Виктория Свободина – В академию за хозяином Драконьего Края (СИ) (страница 18)

— Вы не против, если я на вас взгляну? — робко прошу я. Все же интересно знать, как внешность у отца моего будущего ребенка.

— Не стоит.

— А как вас зовут?

— Это не важно.

Нервно поерзала. Мне даже рассказать дочери будет почти нечего о ее отце.

Преподаватель напрягся.

— Айлин не ерзайте, у меня самообладание не железное. Есть еще способы преодолеть ведическое влечение?

— А зачем это нужно вам знать. Все равно вы сейчас все сделаете и…

— Отвечайте!

Ну ладно. Рассказала. Тело расслабилось, млеет в объятиях избранника и периодически, пока я говорила, нет-нет, да провокационно ерзало. Сидеть стало не очень удобно.

Преподаватель о чем-то думает. Тело счастливо и этак доверчиво положило голову ему на плечо, пытается остальными своими частями прильнуть к магистру еще теснее, ногами обвило его ноги, и я чуть ли не мурлыкаю. Если бы руки были свободны, много чего неприличного бы ими вытворяла.

— Айлин.

— М-м?

— Это все, конечно, интересно, но пока, к сожалению, не вовремя. Вы хотите ребенка?

— Нет.

— Может, замуж хотите?

— Нет!

— А почему, собственно, вы этого не хотите?

Объяснила преподавателю, что хочу сначала окончить год в академии, затем три в ведической школе, после этого устроится как-то в жизни, а уж после этого, ладно, так и быть, но все равно не хочется и страшно.

— Погодите, ну а что насчет того, что вы невеста одного из студентов академии? Это не помешает вашим планам?

— Откуда вы про это знаете?

— Об этом вся академия, кажется, уже знает.

— Да? Ну это неправда. У того студента, кажется, есть на меня какие-то виды, но он сразу обозначил, что на самом деле это не свадьба. Если только второй женой для признания бастардов. Меня все эти планы не устраивают, я планирую их избежать.

— А каким образом он планирует от вас бастардов? Вы ведь веда, а сила, как я понимаю, на него не откликнулась.

Тяжко вздохнула.

— Ведическую силу тоже ведь можно заблокировать, тогда никаких препятствий не будет.

— Жестоко. А вы этого не хотите?

— Нет, конечно. Я — веда, в этом вся моя сущность.

Мужчина некоторое время молчит.

— Я, возможно, вас расстрою, но вы не веда.

— Что? Как это?

— Вы не веда по определению. Впрочем, как и не маг. В вас удивительным образом сочетаются сразу две силы. Можно сказать, что вы кто-то еще. Кто-то, кому пока нет четкого определения. Законы сил вед и магов не могут действовать на вас в той же степени.

— Вы думаете? — с большим сомнением произношу я.

— Уверен. Не факт, что найденный вами рецепт зелья работает. Я так понимаю, его придумала какая-то одна веда, и научных подтверждений его эффективности нет. Хорошо если не отрава в итоге получится, и даже если зелье действительно рабочее, не факт, что оно сработает на такой особенной девушке, как вы.

— Что же делать? — мрачно спрашиваю я. — Точнее, что вы вообще хотите сделать? К чему все эти разговоры?

— Детей я в ближайшее время на самом деле не планирую, сказал об этом, только чтобы разговорить вашу ведическую сущность, поэтому…

— А какая вам разница, будет у вас от меня ребенок или нет? — невежливо перебила я. — Как правило, забота и воспитание ребенка лежит на веде, у нас это считается нормальным, ни одна веда не станет навязывать своего ребенка мужчине.

— У вас может быть нормально все что угодно, — сухо ответил преподаватель. — Я от своих детей не откажусь, буду и содержать, и принимать непосредственное участие в воспитании. Это на всякий случай вам сообщаю, потому что если вдруг беременность все же случится, вы тоже останетесь со мной. 

Глава 24

Нервно поерзала.

— Зачем вам это надо? Сегодня избранник вы, через пару лет это может быть кто-то еще. Тот же первокурсник. Вас не будут смущать чужие дети? И вообще, что мне сейчас делать? Я же не могу сопротивляться силе.

— К этому я и веду, говоря, что вы не веда. Вы можете сопротивляться. Просто потому что не веда в чистом виде.

— Нет, не могу. я уже прочувствовала действие ведической силы на себе. Это нереально. Меня только чужая физическая сила от необдуманных действий и останавливает.

— Но в аудитории вы набросились на меня далеко не сразу.

— Это сила хитрила.

— Хитрила, но не набрасывалась бездумно, верно? Это говорит о том, что ваша сила все же подстраивается под вас и обстоятельства. Вот сейчас мы с вами вполне нормально разговариваем.

— Не совсем нормально.

Провокационно поерзала.

— Не совсем, но все-таки. Тренируйте самоконтроль, развивайте магические силу, думаю, со временем она уравновесит ведическую и снизит интенсивность подобных вспышек.

— Я поняла, спасибо, — кисло ответила я. — Я могу идти? Точнее, выставите меня, пожалуйста, за дверь и запритесь. На ваши занятия, я, к сожалению, вряд ли буду ходить.

— Что вас так расстраивает?

— С самоконтролем будет тяжело. С вами, мы вроде бы поговорили, но по академии еще ходит избранник-первокурсник. А завтра может еще кто-то появится.

— С первокурсником вы тоже можете попробовать как-то договориться, возможно при помощи своего “друга” старшекурсника, но зелий на всех избранников вы все равно можете не напастись, или оно не окажется под рукой, если вообще сработает. Давайте так, я помогу вам в развитии самоконтроля. Ведическая сила, возможно, поначалу будет бороться, но потом вполне возможно наступит эффект привыкания. Заодно помогу вам с развитием магической силы, теорией и практикой. Будем заниматься периодически по вечерам.

С сомнением смотрю на преподавателя.

— А вы уверены, что вам самому хватит силы воли удержаться от соблазна? Сами сказали, что самообладание у вас не железное.

— Я буду очень стараться, — хмыкает куратор. — Но не получится, так не получится. Дети это тоже неплохо.

Ха-ха, ой, как весело.

Вдруг услышала приглушенный звонок. Закончилась лекция. Ой, сейчас же Шен за мной зайдет, а меня в аудитории нет.

— Мне нужно идти! — взволнованно произнесла я, даже предприняв небольшую попытку встать. Тело дернулось, но осталось на месте.

— Не торопитесь. Будем считать, что тренировка самообладания и ведической силы началась.

— За мной сейчас в аудиторию зайдут. Шен будет в бешенстве и на обед бы…

— Вам стоит больше внимания уделять учебе и развитию, остальное мелочи, — твердо, с нотками недовольства, заявил преподаватель, взял меня за подбородок и поцеловал!

Сила во мне возликовала, тело встрепенулось, оно хочет с жаром обнять магистра, но он моих рук не отпускал, только еще крепче сжал их за спиной.

Как? Почему? Зачем? Вопросы тонут в наслаждении. Мне, конечно, сравнить особо не с чем, но поцелуй все равно восхитителен! Этого поцелуя так жаждало мое тело. Твердые мужские губы целуют меня так жадно, требовательно, властно.

Вдруг все прекратилось.