Виктория Стрельцова – Проклятая жена, или Жребий судьбы (страница 3)
С того момента, как почва исчезла у меня из-под ног, прошло уже больше минуты. А быть может и меньше. Сложно ориентироваться во времени, когда ты каждую секунду ожидаешь смерти.
Я переступила черту сама, не дожидаясь, когда сморщенные пальцы священнослужителя толкнут меня в спину. Без лишних слез и истерик я готова была сделать то, что было предначертано судьбой.
Несколько минут назад под шепот ни на секунду неумолкающей толпы я приблизилась к лазу. Здесь я обняла растерянную Эмму, поцеловала припудренную щеку матушки и шагнула внутрь.
– Как же так? – донесся до меня голос мамы. – Элла же должна была выйти замуж за Стефана, – причитала она, глотая соленые слезы. – Этот брак вернул бы нашей семье хотя бы часть былого влияния и могущества. Сегодня же примерка платья, Элла, – кричала она мне вслед, словно сейчас что-то зависело от меня.
Сердце сжалось от боли и обиды. Матушка никогда не любила меня по-настоящему. Для нее я всегда была лишь тем рычагом, потянув за который она могла вновь обрести несметные богатства. Для этого нужно было лишь выбрать верно, ту сторону, в которую тянуть. А если точнее, выбрать жениха.
– Не плачьте, матушка, – я едва различила голос сестры, которая, как и все собравшиеся, осталась снаружи. – У вас есть я.
– Конечно, дорогая, – всхлипнула матушка. – Думаю, Стефан не станет возражать, если…
Я отчаянно затрясла головой, не желая этого слышать. Впрочем, мне и не пришлось. Лаз уходил вниз, оставляя мою прежнюю жизнь снаружи.
Звуки стихли. Наш путь освещал лишь факел в руках служителя. Старик шел позади меня, опасаясь, что я решу сбежать. Зря. Бежать мне было некуда.
Еще минуту назад я была счастливой невестой, а что теперь? Ходячий труп, обреченный на скорую смерть!
– Эй, чего застыла? – сквозь толщу воды донесся до меня приглушенный мужской голос. – Жива?
Тут же меня рывком выдернули из холодной воды. Я закашлялась и ухватилась за сморщенную руку, что только что вытащила меня чуть ли не с того света. Я хотела было поблагодарить своего спасителя, но вместо этого лишь громко выругалась.
– Вы мне клок волос вырвали, – мои глаза округлились, глядя на светлую прядь, свисающую между пальцами моего не то спасителя, не то обидчика.
Издав нечленораздельный звук, священнослужитель подхватил меня подмышки и усадил на край колодца. Старик оказался сильнее, чем я думала.
– А ты чего топиться вздумала? Нам тебя доставить нужно в целости и сохранности, а ты едва не захлебнулась прямо в гроте!
– Ну, в целости уже вряд ли, – я с досадой покосилась на белокурый завиток.
Священнослужитель лишь отмахнулся от меня и жестом велел следовать за ним.
Отжав подол платья, и отбросив с лица влажные волосы, я догнала своего провожатого.
– Вы меня разве не будете убивать? – спросила я, не веря случившемуся.
Старик вздохнул и покачал головой:
– Что не отбор, то какое-то чудачество! Почему вы все вбили себе в голову, что идете на верную смерть? Вы вообще летописи изучали? – негодовал священнослужитель. – То челом о камни бьются, то пытаются напиться из колодца. Ты вон вообще топиться вздумала! И ведь нахлебалась бы, не помоги я тебе! Где бы мы потом новую невесту искали?
– Невесту? – с любопытством переспросила я, на ходу пытаясь заколоть мокрые волосы.
Перспектива остаться в живых, да еще и выйти замуж не могла не радовать. Все лучше, чем рыб кормить на дне колодца.
– Пошевеливайся, – бросил через плечо старик, поднимаясь по каменной лестнице, идущей со стороны противоположной лазу, через который мы вошли в пещеру.
Солнечный свет ослепил глаза, свыкшиеся с полумраком пещеры. Я зажмурилась, потирая тыльной стороной ладони веки.
– А лорд не дурень, – донесся до меня чей-то голос.
Присмотрелась и увидела повозку, на которой восседал невысокий мужчина. Он то и дело накручивал на палец рыжий ус, с любопытством рассматривая меня.
– А где экипаж?
Разочарованию не было предела. Вместо кареты телега, груженная сеном. Кажется, я рано обрадовалась, узнав про замужество. Не иначе как собрались выдать меня замуж за какого-то бродягу. Иначе как это объяснить?
– Столицу нужно покинуть до захода солнца, оставаясь при этом незамеченной, – терпеливо объяснил священнослужитель. – Экипаж наделает много шуму и привлечет излишнее внимание.
– К чему такая скрытность? – удивилась я.
Старик взял меня за руку. Его ладони крепко сжали мои пальцы. Серые, выцветшие глаза, полные скорби, уставились на меня.
– Отныне ты, Элла Брэдстон, для всех мертва. Будет лучше, если твои родные никогда не узнают, какая участь уготована тебе судьбой.
ГЛАВА 2. Неудавшееся знакомство, или как извести будущего мужа
Несколькими часами ранее это место было для меня лишь маленькой, маячившей вдалеке точкой, скрывающейся за иллюзорной дымкой. В реальность подобного сооружения поверить было сложно. Тем не менее, вот он – Безумный замок.
Я непроизвольно смерила взглядом высокую гору на противоположном берегу реки, вершина которой терялась за пушистыми, белыми облаками. Несмотря на то, что склон был достаточно крутым, Безумному лорду удалось построить здесь настоящую крепость.
Каменные башни вырастали прямо из горных склонов. Они тянулись по всему диаметру горы. Большие и маленькие, высокие и низкие. Подножие холма утопало в густой изумрудной растительности. Между высокими деревьями, усыпанными листвой всех оттенков зеленого, тянулась узкая тропа, петляющая между огромных валунов.
Извозчик натянул поводья, и повозка остановилась у невысокой деревянной изгороди, что стояла вдоль дороги.
– Дальше проезда нет, – мужчина обернулся, привычным движением накручивая ус на указательный палец.
– Как нет? – возмутилась я. – Там же мост.
Возничий проследил за моим взглядом, словно хотел убедиться наверняка.
– Не поеду, – тряхнул он рыжей головой, с опаской косясь на замок, который словно наблюдал за нами свысока черными глазницами окон. – Дойдешь на своих двоих.
– Сума сошли? – я округлила глаза. – Там идти не меньше двух миль!
– Ничего, – отмахнулся мужчина, жестом призывая меня слезть с повозки. – Ты, девка, крепкая. Коль было бы иначе, выбрали бы другую.
Вот же зараза! Мне этого упрямца не переубедить.
Спрыгнув с повозки, я стряхнула с мокрого платья сухую траву и еще раз смерила глазами каменный мост, тянущийся через реку к подножию горы.
А может да ну его? Дождусь, пока повозка скроется за ближайшим поворотом, и шмыгну в кусты. Отсижусь там до зари, а после пойду, куда глаза глядят.
– И не вздумай бежать, Элла, – мужчина словно прочитал мои мысли. – Коль передумаешь, сегодня же артефакт выберет следующую жертву. А тебе в таком случае точно несдобровать, – сочувственно качнул он головой. – Найдут и утопят в этом же рве, принеся твою жизнь в дар Безумцу. Ты теперь его собственность.
Я фыркнула, тем самым демонстрируя свое возмущение.
За несколько часов пути я узнала достаточно. Безумный лорд – не персонаж детских сказок, которым пугают непослушных ребят, а живой человек. Поговаривают, он повредился умом, после смерти первой жены. С тех пор он выбирает ту, кто сможет скрасить его дни и заменить возлюбленную. Как выяснилось, делает лорд это с помощью артефакта.
В одном извозчик был прав: бежать бессмысленно. Если не хочу попрощаться с жизнью сегодня, то должна отправиться в замок.
Жители королевства поговаривали, что он пустует уже несколько столетий, но войти туда и убедиться в этом никто так и не решался. Быть может мне повезет, и никакого Безумного лорда я там не обнаружу?
– И поторопись, Элла, – добавил возничий, разворачивая свою телегу. – До захода солнца осталась всего пара часов. Кто его знает, какие твари водятся в здешних местах.
Час от часу не легче!
Стуча каблуками туфель по дороге, я проклинала себя за то, что не надела легкие лодочки из мягкой замши с тонкой, плоской подошвой. Откуда же мне было знать, что артефакт укажет на меня? И это за неделю до предстоящей свадьбы!
Щеки вспыхнули от негодования, стоило только подумать о том, что теперь женой Стефана стану не я, а Эмма! А мне уготован судьбой брак с Безумцем, спрятавшимся от общества в своем полуразрушенном замке! Страшно представить, сколько этому лорду лет! Вот же я влипла! Стану женой дряхлого старика.
От этих мыслей мороз пробежал по коже!
Нахмурив брови и стараясь не думать о том, что ждет меня в конце пути, я шла вперед, придерживая длинный, все еще влажный подол платья, который путался в ногах. Длинные светлые волосы высушил и растрепал ветер. На западе солнце медленно клонилось к линии горизонта, заставляя меня ускорять шаг. Ночевать под открытым небом мне хотелось меньше всего.
Мост остался позади. Каменная дорога сменилась на узкую тропинку, которая уходила ввысь, петляя между деревьев и больших камней.
Над землей стали сгущаться сумерки. Мне хотелось пить, и я корила себя за то, что не додумалась набрать воды из реки. Ступни, стертые в кровь неудобной обувью, нещадно болели. Дыхание сбилось, а на лбу выступила испарина. Кажется, старик погорячился, назвав меня крепкой девушкой. Ничего тяжелее чашки чая я в своей жизни не поднимала, а преодолевала столь большие расстояния исключительно в экипаже.
Наконец-то впереди показались высокие дубовые створки наглухо закрытых дверей. Когда я со злости трижды пнула крепкое дерево, сгустившаяся темнота окутала меня плотным коконом. Ничего не было видно, хоть глаз выколи.