Виктория Свободина – Демонический отбор (СИ) (страница 57)

— Все хорошо. Продолжай, — говорю я, а у самой ледяные мурашки по коже бегают.

— Подробности описывать не буду, но как раз в этой битве с монстрами я и потерял своих родственников с дремлином. Отец с матерью бились до самого конца, и могли остаться в живых, но к моменту, как мы прорвались к порталу, из женщин в живых осталась только мама. Закрыть портал могла только женская энергия. Мама закрыла портал, но вот подчинить его себе не смогла. Нирта скорее всего это тоже не удалось. Нет, маму не убили, ее затянуло в портал, предположительно, в мир с монстрами. Отец успел запрыгнуть за мамой в последний момент. Я остался и потом ещё долго искал и зачищал округу от оставшихся монстров.

В спальне наступила тишина. У меня в голове родится много вопросов, но…

— Ты пробовал их вернуть? Или узнать, живы родители или нет.

— Не пробовал. В мире, откуда пришли монстры, они бы не выжили, но если бы это им все-таки каким-то образом удалось, зная моего отца, он бы уже нашел способ вернуться домой. А я с тех пор больше не балуюсь с порталами. После вступления в наследство, побывал в закрытой секретной библиотеке отца и узнал о природе порталов, древних и современных, куда больше. Это действие не та сила, с которой стоит играть. Даже те порталы, что сейчас работают на территории империи, не дают гарантии полной безопасности и четкой работы. Ты можешь уйти, пробыть в новом мире час, а вернувшись домой узнать, что в родном мире прошли столетия. И это не самый страшный вариант. Ты можешь при помощи дара узнать официальную имперскую статистику смертности путешественников, а также по пропавшим без вести. Есть миры, которые меняют попавших в них существ под себя. Так, посетив некоторые миры, ты в принципе уже никогда не будешь прежним.

Ну что же, теперь становится понятна нелюбовь Кретора к порталам.

Высвободила из-под одеяло руку, коснулась ею руки мужа и крепко переплела его пальцы со своими.

— Как ты пережил смерть родных? — очень тихо и хрипло спросила я. В одночасье потерять всех, да ещё и так.

— Тяжело, Ксана, нет смысла скрывать. Это я виноват в их смерти. Полностью моя очень грубая и недозволительная ошибка, с которой мне приходится жить. Об этом никогда не забыть. Судьба дала жестокий урок, что следовать против нее глупо и самонадеянно. В память о своих родных я больше не совершаю таких ошибок и четко следую всем ее указаниям.

Чувствую, что у меня глаза на мокром месте. Казалось бы не моя трагедия, Кретор изложил все сухо, просто констатируя факты, но все равно почему-то задело за живое и теперь очень грустно.

— Ксана, не стоит принимать все так близко к сердцу, — видимо, прочитав что-то такое в моих глазах, произнес супруг, весело фыркнул и притянул меня к себе. — Здесь нужно не грустить, а злиться, ты могла бы быть кому-то другому единственной, кому-то настоящей, но выбора у тебя не осталось. В резкой и, возможно, излишне грубой форме все-таки стала моей судьбой. Ксана, я думаю все же пора сделать перерыв.

— А для кого я была настоящей, для кого единственной? И вообще, вдруг ты со мной ошибся?

— Не думаю. На отбор я пришел немного позже, чтобы дать принцам возможность определиться со своими симпатиями, мне нужно было выявить, на ком сошлись их вкусы и интересы. Настоящая любовь ты среди тысяч влюбленностей и симпатий я, думаю, ты оказалась для Деша, но я долго не мог понять, почему ты именно единственная для Шеива, до тех пор, пока он не превратился в дракона и не полетел прямым ходом за тобой, фактически не зная, где ты находишься, но чуя. Драконы выбирают себе пару раз, и на всю жизнь. Я позаботился о том, чтобы он больше не смог тебя чуять и в принципе он не ощущал последствий отсутствия пары, чтобы не отбивать драконьи атаки на королевство каждую неделю, но разорвать образовавшуюся связь окончательно, невозможно в принципе. Помнишь, на острове, когда речь шла об угрозе здоровью и жизни родного брата, его угроза о твоем убийстве показалась мне очень смешной. Я так понял, Шеив сам на тот момент еще не до конца осознал, насколько к тебе привязан.

— Ужасно. И грустно. То есть Шеив никогда не создаст нормальную семью?

— Нормальная семья — понятие относительное. Как бы печально не обстояли сейчас дела у принцев, но ты не их судьба, свою они пусть ищут.

— Как-то это все равно кажется неправильным и неественным. Не знаю, как выразить…

— Да, я понимаю. В свое время тоже был крайне возмущен тем, что какой-то камень, якобы вещающий от имени самой судьбы (чье существование до сих до конца научно) диктует мне, как я должен поступать и на ком жениться. Поэтому я склоняюсь к мысли, что свою судьбу лучше не знать. Не будь я у оракула, все равно по какой-либо причине не женился бы на Нирте, это предусмотрела бы судьба, но все могло бы произойти в куда более мягкой форме. Возможно я сам бы захотел участвовать в отборе, а там… случилось бы так, как должно.

Фыркнула.

— Это как?

— Полагаю, я пригласил бы тебя на танец, но не стал бы выжидать и анализировать поведение принцев. Соблазнил и… что тебя так рассмешило, Ксана?

Я действительно с трудом сдерживаю смех.

— Может, и пригласил бы, ведь появился на отборе раньше, познакомился со многими невестами, кем-то заинтересовался и…

— Судьба бы нас все равно столкнула, и не раз, а значит я бы заинтересовался, обратил внимание и на то, как вокруг тебя вьются принцы с их батюшкой, и уже тогда соблазнил… Ксана, ну что опять?

Пытаюсь перестать насмешливо улыбаться, но ничего не получается. Глаза Кретора при этом тоже горят весельем. Все он прекрасно понимает.

— Надеюсь, это не слишком обидно прозвучит, но к холоду я не очень хорошо отношусь до сих пор. Я бы не соблазнилась. Если уж совсем откровенно, то очень многие бы невесты не были рады «холодным» свиданиям.

— Ты недооцениваешь королевский статус, Ксана, многие все равно соблазнились бы уже им. Все же принцев только двое, придет к власти только один, а невест много, и вариант стать королевой в принципе многих бы заинтересовал, к тому же было много девушек из рас морозоустойчивых или с подходящей магией. Но речь не о том. Из троих ты бы все равно выбрала меня. Потому что это судьба. Ну и я бы, конечно, все равно тебя с соблазнил.

С большим сомнением смотрю на мужа, поэтому он добавляет:

— Исключительным интеллектом, остроумием, заботой. Если уж и это бы не помогло, то хитростью.

— А, ну если так, то конечно, — смеюсь, уже не сдерживаясь, но смех такой… близкий к истерике.

Пока я отвлеклась, Кретор времени зря не теряет, его руки уже забрались под мое одеяло и методично меня лапают, не ходу весьма быстро расстегивая крючки кружевного корсета, в который сегодня меня обрядили после парной.

Больше поговорить не удалось, а потом уже супруг меня так измотал, что хотелось только спать.

Глава 63

Длинных ночей откровений у нас с Кретором потом было еще много. Я тоже делилась историями из своей короткой жизни, хотя по большей части они и не были такими захватывающими и масштабными, как у Кретора, масштаб мои приключения обрели только в этом мире.

К слову, в этом мире постепенно осваиваюсь все больше. Быть королевой — работа не из простых, но благодаря дару, справляюсь, причем, как мне кажется, вполне хорошо. Я не только хорошо знаю о том, что из себя представляют придворные, но я в курсе обо всех значимых сплетнях, интригах, подковерных играх и зачинающихся заговорах. Правда не в королевстве. В королевстве большинство всем довольным, а кто недоволен, не решается открыто или тайно выступать против короля — боится.

В огромной империи много зреет разных заговоров, но их пресекают обычно на том моменте, когда разговоры собираются перейти в серьезные действия. В империи хорошо спецслужбы работают. Какое-то время следила за всеми этими мелкими заговорами, как за увлекательным сериалом, но потом надоело, ведь все равно концовка одинаковая, и перестала отслеживать имперские страсти.

Подданные уже знают, что обманывать меня и что-то утаивать нет смысла, к грехам прошлых лет я не цепляюсь, к мелким настоящим, тем более меня не касающимся, не цепляюсь и не разглашаю, так что с подданными получилось установить довольно честные и открытые отношения.

Тема с желаниями и их бесконечным количеством, мне понравилась настолько, что я не забываю их периодически загадывать. Ничего невыполнимого, но зато у меня прямо душа радуется, например, когда Кретор, со взглядом: «Я этого запомнил, и еще припомню», приносит мне кофе в постель, со всеми полагающимися простому прислужнику фразами, потом делает мне массаж, где я ну очень требовательная клиентка, правда каждый раз после желания с массажем все заканчивается одинаково — в постели. Да и после кофе тоже. А я еще недавно загадала, чтобы супруг целый день, когда придворные не видят, исполнял роль моего личного дворецкого. Опять же все закончилось постелью. И не раз. И не только в постели.

Утром, во время скучного и сонного официального завтрака вместе с придворными, чтобы скрасить себе досуг, обдумываю идею о том, что увидеть, как супруг под музыку будет танцуя, медленно разоблачаться, тоже весьма неплоха. Интересно, Кретор согласится, или я все же выведу его из себя?

— Ксана, ты так коварно фыркаешь, что мне становится страшно, — наклонившись, произносит мне на ухо Кретор. — Поделись, пожалуйста, что тебя так веселит.