Виктория Свободина – Преданная помощница для кумира (СИ) (страница 62)

— Ой, Ник, отстань.

— Понятно. Кремень ты Настя, кремень. Александру про клип я сам скажу, все равно сейчас с ним встречаюсь.

— Ладно.

Попрощавшись с Ником, все еще сижу и задумчиво смотрю на телефон. Боролась с собой долго, но в итоге все-таки набрала один важный номер.

— Здравствуй, Настя, — лишь один только этот мягкий бархатный голос бросил в дрожь. Где-то внутри меня словно теплое солнышко зажглось. Может ли голос быть наркотиком? Со всей очевидностью могу сказать, что да. Без этого голоса мне было пусто и холодно. — Ты сейчас мне сделала лучший подарок из всех возможных.

— Это какой?

— Позвонила. Я ждал. Долго. Значит, я на верном пути.

— Артем. Остановись. Не надо больше таких клипов.

— Хорошо, если ты хочешь, таких клипов больше не будет. Как твои дела? У тебя все в порядке?

— Да, все хорошо. А… ты как?

— Знаешь, нормально. Постепенно привыкаю вновь к оседлому образу жизни и нахожу в нем все новые и новые плюсы. Когда-нибудь, может, даже дойду до того, что построю себе домик по соседству с братом. Но не раньше, чем появятся дети. Насть, а ты детей хочешь?

— К чему вопрос?

— Исключительно праздный интерес.

— Дети — это большая ответственность, к которой я еще не скоро буду готова.

— Понятно. Ну, у тебя еще есть какое-то время…

— В смысле?

— Время у тебя есть, все впереди. Пойдем сегодня погуляем?

— Нет.

Понимаю, что надо заканчивать разговор, но не могу.

— Насть, мне уже пора работать, но я тебе еще сегодня вечером позвоню, — Радов не спрашивает, а констатирует факт. — Настя.

— Да?

— Я уже спрашивал, но поинтересуюсь еще раз. Ты станешь моей женой?

Не удержалась от веселого фырка. Сколько можно так шутить?

— Пока.

Отключила вызов.

Чем ближе подступал вечер, тем чаще я поглядывала на экран телефона. Смысла себя обманывать нет. Я жду звонка, и жду больше, чем мне бы того хотелось. Радов позвонил очень поздно. Я уже собиралась спать.

— Алло.

— Привет, Настюш. Извини, пожалуйста, я не поздно? Раньше не получилось освободиться, а говорить урывками я не хотел.

— Много работы?

— Да, очень. Меня еще взял в оборот дядя Витя. Он очень требователен и поблажек не дает, требуя полной отдачи, но зато благодаря этому я очень быстро осваиваюсь в новом деле… сегодня ночь ясная.

Невольно выглянула в окно. Действительно ясная. Еще и полнолуние.

— Сейчас очень хотел бы быть рядом с тобой. Знаешь, что бы я сделал? Обнял бы так, чтобы ты больше от меня никогда не сбежала, и поцеловал бы твои сладкие потрясающие губы с такой страстью, что ты потеряла бы голову, и тебе больше никогда и мысли не закралось о том, что мы можем быть отдельно друг от друга. Ты знаешь, что поцелуи под полной луной самые пьянящие?

— Серьезно? — насмешливо интересуюсь, а у самой мурашки по коже.

— Со мной — да. Именно такие. Хочешь проверить?

Ах ты, соблазнитель коварный.

— Так проверяла уже раньше, и не раз. Что-то ты, мне кажется, преувеличиваешь, — насмешливо произношу я.

— Ничуть, — не поддался на провокацию Артем. — Просто не все условия были соблюдены. Не та фаза луны…

— Ты оборотень, что ли?

— Ну… выть на луну — это для меня тоже особое удовольствие. Так, Настя. Слушай. Только для тебя. Первый и последний лунный концерт Кая Айстема.

И Радов завыл. Действительно завыл, словно заправский волк, музыкально, протяжно. Вот чего я от Артема вообще не ожидала, застыла в шоке, не зная, то ли смеяться, то ли интересоваться душевным здоровьем мужчины. А потом еще мой бывший шеф запел хорошо знакомую мне ласковую колыбельную песню собственного сочинения.

За легким разговором и шутками с Артемом пролетела вся ночь. Я и не заметила. Серьезно. Вот я легла в кровать глубокой ночью и слушала, слушала, слушала восхитительный мужской баритон, а очнулась только когда начало светать.

Утром я шла на работу с ощущением, словно делаю нечто неправильное. Ночь была волшебная. И плевать, что не выспалась. Ночь была сказкой, а работа — суровая реальность. Надо признать. С Каем Айстемом мне больше нравилось работать. Вернее, работа у Радова и вовсе не воспринималась никогда как работа.

Журналисты раздули историю с двумя клипами Кая в нечто невообразимое. Это при том, что сам певец никаких интервью не дает и журналистов избегает. В сети уже стали предполагать, ради кого же так старается всеми любимый ледяной мальчик. Больше всего ставок на Кенди, ага. Кто-то сердобольный уже выяснил, что Настя — реальное имя возлюбленной Кая.

Больше всего меня поразило то, что большинство фанаток любят своего кумира не по-детски, но стали заваливать сеть сочинениями на тему, что Кенди должна быть с Каем, раз ее нет, значит, действительно поссорились. К дурной Кенди появились сотни воззваний с просьбами и мольбами вернуться к кумиру молодежи, чтобы он не страдал и был счастлив. Были даже угрозы, что если не вернусь, хуже будет, а если узнают, что еще с кем-то другим встречаюсь — вообще жестокая смерть. Всерьез задумалась о том, что лучше не появляться пока с Ником в общественных местах. Во избежание. А то так кто-нибудь признает и… боюсь представить, что будет. Ник Денжер увел у Кая любимую девушку, ага. Да меня с потрохами съедят.

Рассказала о фанатский настроениях Артему (Радов теперь звонит мне каждый вечер, и мы болтаем, часто до утра), он внимательно выслушал, очень серьезно посоветовал быть осторожнее, хорошо маскироваться и вообще охрану завести. Охрану еще Радов предложил. Свою. А еще замуж опять позвал — мол, давай уже, Настя фанатов порадуем, и проблема сама собой решиться. Покрутила пальцем у виска тогда живописно. Жаль, Артем не видел.

Через неделю грянул новый клип Кая Айстема, окончательно добив меня и общественность.

— Артем, ты ведь обещал, что больше таких клипов не будет, — выговариваю Радову по телефону, в очередной раз прокручивая новое видео, пока что на беззвучном режиме.

— Все верно. Таких как прежде не будет — я не повторяюсь, Насть.

Клип безумно красивый, а еще вызывает невероятную ностальгию. Места, где снималось видео, узнала сразу. Это мой родной город. Родные улочки, знакомая набережная, где я знаю каждый камушек, потрясающие морские закаты, а еще… мамин сад как раз в ту пору, когда цветут розы.

Ностальгия проснулась невероятная. Кай в клипе одет как при нашей первой встрече. Музыка пьянит, она не заводная, а томная и неспешная, как летний вечер в моем родном городе. Айстем поет о любви и о том, как скучает и больше не хочет провожать закаты и встречать рассветы без своей любимой пары. В конце клипа Кай, стоя в одиночестве на пирсе, любуется морем и потрясающим ночным небом, усыпанным мерцающими звездами. Луна… в клипе полнолуние. Это вызов.

— Кстати, Насть. Я скоро концерт даю. Придешь? — вкрадчиво интересуется Радов.

— Концерт? Надо же, не слышала.

— Да. Через неделю. Хочешь, скажи свой адрес, я тебе билет пришлю.

— Нет, спасибо.

— Не хочешь прийти?

— Не знаю. Подумаю.

Приду или нет, действительно не знаю, но хочется посмотреть на выступление Кая в кои-то веки не со стороны сцены. Но только не сообщая свой адрес (с Артема станется мне лично билеты привезти) и не давая знать, из какого места буду смотреть концерт. Надо будет еще и одеться так, чтобы никто не признал.

Вообще поняла, что жутко скучаю по Радову, раньше я как вампир заряжалась его энергетикой, мой бывший шеф вообще почти никогда не унывал, и трудности его не пугали.

Прошла еще одна неделя. Артем сейчас, кажется, на пике своей популярности, только о нем и говорят на каждом углу, он в телевизоре, сети, газетах, журналах, радио. По-моему, нет человека, кто не слышал бы о Кае Айстеме. Для всех интрига такая небывалая активность певца, а от концерта и вовсе ждут каких-то чудес. Билеты на концерт, кстати, разошлись как горячие пирожки, хотя объявление о самом выступлении и о старте продаж было всего за несколько дней. Так что билеты купить не смогла. Видимо, не судьба, придется по телевизору смотреть. За день до концерта ко мне в кабинет зашел Денжер и кинул на стол два ярких билета.

— Вот. Еле купил. Пришлось двойную цену платить, и то только в фан-зону. Придется стоять и толкаться. Пойдешь со мной.

— А ты чего это как простой смертный покупаешь? — я тут же стянула один билетик и спрятала в сумочку. — Наверняка мог бы и по дружбе у Артема попросить билет.

— Ну, знаешь, ты тоже у него могла бы, но почему-то безбилетная сидишь. Ну чего, значит, звоню завтра гримерам, чтобы они наши лица до неузнаваемости накрасили?

— Давай.

Для концерта выбрала черное нарядное блестящее платье. Почему-то ощущение праздника, чем ближе концерт, тем все больше. После посещения гримера, взглянув на себя в зеркало, поняла, что почти неузнаваема. Лицо кажется другим, блондинка, линзы из карих сделали глаза зелеными. Только что фигура осталась прежней. Не узнают. Я сама себя не узнаю.

Огромный зал забит народом под завязку. Мы с Ником вынуждены держаться за руки, чтобы не потерять друг друга в толпе.