Виктория Свободина – Императорский отбор (СИ) (страница 25)

На самом деле, я уже точно знаю, куда. К реке. Надо было сразу идти купаться еще по прибытии, но не было сил, да и вообще все было безразлично. Я уверена, вода сможет восстановить меня и успокоить куда быстрее и лучше, чем какая-то дыхательная гимнастика.

– Тогда я тебя никуда не отпускаю.

Гр-р. Сдерживаться удается все труднее и труднее. Тут еще люди кругом. Если увидят безобразную сцену в моем исполнении, то проще будет пойти и утопиться.

– Я пойду охлажусь, – злобно цежу сквозь зубы. Ремек сказал, что агрессия уляжется, но вместо этого я лишь все сильнее завожусь. Кровь бурлит. Сейчас бы на шабаш, только не с кем. А все маги виноваты.

Смотрю на Ошентора еще злее, он ведь маг, и зря смотрю, потому что мужчина довольно улыбается, а это бесит куда больше, чем принадлежность его к магам. Вдохнула поглубже.

– Хорошая мысль, – похвалил меня Ремек. – Идем. Я провожу тебя, чтобы добралась без приключений. Я с себя ответственности не снимаю.

Да мне уже все равно. Сорвалась с места и побежала к реке, оставив генерала позади. Уже спустя пару минут прямо в одежде окунулась в темную ласковую воду с головой. Фу-у-х. Не скажу, что магия генерала исчезла, я буквально чувствую, как внутри сидит нечто темное и злое, но меня все равно отпустило.

Слышу шорох со стороны берега и оборачиваюсь на звук.

– Господин Ошентор, объясните, пожалуйста. То, что вы в меня вдохнули, – это мои собственные желания? Или искусственные?

– Это желания тьмы, что оказалась в тебе, но при этом основывающиеся на твоих личных симпатиях и антипатиях. В этом действительно ничего страшного нет, только нужен хороший контроль, чтобы держать все желания при себе. В тебе тьмы лишь капля, по сравнению с тем, сколько ее во мне, она живет во мне, но, как видишь, я ни на кого не набрасываюсь.

Хмыкнула. Да уж, Ремек спокойный с виду и не набрасывается ни на кого, только провел рекордное число завоевательных походов, снискал славу опасного и жесткого военачальника, страшного черного мага и прочее, прочее. В общем, думаю, генерал все же поддается своей тьме, только масштабы у его слабостей другие. Интересно, а когда Ремек смотрит на девушек, на лир там, или на меня, ему тоже хочется всего того, что и мне сейчас хотелось сделать? По всей видимости, да. Отсюда в очередной раз делаю вывод – надо держаться от этого мага подальше. Другой вопрос, что эти выводы я уже делала, а толку ноль.

– А вам это нравится? Быть черным магом? – ответ для меня действительно интересен. Если я уже от какого-то клочка тьмы чуть не свихнулась, то как должен чувствовать себя Ремек каждый день? Постоянный контроль наверняка очень утомляет. Это ведь ни на секунду нельзя расслабиться.

В ночи, несмотря на то, что луна светит ярко, мне трудно разобрать, какие эмоции отражаются на лице генерал, но, кажется, он усмехнулся.

– Шали, мы не выбираем, кем стать, мы рождаемся уже с нашими способностями, нравится тебе или нет, это нужно принять. Если бы я стал не черным магом, а, например, друидом, это был бы уже не я. У каждого в этом мире своя роль и предназначение.

– Нужны все?

– Верно.

Прикусила себе язык. Очень хочется спросить у Ошентора, так же ли он думает насчет ведьм.

– Шали, ты накупалась?

– Да, почти. А что?

– Пора возвращаться.

– Я пойду к лире Родерик.

– Нет. Пока это не безопасно. Для лиры. Утром к ней вернешься.

И что, мне спать придется бок о бок с генералом? Или еще хуже. Между Ремеком и Тереном. Представила в красках, впечатлилась, но, в моем-то состоянии, не испугалась, даже где-то соблазнилась.

Вылезла на берег. С меня ручьями стекает вода. Ошентор смотрит на меня так, словно готов съесть и он очень голоден. Здесь, у реки, мы с генералом практически наедине. Я хоть и молода, но отлично понимаю – Ремек меня хочет. Толька пока еще сдерживается. Узнав о том, какая тьма сидит внутри мага, поражаюсь выдержке генерала. Но что мне делать с этим знанием? Становиться походной любовницей я не собираюсь, еще вдруг понесу, и что тогда? Мне рано детей, да и не надо. Тем более от Ошентора. Кто может родиться от союза черного мага и ведьмы? Гремучая смесь ведь. Выгоды от связи для меня нет. Настоящего, а не магического, желания, тоже нет. Симпатия к генералу? Ну не зна-а-аю. Я вообще Ремека боюсь и, порой, жутко бешусь, когда он давит своей властью. Мне даже не льстит, что я привлекла внимание этого мужчины, потому как, опять же, испытав на себе, что такое темное желание, понимаю, что, скорее всего, Ремек хочет тут многих дев, но только я очень часто поблизости, еще и своим поведением, порой очень дерзким, бужу все его темные инстинкты. И это я еще спала ночью в генеральском шатре, прямо под носом у мужчины. Стальная выдержка у этого черного мага.

Поежилась. Сейчас как никогда хочется попросить у Ошентора меня высушить, но сушка эта в данной ситуации наверняка плохо для меня закончится. Тогда какие варианты? Ремек уходить явно не собирается. До сменной одежды еще нужно добраться. Только что мундир генеральский, который я сняла, перед тем как в воду окунуться, можно еще раз попробовать присвоить. Нет, лучше просто пробегусь до своей сумки, возьму вещи и обратно во тьму. Мокрой тут, правда, бегать неприлично, это очень возмущает общественность и генерала в частности, но лучше так.

Глава 15

– А почему у вас глаза до сих пор черные?

Вопрос, конечно, интересный, но сама потихоньку начинаю уходить от генерала. Устала я что-то сегодня. Длинный был день, нервный.

– Мне, наверное, все же не стоило забирать свою тьму, поскольку вместе с ней я взял и часть твоей жизненной энергии.

– Почему не стоило?

– Моей тьме очень понравилась твоя энергия. Теперь она желает отведать ее еще.

Оу. А может, голодным взглядом Ошентор смотрит на меня не из желания сделать своей женщиной, а потому что реально голоден, только пища ему нужна совершенно иного порядка.

– Из-за этого глаза черные?

– Да. Тьма вышла на охоту.

Закашлялась. И Ремек так спокойно сообщает мне, что некая темная субстанция, сидящая внутри него, хочет мной полакомиться?

– Тогда, может, я пойду? Чтобы вашу тьму не дразнить?

– Поздно. Но идти можешь, я отлично все контролирую, – произнес мужчина и уже через секунду оказался возле меня, обнял так, что я вплотную оказалась прижата к мужскому телу.

– Вы что?!

Готовлюсь атаковать. К счастью, река рядом, остужу пыл генеральской тьмы только так, но сразу раскрою себя. Ремек прищурился довольно, и тут от меня пошел пар. Хм, генерал, конечно, меня уже довел до невозможности, но вот чтобы у меня от злости уже и пар пошел… Стало очень тепло и хорошо, а главное, совсем не мокро. Там, где мое тело не касалось генерала, мужчина потрогал сам своими большими, твердыми и горячими ладонями.

Иными словами, меня нагло облапали, и от этого мне сделалось очень хорошо и сухо. М-да, Ремеку понадобилось высушить меня действительно везде. Жмурюсь от приятных ощущений и дрожу, словно лист на ветру, совершенно не от холода. Все уже давно высохло, но вот руки генерала и не думают останавливаться, продолжая то гладить, то крепко сжимать меня. А вокруг летняя ночь, темнота. Никто ничего не узнает. Но я-то буду знать.

– Отпустите меня! – очень строго произношу я. С генералами и черными магами только так, иначе не поймут. Откуда я знаю? Девичья интуиция.

Мужчина с явной неохотой убирает руки. Меня слегка потряхивает, тяжело дышу. Надо быть осторожнее со своими желаниями. Вот так один раз мельком пожелала, чтобы меня мгновенно высушили – пожалуйста. У меня попа почему-то больше всего горит после сушки мага, но вряд ли там было самое мокрое место. Отступаю шаг за шагом, не рискуя поворачиваться к тьме спиной.

– Я не просила меня сушить.

– А я бы все равно не пустил тебя в мокрой одежде на радость солдатам.

Ну, вот и поговорили. Уже готова развернуться и бежать, подумаю обо всем, когда окажусь в более безопасном месте.

– Шали, – остановил меня голос генерала.

– Да?

Ремек молчит, словно раздумывая. Если сейчас предложит мне стать его любовницей, вода все-таки выйдет из берегов. Нет, нельзя. Тогда просто замечу генералу, что меня тут и замуж уже звали, так что в сравнении его предложение так себе.

– Иди к прежнему месту стоянки, я вскоре подойду. Никаких глупостей и своеволия, я этого не терплю.

Все же генерал на то и генерал, чтобы не делать ошибок и не предлагать то, на что совершенно точно получит категорический отказ. Одно ясно точно – совместную ночевку никто не отменит. Случайности становятся закономерностями? Это ведь уже вторая ночь рядом с Ремеком. Вернулась к костру. Что делать? Как быть? Впрочем, если генерал сейчас уедет, а император вскоре появится и заберет свой гарем невест в столицу, может сложиться так, что я с Ошентором и его тьмой больше не встречусь, верится, правда, в это с трудом.

Генерал подошел только спустя где-то полчаса. Волосы у мужчины были влажные, одежда сухая, а глаза вполне обычные, синие. Как Ошентор усмирил свою тьму, мне остается только догадываться. Специально для меня принесли матрас, подушку и одеяло. Генерал разложил свою постель достаточно далеко, так что мне, думаю, в общем-то, не о чем волноваться.

Ошентор пьет свой наверняка просто-таки великолепнейший и очень дорогой зеленый чай, задумчиво глядя в огонь, а мне уже ничего не надо. Легла на матрас, вздохнула поглубже теплый ночной воздух со вкусом дыма костров и почти мгновенно уснула.