала, что лучше мне действительно сейчас будет испарится.

Весь день творился какой-то кошмар. Начальник все-таки решил меня наказать за испорченный выходной. Он гонял меня с поручениями едва ли не ежеминутно, то одно ему сделай, то другое. Я не могла нормально работать со своими клиентами, вместо этого выполняя уже чуть ли не Дашину работу, периодически работу коллег. Коллеги, кстати, на мои забеги по поручениям смотрели круглыми глазами, не понимая, что происходит и чего вдруг я впала в немилость. После обеда я все-таки не выдержала и пошла к начальнику просить пощады, и состоялся такой разговор:

— Владимир Витальевич, я ничего не успеваю, мне клиенты звонят, а меня постоянно нет на рабочем месте.

— Это не мои проблемы, успевайте.

— Но, шеф, это физически невозможно. Вы ведь говорили, что мне нужно сконцентрироваться на продаже товара, у нас сроки горят, а вы меня загружаете лишней работой.

— Я передумал.

— Что передумали?

— Сроки у вас больше никакие не горят.

— Как не горят? Почему?

— Я все взвесил и решил, что нет смысла надрываться. Будет наш отдел в числе последних по продажам, и ладно. В следующем квартале наверстаем.

— Но как же премии? Вас же тогда не повысят. И отдел расформируют.

— По поводу последних двух пунктов, с чего это вы так решили?

— Ну, Марина мне так сказала. Я ведь вам объяснительную уже отправила. Вы не читали?

— Пока нет.

Босс уделил внимание компьютеру, видимо, решив проверить почту и мое объяснительное творчество. Эх, плохо, что при мне.

— Хм. Забавно. Переживаете, значит, за меня?

Когда это я такое говорила?

— С чего вы так решили?

— Волнуетесь, что меня не повысят? — перефразировал свой вопрос шеф. Глаза мужчины насмешливо блестят.

А, повышение.

— Чуть-чуть.

— Хотите, чтобы я поскорее ушел из отдела?

Блин, ну вот как он догадался. И как ответить? «Нет, не хочу» — звучит странно, то ли начальнику повышения не желаю, то ли в симпатии признаюсь. «Да, хочу» — собственно, признаюсь, что шеф меня уже достал.