Виктория Свободина – Строптивая помощница для титана (страница 49)

К чести начальника, нигде больше воды и работающего санузла не обнаружила, то ли Ярослав правду сказал, то ли так хорошо подготовился. Слышу, как он в гостиной до сих пор что-то говорит Ларе.

В доме стало скучно, потому вышла на улицу, села на скамейку и, подставив лицо утренним лучам, наслаждаюсь чудесной погодой. Думаю о произошедшем и пытаюсь понять, как теперь вообще себя с Ярославом вести. В любви он мне не признавался, за проявленные порывы извиняется, хотя явно процессом наслаждается.

— Здравствуйте.

Открыла глаза и с удивлением воззрилась на стоящего передо мной высокого симпатичного мужчину.

— Здравствуйте, — отвечаю настороженно. — Мы знакомы?

— Нет. Просто увидел вас тут, под лучами солнца, такую красивую… я здесь отдыхаю. И вы? Прошу прощения, что помешал. Я художник. Можно я вас сейчас нарисую? Вы сидите, как сидели. Только не уходите, ладно?

— Эм. Ладно. Только я не знаю, как долго еще здесь пробуду.

— Хотя бы набросок сделаю, а там как успеем, — с энтузиазмом отозвался незнакомец. Мужчина быстро достает из-за пазухи большой блокнот с карандашом и присаживается рядом.

— Голову повыше поднимите. Да, так. Чуть улыбнитесь. Глаза можно не закрывать.

Скосила взгляд на сидящего рядом художника, с жаром начавшего вырисовывать первые линии на белом листе блокнота.

— Меня Егор зовут, — представился мужчина, заметив мой интерес. — И знаете, я иногда немного маньяк. Но исключительно в художественном плане.

— Саша.

— Приятно познакомиться.

Глава 79

Через некоторое время Егор просит повернуться к нему лицом, опереться рукой на спинку лавочки, затем обратно. Я послушно все выполняю, интересно, ведь я еще никогда не позировала для художников.

— Три хороших наброска есть. Вот, один вам в благодарность, — Посидите еще? Начну прорабатывать наброски.

Художник вкладывает листок в мои руки, и я с интересом рассматриваю себя в карандаше. Хмыкнула.

— Это не я. Слишком красивая.

— Вы именно такая, — не согласился художник. — Сядьте, пожалуйста, обратно в ту позу, в которой вы были в первый раз.

Убрала набросок в сумочку. Надо будет при первой возможности получше рассмотреть себя в зеркало, может, что-то пропустила. Егор продолжает с увлечением рисовать, а я наслаждаться солнышком.

— Вот вы где, Сашенька. Я вас потерял.

По обе стороны от меня на спинке скамейки появляются руки. Откидываю голову назад, чтобы увидеть того, кто стоит за моей спиной, и вижу склонившегося надо мной начальника. Невольно заулыбалась шефу. Какой он все-таки красивый.

— Решили с Ларой вопрос?

— Да, все хорошо.

— У вас потрясающий дар убеждения, шеф.

— Спасибо. Саша, пожалуйста, не теряйтесь больше, ладно? — на самом деле не попросил, а потребовал Ярослав и перевел взгляд на Егора.

— Егор, — сразу представился художник.

— А я вас знаю. Егор Кретов, верно? Бывал на ваших выставках. Ярослав.

Шеф протягивает руку Егору, и художник, профессионально прищурившись, тоже протягивает руку для знакомства.

— Я вас тоже знаю. Простите, плохая память на имена, но вот внешность… вы музыкальный продюсер, верно?

— Да, верно. Приятно познакомиться.

Как-то так шеф хмуро сказал последнюю фразу, словно и не так уж приятно. И обратился уже ко мне:

— Александра, нам пора ехать.

Тяжко вздохнула. Разморило на солнышке, хочется так сидеть и сидеть, да и когда начальник называет полный вариант имени, то все, чем-то недоволен. Чем, спрашивается? Вежливо попрощалась с художником, тот очень душевно меня поблагодарил за содействие, стал приглашать на будущую выставку, но тут общение прервал начальник, вежливо напомнив, что мы ну о-очень спешим. Последовала за ним в сторону стоянки.

ЯРОСЛАВ

Захлопнул дверцу автомобиля за Сашей громче, чем намеревался. Раздражение все-таки выплескивается. Что это за наглость такая? Почему все тянуться к моему? Художнику муза, Нику подружка, Максу увлечение, Лёне этому… жена. Не-а. Пусть гуляют лесом. Я ни с кем не делюсь. Сажусь в машину. Рома противно ухмыляется. Весело ему, да? Сегодня пусть Лару тогда ночью возит и терпит ее капризы. Выделю в рамках нашего договора не абы кого, а своего водителя.

Машина трогается с места. Перевел взгляд на Сашу. Притихла опять, моя пугливая лань, в окно смотрит, а ко мне и не поворачивается. Ну-ну. Наш утренний разговор еще не закончен. Только пусть сначала все бумаги подпишет, а то еще испугается, сбежит, отлавливай и уговаривай ее потом. Так, Слава. Все. Спокойно. Дыши.

Хмыкнул про себя. Вообще, странно все, конечно, вышло. Вчера, поддавшись порыву, привез сюда Сашу с четким намерением ее получить во всех смыслах этого слова. С договоренностью на певческую карьеру получилось легко, хотя готовился брать штурмом неприступную крепость, а вот с остальным… не смог. Не смог решиться. Саша из того типа женщин, которых, если уж берешь, надо любить и на них жениться, а я не готов ни к первому, ни ко второму. Обижать Сашу не хочется, но… скорее всего, придется. Однако же буду держаться столько, сколько смогу.

Невольно улыбнулся, вспоминая вчерашний вечер. Достаю телефон.

— Саша.

Наконец моя подопечная отвлеклась от вида за окном

— Да?

— Хочу вам кое-что показать.

Включаю видео в телефоне со вчерашнего Сашиного импровизированного концерта лично для меня. В телефон не смотрю, я и так все четко запечатлел в памяти, слежу за реакцией Саши. У нее покраснели щеки и даже уши.

— Ярослав, зачем вы это сняли? Это же кошмар.

— Мне нравится. Очень мило.

— Удалите, пожалуйста.

— Ни за что, — отчеканил каждое слово.

Саша осуждающе покачала головой.

— У вас уже столько компромата на меня. Только не делайте из этого клип.

Улыбнулся еще шире. Да, с клипом это она верно угадала, я могу… но не буду. Это для моего личного домашнего архива. Какая же она забавная. Хорошо, что Рома в машине, а то я ведь поцеловал бы.

АЛЕКСАНДРА

Какой же стыд. Щеки пылают так, что, наверное, можно обжечься. Зачем, ну зачем мне Слава показал это видео? Зачем он вообще снял этот позор?! Вчера я казалась себе грациозной крутой певицей, а на деле оказалась неловкой коровой. Нет, ну, может, пела я и ничего так, но вот эти мои попытки скопировать пафосно-возвышенное лицо, как у Лары — зря. Танцы вообще ужас. Никакой гибкости и плавности, попадания в музыку ноль. Меня ещё и штормило, оказывается. Вчера я снесла, даже не заметив, какой-то стул, споткнулась о столик, пыталась изображать грязные танцы с креслом… Закрыла лицо руками.

— Уберите это, пожалуйста, больше не хочу смотреть.

Теперь понятно, почему Ярослав подхохатывал вчера во время моего выступления. Ещё и успел заснять все незаметно. Одного не пойму, почему тогда смотрел так тепло и с восхищением? Обман?

Мы приехали сразу в продюсерский центр. Я по привычке заняла свое место за столом в приемной. Шеф усмехнулся, но ничего не сказал. В конце концов, формально я все еще помощница. Но вот, незадолго до обеда пришел юрист и принес мне на ознакомление мой новый договор. Большой такой.

Только изучила, как Ярослав требует зайти к нему в кабинет, спрашивает, подписала я или нет. Формально, кстати, я даже, получается, и не увольняюсь, а перехожу на другую должность. Разочаровала начальника. Взяла пару дней на осмысление договора, поскольку заключается он сразу аж на десять лет, и требования там серьезные. К десяти годам я как-то не была готова. Я вообще не уверена, что моя влюбленность в шефа продержится столько лет, она может пройти, а вот обязательства останутся. Так что буду думать. Ярославу мой ответ, похоже, не понравился, глаза недовольно потемнели, отпустил домой осмысливать с намеком, что мне это нужно делать побыстрее.

Глава 80

Вернувшись домой, первым делом вытаскиваю из сумки договор, а вместе с ним вылетает и белый листок. Поднимаю. Это тот набросок, подаренный мне утром художником. Оказывается, с обратной стороны бумаги Егор написал свой номер телефона и… приглашение на кофе. Улыбнулась. Приятно. И настроение поднялось. Егор, конечно, мужчина интересный, но звонить ему не стану. Смысла во встрече уже не будет. Я «зависла» на Ярославе.

Заварила себе кофе, открыла компьютер и приступила к повторному изучению договора. После второго и третьего внимательного перечитывания текста при помощи онлайн консультантов нашла для себя еще много подводных камней в документах. Договор стал немного напоминать рабский.

На следующее утро на работу не тороплюсь. К этому моменту я уже выписала себе все спорные моменты и пожелания и собираюсь бороться за каждый пункт. Не тороплюсь, потому что вновь на всякий случай перечитываю документ. И как-то прямо поджилки трясутся. Не хочется мне сталкиваться с Ярославом на профессиональном рабочем поле, еще и в его профиле, но придется. О, вот он и звонит.

— Да, Ярослав.

— Александра Павловна, здравствуйте. Вы сегодня на работе появляться планируете? — мягким вкрадчивым тоном поинтересовался у меня начальник. И сейчас я как никогда его боюсь. Полное имя плюс отчество в исполнении босса — совсем плохой знак.

— Я уже скоро буду.

— Жду вас.