Виктория Свободина – Его обреченная (страница 38)

– Я собирал энергию для одного сильного удара по крепкой защите, а ударил в ослабленную. Большая часть сил ушла мимо.

– Вот как.

Беру Терреда за руки, закрываю глаза и смотрю на него другим взглядом, изучая энергеиическую структуру и ауру. В этом они с Лерретом удивиетльны. Можно смотреть бесконечно на совершенство их структуры, но сейчас у меня есть дело.

Наполняю истощенные канады Тера силой, но он вдруг разрывает контакт, отпуская мои руки.

Раскрываю глаза и удивленно смотрю на супруга.

– Спасибо за помощь, Мейлан, но сейчас это ни к чему. Сила быстро восстановится и так.

Пожимаю плечами. Зачем я вообще это сделала? Просто… это показалось естественным и правильным. Неужели во мне просыпается личность Лираэль?

– Может, тогда будем выезжать? – предлагаю я. Дорога должна немного отвлечь от мыслей. Если останусь тут, погружусь в такую пучину воспоминаний, из которой не факт, что выберусь.

– Конечно, дорогая.

Мне кажется, или между мной и Терредом появилось едва уловимое напряжение? Он тоже почувствовал присутствие Лираэль?

Глава 28

К вечеру добрались до ближайшего крупного города. Супруг молчал всю дорогу, думая о чем-то своем. Я ему не мешала, мне тоже было о чем подумать.

Хозяин города предоставил нам гостевые апартаменты в своем особняке и устроил праздничный ужин со знатью, где у нас расспрашивали, как прошла военная кампания и где же армия. Я старалась при вопросах о потерянной армии сдерживаться, но когда было особенно тяжело, выходила в дамскую комнату просмеяться. Мне кажется, гости подумали, что у меня проблемы с животом. Хотя одна дама настойчиво завела со мной беседу о детях и их правильном воспитании. Наверное, она совсем что-то не то подумала.

Но вот, мы с мужем остались вдвоем в покоев. Он все еще задумчив и отстранен, хотя еще утром рвался попасть в ближайшую пещеру. Пришел после душа, лег, пожелал мне добрых снов и, кажется, собрался спать.

Нет, так не пойдет.

Кладу руку на мощное плечо Терреда и начинаю поглаживать. Затем моя руку спускается на широкую грудь и…

Терред перехватывает мою руку и сухо интересуется:

– Что ты делаешь, Мейлан?

Как, что? А то как будто бы непонятно?!

Всерьез задумалась, как именно надо объяснить то, что мне надо от супруга. О, знаю!

– Я желаю исполнения супружеского долга. Ты против? Хочешь спать? Может быть голова болит?

Вот зачем я опять про болячки? Еще не хватало предложить полечить Терреда. Он тогда во мне точно Лираэль увидит и в постель одну не ляжет.

Терред поворачивается ко мне.

– У меня все отлично, а у тебя, Мейлан?

– И у меня.

Тянусь к дракону, чтобы получить от него поцелуй. Касаюсь губами его губ, но он никак не реагирует. Отстраняюсь и вопросительно смотрю на Тера.

– Ответь, пожалуйста, Мейлан. Почему ты хочешь этого именно сейчас? После столь тяжелого для тебя события, как возвращение воспоминаний. По идее, сейчас, то, что ты хочешь, должно быть последним из твоих желаний. Но ты наоборот к этому настойчиво стремишься. Ответь мне, пожалуйста, честно, почему?

Закусила губу. Да, Черный дракон проницателен. Возможно стоит поговорить с ним начистоту.

– Я бы хотела поскорее забеременеть.

Такое мое заявление и желание Терреда отчего-то совсем не обрадовало. Посерьезнел еще больше, нахмурился и отодвинулся подальше, как будто опасается, что если будет лежать ближе, я ненароком от него забеременею.

– Этого действительно хочешь ты, Мейлан, или я сейчас разговариваю с Лираэль?

Теперь уже и я хмурюсь.

– Я не знаю, кто этого хочет, но это надо сделать. Для стабильности мира.

– Да-а? – насмешливо тянет Тер. – Для стабильности мира это требовалось и раньше, но что-то тебя это особо не волновало, теперь же понадобилось ускориться.

– Я не осознавала масштаба проблемы.

– А может быть ты просто желаешь скорее выполнить предначертание и уйти спасать своих эльфов? Скажи, дорогая, тебя ведь гнетет это все, верно? Память вернулась, как и любовь к Леррету, чтобы ты там ему не говорила. Так? Но ты к нему не вернешься. Будешь вновь одна благородно нести свое бремя и всех спасать? Великий и добрейший светлый лекарь вернулся?

Поджимаю губы и отворачиваюсь от Терреда, чтобы скрыть слезы.

– Нет, ты не прав, – отвечаю дрожащим голосом. – Во всяком случае, не во всем.

– Расскажи мне в чем я не прав, я готов выслушать.

– Я… – делаю паузу, поскольку мне мучительно трудно это произнести. – Любовь к Леррету живет в моих воспоминаниях ярким огнем. Такие воспоминания трудно так просто потушить, забыть и избавиться от них. Да, я, наверное люблю его, поскольку воспоминания Лираэль теперь мои собственные, как и ее жизнь. Это не была моя любовь, но стала ею.

Я вижу, как темнеет взор Тера. Дальше стараюсь еще осторожнее подбирать слова.

– Тем не менее, с Лерретом я больше никогда не буду. Это решение когда-то приняла Лираэль, и я новая с ней полностью солидарна. У меня, как у Мейлан, вообще чувств к единорогу не было. У нее чувства были только к тебе. Постепенно, с каждым днем они проявляли себя все ярче, она к тебе привязалась и воспринимала как мужа и своего мужчину. А сейчас я новая в смятении, мне необходимо время, чтобы разобраться в себе. Но не нужно думать, что я желаю стать жертвой, спасая разом всех эльфов. Конечно, мне их очень жалко, однако беременеть, бросать своего маленького, нуждающегося во мне ребенка, чтобы их спасти, я не собираюсь. Только если у меня совсем не будет выбора и не в ближайшие пару столетий своей новой интересной человеческой жизни. Ты сейчас имеешь дело не только с Лираэль, но и Мейлан. Мейлан, к счастью, именно боевой маг по натуре, а не всепрощающий и жертвенный лекарь, она решает свои проблемы и смотрит на мир иначе. Я, ну или мы, как тебе удобнее думать, уже между собой начали ладить и искать компромиссы. Думаю, опять же со временем, мы подружимся и вдвоем станем сильнее, а не разорвем себе голову и личность на части. Я странно говорю, Тер? Ты, наверное считаешь, что мне нужно к лекарям?

Терред забавно изогнул брови, мне кажется, немного повеселел.

– Я полагаю, великому лекарю и перспективному начинающему боевому магу лекарь ни к чему. Еще неизвестно, кто кого вылечит.

Тер шутит, значит, все неплохо.

– Насчет беременности. Да, во мне сидит беспокойство Лирэль и ее желание скорее исполнить долг и дать нашему миру, которому и так пришлось очень непросто из-за проклятия и потери двух главных сил, наполняющих его пространство энергией и магией. Она все-таки лекарь, это ее стремление скорее помочь его обитателям. Мейлан так скоро детей не хотела, но в принципе не против. Она знает, что эти переживания будут ее грызть и не давать покоя. Ты ведь исполнил свой долг, женившись, успешно провел Мейлан через трудный и опасный ритуал. Осталось довести все до конца и с нашей стороны.

– Дорогая, мир и судьба и так долго ждали, может и еще подождать еще, ничего критичного не произойдет. Зачем бросаться в омут с головой? Это больше напоминает жертву. Может сначала тебе стоит разобраться в себе?

– Мне бы не хотелось с этим тянуть, – упрямо произношу я. – Ты не стремишься к близости со мной и детям из-за Лираэль? Она тебе совсем не нравится и отталкивает?

Дракон смотрит на меня долгим внимательным взглядом, я уже подумала, что откажет, но он вдруг спокойно произносит, распахивая объятия:

– Хорошо, если ты хочешь, давай исполнять долг перед миром. Ты меня никаким образом не отвращаешь и не отталкиваешь, Мейлан. Сколько бы в тебе личностей из прошлых жизней не проявилось, главное, что среди них есть ты.

Нерешительно прижалась к Терреду и была заключена в теплое кольцо его рук. Что-то мелькнуло в его взгляде, заставившее меня насторожиться. Коварство?

– Спасибо, – тихо произношу я, привычно утыкаясь лбом в плечо Тера.

– Я хочу, чтобы ты знала Мейлан. Чтобы не случилось, я буду рядом, всегда и во всем тебе помогу и поддержу. Ну кроме стремлений принести себя в жертву.

– Ты любишь Мейлан?

– Так, как может любить дракон.

А как любят драконы? Ответа не нашлось и у Лирэль.

Не знаю, как драконы любят эмоционально, но вот в остальном… дракон этой ночью неистовствовал. Измотал и искусил меня так, как ни разу в пещере. К утру пальцем лишний раз пошевелить не могу. В голове пустота и ни одной лишней мысли или воспоминания, не говоря уже об угрызениях совести. Какая там невероятная прошлая любовь к Леррету? Воспоминания о единороге как-то быстро начали тускнеть.

Нахожусь в состоянии полудремы, усталости и неги. Если после такой ночи я точно должна забеременеть. Тер очень старался в этом плане.

Перед моим носом на столике появился знакомый сервиз.

– Устанавливающий, общеукрепляющий и витаминизорованный чай, дорогая. С учетом твоих стремлений и мыслей самый подходящий для тебя чай, – довольным тоном произносит Тер, двигая столик еще ближе ко мне.

– Чай? Это хорошо, конечно, но мне бы…

– Курочки?

– Надоела эта курочку. Хочу… дичь. Но такую, чтобы прям самой поймать и на огне зажарить. Рыбку хотя бы свежепойманную.