Виктория Свободина – Купленная помощница для президента (страница 20)

– В собственном кабинете?

– Да-а, – блаженно тяну я, счастливо жмурясь. Вроде и понимаю, что кабинет мною заслужен за работу с дядей Толей, но как-то очень похоже на блат, который бывает в организациях у любовниц руководителей… Во всяком случае, на фоне остальных помощников, меня как будто бы балуют. Не буду сейчас об этом думать.

На обед Вадим пошел со мной, пытать, что как, да почему, потом и кабинет смотреть тоже пошел, а зайдя присвистнул.

– Возьми меня к себе, а? – плюхаясь в мое кресло, говорит коллега. – В приемной мне не обязательно сидеть, ничего важного я не делаю.

– Ха! Я тут работать вовсю вообще-то собираюсь, а ты меня отвлекать будешь, – на самом деле ничего против Вадима не имею в качестве компании, все равно он на работе не так уж часто появляется, но тут другой нюанс. Секретная дверь. Про нее Вадим тогда по любому узнает.

– Не буду. Наоборот. Кофе всегда принесу, доставку обеда на рабочее место организую, а то ты часто про обед забываешь. Массаж могу.

– Организовать?

– Зачем? Сам сделаю. Буду безупречным помощником помощника.

Массаж – это, конечно, очень соблазнительно, но увы.

– Узнаю у шефа. Если он против не будет, то и я не против потесниться. Для двоих тут места достаточно.

Только что-то мне подсказывает, что Баринов будет против.

Вадим ушел писать боссу письмо, а я осталась обживаться. Первое, что сделала, сфотографировалась в кресле напротив панорамного окна и отправила фото Захару. Да, похвастаться своим новым шикарным рабочим местом. Захар ответил быстро. Поинтересовался, за какие заслуги, но не рассказывать же ему в переписке про… крупного клиента, полученного практически благодаря мне. Договорились вечером встретиться с Захаром, пообщаться. Домой ко мне заедет.

Весь оставшийся день пребываю в приподнятом настроении. Меня уже не волнует, что там думают обо мне другие помощницы, ведь я их больше не вижу. Вадиму шеф не разрешил переселяться, кстати. Домой еду тоже в чудесном расположении духа. Поужинав, решаю посидеть в интернете и зачем-то первым делом лезу в светские хроники искать информацию о своем боссе. То, что еще может быть пропустила. Хочется его все-таки понять и узнать больше.

Нашла. Новость прям свеженькая, горяченькая, сегодняшняя. Босс появился на крупном благотворительном мероприятии по руку с известной моделью. Так еще и его сестра там засветилась. В статье пишут, что модель с сестрой Баринова очень дружны, эту модель, оказывается, замечают не в первый раз на мероприятиях с шефом, обсасывается подробно, как он нежно на фотографиях ее приобнимает, влюбленно смотрит. Ну и в статье предполагают, что наконец, у Баринова серьезный роман, модель общается с его родственниками и дело идет к свадьбе. На последнем фото в статье парочку поймали в закутке, жмущимися друг к другу.

Раздраженно захлопнула компьютер и почти тут же позвонил Захар. В дороге. Спросил, что к чаю купить, и что-то так захотелось сегодня чай покрепче сделать.

Сразу после Захара звонит Таня, к стыду своему, я совершенно про нее забыла, хотела уже домой звать, Захара-то она тоже знает и дружит, но оказалось, что звонит извиниться. Виноватым голосом сообщила что забыла про онлайн-конференцию, запланированную на вечер, а после нее уже будет никакая. Перенесли. В последние годы я только и делаю, что переношу встречи с друзьями. Раньше мы все куда легче на подъем были.

Загрустила. Не знаю, чего в этой грусти больше – ностальгии по старым временам или грызущий меня червячок разочарования и стыда. Зачем я с Бариновым переспала? Надо было врезать ему за наглость и послать куда подальше? А я что? Теперь только усилилось ощущение, что я падшая женщина, еще и работаю на Баринова, вижу его часто. Такую глупую ошибку совершила. Вообще нельзя было в доме шефа оставаться, вызывать такси и без ужина уезжать. Но если бы знать все заранее.

Приехал Захар. Сидим с ним, чаи гоняем, болтаем, но как бы я не старалась отвлечься, все равно не могу переключиться.

– Ник, ты сегодня грустная, – замечает друг. – Сама только хорошее рассказываешь, но эти твои печальные глаза настораживают. Говори, что случилось.

Ну не буду же я Захару выкладывать про свои постельные приключения. Он мне друг, но не подружка. С другой стороны, он-то со мной делится своими авантюрами, еще и, порой, во всех подробностях. Точнее делился раньше. Потом был перерыв, и сейчас Захар в этом плане куда сдержаннее и скрытнее.

– Я падшая женщина, – решилась я излить душу хоть кому-то, потому что носить в себе уже не могу.

Захар удивленно приподнял брови, но не так изощренно-изогнуто, как умеет шеф.

Поясняю:

– На днях переспала с начальником. Сама не понимаю, как так вышло. Во всяком случае, с моей стороны.

Подробно рассказала, что и как было и замолчала, грустно повесив голову, и ожидая подтверждения от Захара, что да, я падшая женщина и вообще не очень умный человек.

Захар долго молчит и смотрит на меня странно, а потом все же выносит вердикт:

– Нет, ты ни в чем не виновата. Ты человек, у тебя есть определенные потребности. У тебя ведь давно не было мужчины, верно?

– Ну… да.

– Простая физиология, ничего больше. Я тоже в некотором роде виноват в этой ситуации. Друг, и так долго тебя не поддерживал.

Широко распахнув глаза, наблюдаю за тем, как Захар расстегивает на себе рубашку.

– Захар, а что ты делаешь?

Глава 18

– Тебе нужно расслабиться и переключиться, – отвечает мой ответственный друг, стягивая с плеч рубашку.

Из груди вырывается нервный смешок.

– Котов, успокойся, выпей валерьянки. Не буду я с тобой спать. Это как из одной койки в другую прыгать. Хочешь окончательно меня падшей женщиной сделать?

Как бы там ни было, с интересом рассматриваю Захара. Подкачался, загорелый.

– Выброси из головы этот мусор, ведьма. Главное, чтобы ты была довольна, счастлива, удовлетворена и не бросалась от голода во все тяжкие.

Захар сейчас похож на кота на охоте, плавно встает, огибает стол, щурится хищно. Эй-эй. Я не дичь!

– Не буду! Я сейчас и без того удовлетворена, правда еще и шокирована.

Котов одним движением сдвигает всю посуду в сторону, берет меня в охапку и усаживает на столешницу. Крепко обнимает, с силой прижимая к себе. У меня перехватывает дыхание. Успела забыть все эти ощущения. Знакомый незнакомец. Захар сейчас и пахнет по другому, и воспринимается уже немного иначе. При этом воспринимается, как свой, не опасный, может быть даже родной.

– Я не могу, – с грустью произношу я, утыкаясь лбом в плечо друга. – Во всяком случае не сейчас. Нужно остыть, пережить это все, привести мысли в порядок.

– Ты все можешь, ведьма, – вкрадчиво выдыхает мне в ушко слова Захар, и сразу же, это ушко чуть прикусывает. Знает ведь, что я люблю, и как люблю. – Я сейчас сделаю так, что ты вмиг забудешь о том инциденте, как о не стоящем внимания. Знаешь, почему я это сделаю? Я хочу, чтобы такая потрясающая рыжая, любимая мной бестия, знала себе цену и не искала больше случайных приключений.

Ого, как Захар заговорил.

– Как будто у нас с тобой это будет не случайно и не временно, – я фыркаю и пытаюсь отодвинуть от себя Котова. – У тебя своя жизнь, у меня своя. Так всегда было.

– Чтобы была иначе, я предлагаю тебе уволиться, – на полном серьезе заявляет Захар. – То что там у тебя что-то было с твоим начальником, это одно, но вот то что было после… тебе не стоит себя так унижать и изводить, продолжая на него работать, следить за ним, его романами, интрижками. Там ведь целый штат помощниц, я так подозреваю, ты не первая из помощниц, с кем он спал, и, скорее всего не последняя. Ты хочешь в этом всем вариться? Ты весь вечер была расстроена. Из-за кого? Он даже волоска твоего рыжего не стоит. Так зачем тебе держаться за это место?

– А за чье мне место тогда держаться? – со смешком уточняю я. – За твое что ли? Так там тоже, за него подержаться много желающих. Предлагаешь в очереди стоять?

Вновь отпихиваю от себя Захара. Как и в прошлый раз без особого успеха. Судя по последним дням, мне пора еще и на курсы самообороны записаться, а то что-то много вокруг цепких хватателей-прижимателей ходит.

Захар ловит мою руку и ладонью прижимает к своей груди.

– Нет никаких очередей.

Котов наклоняется, его губы бесцеремонно захватывают мои.

Пару минут самозабвенно целуюсь с Захаром, вспоминая забытые ощущения. Они не пугают неизвестностью, постепенно втягивая в сладкий водоворот. В этом деле Захар изощрен, любит его, и с годами стал только опытнее и искушеннее. Может и правда? Забыться? Переключиться?

Ага, одну глупость перекрыть другой. Очень по взрослому.

Котов чуть отстранившись, рывком стягивает с меня футболку.

Стол настойчиво завибрировал. Точнее не стол, а телефон на столе. Нравятся мне разного рода вибрации…

Утром просыпаюсь с больной головой. Пожалуй, с крепкими чаями пора завязывать, впрочем, как и с долгими ночными беседами. Захар, конечно, хорошо мне мозг промыл, да, согласна, надо увольняться. Котов еще соблазняет, в отпуск с ним на море отправиться сразу после моего увольнения, чтобы, значит, хорошо отдохнуть прежде, чем к нему на работу выйти. До нынешней работы подвез, на прощание поцеловал так, что у меня чуть пар из ушей не пошел.

Решимость уволиться горела во мне вплоть до появления на рабочем месте. Заглянула в рабочую почту, а там уже полно писем из отделов по проекту дяди Толи, сам дядя Толя вскоре начал названивать. Вот как я могу уволиться, если пообещала проконтролировать исполнение проекта? Нехорошо получается. Позвонила Тане. Снова договорились вечером встретиться. Может, она что полезное насоветует. Переспать, чтобы отвлечься, думаю, не предложит. Она семейная, наверняка еще и осудит.