Виктория Свободина – Строптивая помощница для титана (страница 18)

Ветер, скорость и легкий адреналин от мысли, что если начальник узнает, с кем я тут в парке катаюсь, по головке не погладит, но, как оказалось, запретный плод сладок. Задумалась о боссе… и тут меня подрезал Ник с требованием не зевать и предложением устроить гонки до кафе. Да легко! Я проиграла, и Ник, как победитель, купил мне утешительный лимонад, а себя наоборот этим лимонадом наградил.

Потом мы уехали из парка. Денжер привез меня к дому, но уходить как-то не хотелось. Слово за слово, и мы опять разговорились, но, возможно, темнота так на это повлияла — разговоры стали более личными. Не знаю, почему, но зачем-то рассказала Нику о своем позднем подростковом бунте с уходом от родителей, переездом и сменой работы. Денжер и смеялся, но и полностью поддержал, в ответ рассказав, что он тоже рос хорошим мальчиком, отлично учился и слушался родителей, но его подростковый бунт случился довольно рано, поскольку родители хотели, чтобы он продолжал чинно учиться в консерватории, а он вместо этого сколотил свою музыкальную группу и стал с ней посещать ночами злачные места, выступая с личным или позаимствованным репертуаром. Чаще все-таки позаимствованным. Кстати, консерваторию Ник не бросил, закончил на радость родителям.

— Ну, а ты, Саш, чего не рассказываешь, какие у тебя таланты?

— В каком смысле?

— Почему именно помощница продюсера? Музыкальная индустрия, а не какая-то еще.

— Так случайно вышло. Что первое более удобное подвернулось, туда и пошла.

— Да ладно. И нет мечтаний на тему стать звездой? И никак не привлекает эта сфера?

— Совершенно нет.

— И петь ты не умеешь?

— Умею.

— Ну спой.

— Не буду.

— Почему?

— Не хочется.

— У тебя какие-то комплексы, что ли?

— Ага.

— Нет, ну серьезно.

— Да, у меня комплексы. Не люблю перед кем-то петь.

— Надо же. Наверное, плохо поешь.

— Не-ет.

— Наверняка фальшивишь.

— Нет!

— Значит голосок слабенький.

— Я на слабо не ведусь. Все, пока.

Выскочила из машины прежде, чем Ник успел выйти и открыть мне дверь сам. Так гораздо лучше. Не будет неловких пауз перед прощанием, когда думаешь, поцелует или не поцелует, в щечку или не в щечку.

— Труси-и-иха! — несется мне в спину насмешливый, громкий, хорошо поставленный голос. И автомобильные гудки, чтобы весь сонный дом знал, кто я.

— Выпендрежник! — крикнула в ответ я, прежде чем закрыть за собой дверь подъезда.

Поднявшись в квартиру, что я сделала первым делом? Ага, выглянула зачем-то в окно, но Ник успел уехать. Поймала себя на том, что широко улыбаюсь, и хочется прыгать. Общение с Денжером для меня такой адреналин.

Так, ладно. Надо ужинать и ложиться спать. Завтра рано вставать, ехать на студию записывать… блин! Я же свою озвучку хотела чуть ли не на зубок выучить. Тогда полноценный сон отменяется.

Пытаюсь читать, а думаю больше о том, как провела вечер, о чем говорила с Ником. А ведь мы даже телефонами не обменялись. Возможно, потому что я слишком резко выскочила из машины. Интересно, а он еще позовет… Помотала головой. Так. Надо сосредоточиться, а то я так за текстом всю ночь могу просидеть, но усталость — это тоже плохо, буду рассеянной и вялой.

Вопреки всем страхам, на следующий день все прошло хорошо. Я озвучила сразу несколько серий и спела коротенькую песню к заставке сериала — спеть было самое сложное, поскольку ни разу еще не приходилось делать это под запись в студии, но вышло хорошо и прямо задорно — еще не исчез заряд позитива после вчерашней прогулки с Ником, и этот позитив я вложила в песню. Что самое хорошее — сразу получила деньги за работу, и в следующую субботу меня позвали продолжить. Жизнь налаживается! Теперь можно вести с коллегами вечернюю общественную жизнь.

В воскресенье занималась уборкой, наводя уют в своем маленьком гнездышке, п потом просто бездельничала. Одной жить не так уж страшно, наоборот, есть в этом определенное удовольствие. Так что зря меня мама пугала. Так вот еще поживу, привыкну и вообще не захочу больше ни с кем жить.

Ладно, ладно шучу. Значит, теперь жизненные планы такие — развлекаться, общаться со всеми, искать свою любовь, а главное заработать побольше денег, поскольку одной жить хорошо, а жить в собственной большой квартире, которую можно полностью обустроить под себя, — еще лучше. Да, вот он, список главных задач на данный момент.

В понедельник утром как всегда с удовольствием пришла на работу. Уже планирую, как в обед найду себе компанию, чтобы сходить в какой-нибудь бар. Главное только бы не караоке-бар, хотя высока вероятность, что именно туда, поскольку петь, представляя себя супер-звездой, — чуть ли не самое любимое занятие моих коллег.

— Доброе утро, Сашенька. Вы сегодня прямо лучитесь хорошим настроением. Видимо, выходные прошли хорошо? — зайдя в приемную, произнес шеф.

— Доброе утро, Ярослав Леонидович, — приветствую в ответ я. Сердце на миг ушло в пятки. Почувствовала себя преступницей. И с подопечным шефа, пусть и только будущим, весьма романтично погуляла, и на другой работе поработала. Это… практически измена. Рабочая измена дорогому шефу. Не хватало еще тайно себе другого начальника завести. Чувствую, как щеки и даже уши краснеют. — Выходные прошли хорошо, спасибо.

Так захотелось в ответ поинтересоваться у начальника, как прошли его выходные, но посчитала, что это будет с моей стороны нетактично и непрофессионально. А так бы я еще с удовольствием поинтересовалась, встречался ли он с Ларочкой, играл ли с ней в настольные игры и… и тут я представила, как пафосная Лара Роял играет в настольные игры. Точнее, не смогла представить. Воображение сломалось. Мне кажется, что такими вещами Лара не любит заниматься.

— Мне только что звонил Александр Станиславович, за выходные они все с Ником обдумали и готовы к перезаключению договора. На всякий случай, чтобы не успели передумать, назначил им встречу в центре через час. Подготовьте, пожалуйста, переговорную и вызовите наших юристов.

О, босс так хищно улыбнулся. Прямо лев, который вот-вот получит свою добычу.

Глава 37

Через час появились Александр и Ник. Периодически, по требованию, захожу в приемную во время этой сделки, и это очень нервно. Все из-за Ника. Стоит мне войти, и он на меня смотрит. При встрече так и вовсе подмигнул. Вроде бы подмигивания никто не заметил, но вот такое откровенное внимание кто-то, может, и заметит. Все, точно больше никаких нерабочих встреч с Ником, не может он себя нормально вести, шеф узнает — будут проблемы.

Успела, кстати, буквально на долю мгновения заглянуть в контракт, и, кажется, Ника на самом деле зовут Никита Краснов. Нормальное такое себе имя.

Но вот уже контракт подписан, продюсер Александр жмет руку моему шефу, Никите и, довольный, покидает приемную. Вслед за ним быстро уходят и юристы.

— Ну, с чего начнем? Новый альбом записываем? Вечером отмечаем?

Убираю стол в приемной, ну и делаю это очень неторопливо. Да-да, подслушиваю.

— Гхм. Во-первых, Ник, с вечеринками ты завязываешь. Тебе пора от них передохнуть. На полгода ты и вовсе заляжешь на дно. Тебе нужно будет хорошо отдохнуть, отоспаться, подумать над тем, в каком направлении ты хочешь развивать свое дальнейшее творчество. Альбом мы, конечно, запишем, но я хочу, чтобы три песни из будущего альбома ты написал сам.

— Что?! — Ник буквально взорвался, подскочил с места и гневно воззрился на своего нового продюсера. — Вы же знаете, Александр предупреждал, я не пишу песен сам! Это не мое. Хотите позориться меня заставить? И что за тупые условия — залечь на дно? Про меня и так уж начали забывать, перестану мелькать в тусовке, совсем забудут.

— Все знают твою любовь к вечеринкам, скандалам и развлечениям. Если вдруг ты резко исчезнешь, а твой прежний продюсер, как мы и договорились, будет появляться на публике один, ничего не объясняя, это наоборот только разогреет интерес, а пресса собьется с ног, тебя разыскивая, а интервью с тобой будет самой желанной добычей. И уж информацию из первого после исчезновения интервью разнесут во все источники новостей совершенно бесплатно. Насчет песен — это мое условие, и оно неизменно. Я уверен, ты все сможешь, времени у тебя будет достаточно. Да. И еще кое-что. С этого дня — сухой закон. Пока ты работаешь со мной, я не должен видеть тебя пьяным. Увижу — все, больше никакой нормальной работы.

Судя по лицу Ника, он в неприятном удивлении, если не сказать грубее. Тихо выскользнула из кабинета. Вроде бы и в чем-то сочувствию Нику, и смешно. Горе у человека — тусоваться, напиваться и скандалить запретили. И даже немного завидно стало. Мне вот уже сколько лет, а я ни разу крупно не оскандалилась, на крутых вечеринках не бывала. Торт не считается — свидетелей было мало.

Решено. Сегодня точно иду в бар, и вот прямо так, чтобы на утро было стыдно вспоминать.

Ника в этот рабочий день я больше не увидела, но продюсерский центр буквально забурлил новостями о его передвижениях и о том, как Ник активно и весьма дружелюбно знакомится со всеми сотрудниками, хотя многих уже знает. Оказывается, здание под продюсерский центр Ярослав выкупил не так давно, а раньше это была просто студия звукозаписи, которая арендовалась для записи клипов всеми желающими. Многие сотрудники остались работать на своих местах, а Ник с ними раньше уже работал. Общительный какой парень оказался. Впрочем, чего я о нем думаю все время? Хватит уже.