Виктория Свободина – БЕСстрашная помощница для Дьявола (страница 60)
Амбал дает мне телефон, набираю шефа, тот отвечает быстро.
– Давид Матвеевич, это Василиса. Меня охранник не пускает в магазин, скажите ему пожалуйста, что мне туда можно.
– Магазин? Василиса, я вообще-то жду вас дома на вечерний массаж. Вы долго планирует пробыть в магазине? Это так спешно? Возможно напишите список, что вам нужно, мои люди все закупят. Или и вовсе отвезу вас в выходные на полноценный шопинг. Думаю, вам понравится.
– Нет, мне срочно. И я быстро.
– Хорошо… если не секрет, зачем вы туда так спешите?
– Эм… у меня начались женские дни.
Да, соврала, но лучше это объяснение, чем, то что я не доверяю Давиду. Зато объясняется просто, зачем мне лично срочно нужно в аптеку.
Крамер удивленно хмыкнул.
– Разве у вас сейчас должны быть эти дни?
Насторожилась.
– А вы знаете, когда они у меня должны начаться?
– Я удивлен, потому что днем вы ничего мне об этом не говорили. То есть, массаж откладывается на несколько дней.
Кажется, “массаж” из реального слова превратился в кодовое.
Охранник проводил меня прямо до аптеки, и даже там далеко не отходил, чем портил мне конспирацию. С аптекаршей старалась говорить тихо, но та отвечала довольно громко, мой сопровождающий мог и услышать.
проблема в том, что если я продолжу встречаться регулярно с Крамером, то тот и так узнает, когда у меня цикл – узнает и обидится, поэтому, возможно, все равно нет смысла скрывать. Главное, сейчас все купить.
Аптекарь отговорила меня срочно покупать препарат срочной контрацепции, не посоветовавшись с врачом, да и повседневную, тоже.
Я засомневалась, но все равно купила, несмотря на все возможные неприятные последствия. Если получится – завтра забегу к врачу несмотря на риски.
Все время моего общения с аптекарем я чувствовала на себе пристальный суровый взгляд охранника. Неприятненько так. Словно этот амбал в курсе всего, и меня осуждает.
В магазин тоже забежала, а то у Крамера дома мне не хватает личных вещей. Не то чтобы собираюсь обживаться, но большую, немного смешную и яркую кружку для чая я себе прикупила, а еще зубную щетку, которая мне больше всего подходит, тапочки и еще пару мелочей. Не знаю, как Давид это воспримет.
Охранник следует за мной везде по пятам. Ответственный такой.
По приезду в дом шефа меня ждет горячий ужин, холодный, хмурый Давид, а после небольшая вечерняя прогулка по территории с визитом к лошадям. Идиллия, я бы даже сказала романтика. Ощущения, словно мы именно что парочка. Крамер держит меня под руку, мы ведем спокойные неспешные беседы, то и дело умопомрачительно целуемся, хотя какая-то отстраненность и холодность в Крамере все равно присутствует.
– Мне казалось, вы предпочитаете вечером и ночью проводить время вне дома, где-нибудь развлекаясь, – говорю я, когда мы заходим в теплую гостиную после прогулки. Крамер ведет меня дальше, наверх, в сторону спальни.
Вообще заметила, что порноимператор вместо “баллов” уже какой день остается ночевать дома. Как до моего появления тут было не знаю, поэтому и интересно. Отдых на яхте опять же назову тусовочным.
– Я столько раз там бывал, что это перестало быть развлечением, а стало работой, – просто ответил шеф.
Ну, в принципе ясно. Как заметила Оксана, начальник наш “стареет”, но хуже от этого явно не становится, скорее наоборот.
Когда за мной и Давидом закрылась дверь спальни, на ключ, надо сказать, шеф вернул суровость и максимально холодно и отстраненно у меня поинтересовался:
– Зачем ты меня обманула насчет месячных?
Все ясно. Охранник сдал. Наверное и про мои покупки подробно рассказал.
– Это личное. Касается только меня. Я не хочу обсуждать эту тему.
– Тему того, что ты мае не доверяешь?
– А должна?
– Нет.
Давид резко развернулся и ушел в ванную. Дверью хлопнул громко и показательно. Я даже немного устыдилась. Совсем-совсем чуточку. Хорошо хоть лютовать не стал, но все равно ощущаю себя не в своей тарелке.
ночью ко мне Крамер не подкатывал, вообще отвернулся на другой бок, но когда я предложила, чтобы ушла в другую комнату ночевать, дабы не смущать оскорбленного начальника своим видом, тот повернулся, сказал своё жесткое категорическое нет, и снова отвернулся.
Так и спали.
Проснулась очень рано, точнее меня разбудил сам Давид, приказав подниматься и быстро собираться, потому что через два часа у нас… вылет в Германию. Сам шеф с кем-то напряженно разговаривая по телефону, вышел из спальни.
У меня паника. Как можно так быстро собраться? У меня даже чемодана нет, не говоря уже о вещах. И как надолго мы летним? Почему вдруг так резко вылетаем?
Из дома выехали даже не позавтракав. Когда я спросила у Давида насчет вещей, тот отмахнулся, сказав, что там все купим, главное с делом разобраться. А проблема оказалась, еще от тех заговорщиков и немецких конкурентов. У нас кто-то сдал государственным органам внутреннюю документацию, не предназначенную для их глаз, конкуренты тоже нажаловались на то что мы все правила и нормы не соблюдаем, и даже порноактеры вдруг решили устроить массовую истерику и уход к конкурентам у которых гонорары вдруг стали больше. В общем по отдельности были бы не так страшны все эти проблемы, но тут все случилось резко, лавиной, как раз после массового увольнения. Видимо, чья-то месть. Прямо рано утром нагрянула инспекция и киностудию опечатали. Крамер, я думаю, все уладит, но все равно это как минимум несколько дней простоя, сорванные съемки и убытки.
Уже будучи в самолете, осознала, что к врачу я в ближайшее время точно не попаду, а потому отправилась в туалет, и там, на свой страх и риск приняла все таблетки.
Все время полета сидела в напряжении, ожидая каких-либо неприятных ощущений, но ничего. Даже как-то лучше себя стала чувствовать. Но может еще рано, ничего не подействовало.
По прилету Крамер заехал в свой личный дом рядом с киностудией, где оставил меня, а сам отправился общаться с местным крупным чиновником, к которому у него уже назначена встреча.
Давид вернулся только вечером, но все это время я не скучала – сидела на телефоне, в режиме онлайн корректируя график встреч и мероприятий начальника, лично договаривалась о собеседованиях с порноактерами, обычными актерами или их продюсерами. Крамер, в отместку, решил тех, кто ушел не возвращать, а нанять новых, как здесь, так и привезти из дома, а для первого фильма, который будет снят во вновь открытой киностудии, и вовсе снять со звёздами и огромным бюджетом, дабы позлить врагов, а те, кто сбежал, кусали локти.
К счастью, Крамер своего добился, киностудия будет открыта уже послезавтра, после того, как мы предоставим все необходимые “чистые” документы и нужно будет исправить некоторые замечания по пожарной безопасности.
Начальник выглядит уставшим, но довольным. Плеснув себе в бокал коньяка, с усмешкой доверительно мне сообщает:
– Даже не представляешь, что запросил чиновник за содействие, помимо стандартных вещей.
– Что?
– Увы, не могу сказать, это чуть ли не врачебная тайна, но он развлечется по максимуму, это да. Там такие черти, которые твоим бесятам и не снились.
Кхм-кхм.
Давид залпом допивает коньяк и вставая, с кривой усмешкой мне говорит:
– Идем, я проведу тебе экскурсию по этому моему дому.
– Но я его уже мельком осмотрела.
– Думаю, ты видела не все.
Ну все, интрига. Чего я там не видела?
Крамер провел нас в подвал, туда я действительно не заглядывала. Подпольная киностудия? Комната для извращений? Винный погреб?
Давид подходит к вполне обычной, только железной двери, открывает ее своим ключом и, приобняв меня за талию, проходит внутрь.
Ну да, все предсказуемо. Просторный зал в бордовых тонах, диваны, кровати, кушетки, разной формы пыточные кушетки. На стенах висит “оборудование”.
Не испугалась. У нас на работе и похлеще чего можно увидеть. Хотел бы Давид испытать все это оборудование на мне, воспользовался бы офисным вариантом, зачем далеко летать.
– Для чего мы тут? – полюбопытствовала я.
Давид захлопнул дверь, взял меня код руку и неспешно повел вглубь зала.
– Это комната появилась уже на заре моего увлечения разными жесткими направлениями интимной жизни. Поскольку именно дома я ничего не храню, а на работе все бы не удалось хранить, именно здесь я собрал лучшие образцы для своей коллекции. В Германии я бываю только по работе, так что здесь все осталось нетронутым. Но это ведь неправильно, согласитесь?
Ля-я-я.
– Давид Матвеевич, я что-то не готова испытывать здешние экспонаты, давайте как-нибудь в другой раз.
Хотела уже развернуться и быстренько выходить из этой милой комнаты, но даже развернуться не успела – оказалась в стальных объятиях Крамера, прижатая к нему спиной.
– Скажите, Василиса Андреевна, а вы уже приняли свои таблетки или передумали? – вкрадчиво прошептал Давид мне на ушко. Одна рука мужчины продолжает меня удерживать, а вторая опустилась в путешествие по моему телу.
С тем же успехом и эффектом Крамер мог бы поинтересоваться у меня, молилась ли я на ночь. Паникую, потому что чувствую – дела мои плохи. Интуиция вопит, что все, сейчас меня будут посвящать в истинные работники порноимперии.