Виктория Стрельцова – Невеста взаймы (страница 8)

Стараясь на князя не смотреть, молча развернула пергамент.

«Покорность», – читаю, беззвучно шевеля губами.

Почему судьба так жестока? Почему хочет сломать меня? Заставить голову пред врагами склонить? Как ни силюсь я гордость свою сохранить, она меня к земле клонит, на колени упрашивает встать.

Я отдала записку Леошу и повернулась к гостям.

– Играть в шадарами ты будешь с князем, – добивает меня варвар жестокий и бессердечный.

Оборачиваюсь, пытаясь гнев свой подавить. Если у него на поводу пойду, то выдам себя. Необходимо быть умнее и сдержаннее. Переступить сейчас через себя нужно, чтобы после на врага сверху вниз смотреть.

Князь стоит, скрестив руки за спиной, смотрит на меня с вызовом и интересом. Темный взор тяжелый по телу гуляет, изучает, заставляя кожу мурашками покрываться. Словно огонь беспощадный опаляет ее, оставляет ожоги невидимые. Клеймит меня своим порочным взглядом, от которого отмыться поскорее хочется.

Набрав полную грудь воздуха, я опускаю взор. Не могу на него смотреть больше. Пытка для меня это невыносимая. Разорвать варвара хочу, глаза выцарапать, а должна пресмыкаться. Стискиваю зубы до скрежета противного. Еще немного и крошиться начнут. Пальцы в кулак сжимаются и ногти нежную плоть ладоней царапают. Больно. Но боль эта отвлекает от раны саднящей, что на сердце у меня.

Проклиная себя, опускаюсь пред врагом на колени. Голову покорно склоняю. Молча. Не издав ни единого звука.

Тишина в зале давит на меня. Уж лучше бы гости смеялись, да слова нелестные в мой адрес бросали. Легче бы было. Но нет, они ни звука не произносят. Смотрят глазами жалящими, да осуждают.

– Поднимайся. – Перед глазами рука сильная появляется, словно помочь хочет мне на ноги встать. Я нехотя принимаю эту помощь. В глаза его черные заглядываю. По коже мороз гуляет, а внутри горит все. Одним рывком поднимает меня и тут же пальцы одергивает. – Мне нравится покорность, – говорит он, а губы в усмешке изгибаются.

– Поздравляю, ты справилась, – звучит за спиной голос Леоша.

Я отворачиваюсь от князя, разрывая зрительный контакт, от которого внутри все органы в узел тугой свернулись. Подобрав полы длинной юбки спешу встать на свое место, чтобы расстояние, разделяющее нас, увеличить. Чтобы не чувствовать себя добычей, на которую хищник вот-вот когтистую лапу опустит, обездвижит играючи.

Но даже здесь – рядом с остальными участницами отбора – я чувствую на себе его взгляд. Ноги становятся ватными, сердце заходится в бешеном ритме, а в голове звучит лишь одна мысль:

«Узнал».

[3] Шадарами – игра, в которой один из участников загадывает слово, а остальные должны его отгадать. Участник дает подсказки другим игрокам с помощью жестов, поз, мимики и звуков. Игра распространена на территории большинства княжеств, преимущественно среди знатных сословий. (прим. автора).

Часть II.

Гадкий утенок

Глава 7

Томаш

– Как такое возможно? – Сжатый кулак с треском опустился на стол. – Она должна была первой покинуть отбор!

Я не привык проигрывать. Не привык ошибаться. Гнев будоражил кровь, не давал мыслить хладнокровно и рассудительно. Мне хотелось крушить и ломать, выплескивая эмоции, которые разрушали изнутри.

– Ума не приложу, – пожал плечами Леош. В отличие от меня он был предельно спокоен. – Я своими глазами видел, как девчонка оттоптала все ноги молодому эльенту. Где ты видел, чтобы княжна не умела танцевать? Да их же с детства по балам таскают, подыскивая выгодную партию. Кстати, и у Домбровской жених был, но, когда понял, что выгоды из этого союза он уже не извлечет, спешно покинул долину Цветущего папоротника.

Значит и жених был. Выходит, князь Домбровский и тут преуспел. Хотел дочь побыстрее пристроить. Наверняка, чувствовал, что конец его близок.

– Да ты и сам, Томаш, видел, как она колени пред тобой преклонила, покорно голову опустила, будто и не княжна вовсе!

– Я должен был предугадать! – Еще один удар по столешнице и тупая боль на мгновение отрезвляет рассудок.

– Откуда тебе было знать, что эта строптивая фурия вдруг превратится в покорную лань? – усмехнулся Леош, глядя на меня.

Он прав. Девчонка – не подарок. Вся в отца. С характером. Что ж, придется показать ей ее место.

– Она вздумала играть со мной в игру, правил которой не знает, – произнес я, глядя как колышутся невесомые занавески, впуская в кабинет ночную прохладу.

Я должен разобраться с этим. Должен показать, что бывает с теми, кто идет против меня – князя Пепельных туманов.

– Домбровская должна уйти следующей, Леош, – сказал я, постукивая пальцами по столу. – Я не хочу потерять контроль над ситуацией.

– Будет сделано. – Его губы растянулись в улыбке. – Разве я тебя когда-то подводил, брат?

Я скривился. Порой, глядя на Леоша, я видел свое отражение. Наверное, именно так я и выглядел пять лет назад. Молодой, горячий, прыткий. Я так же, как и навязанный мне матерью младший брат, порой шел на поводу у эмоций. В моих глазах горел огонь. Я любил эту жизнь, всегда изнывал от жажды к новым приключениям, мечтал заглянуть в каждый уголок этого чертова мира, но, тем не менее, был вынужден прозябать в руинах старого дома, играя в прятки со смертью.

Судьба порой бывает коварна. Теперь я, с потухшим взором, скитаюсь по этой земле, в поисках того, что у меня отняли…

– Кстати, о князе Домбровском, – осторожно произнес Леош, глядя на меня из-под нахмуренных бровей.

Я уперся кулаками в подбородок, взгляд прилип к лицу Леоша. По тем эмоциям, что я мог без труда прочесть на нем, ситуация оставалась плачевной.

– Эльенты прочесали всю долину вдоль и поперек. Замок Домбровских разобрали по камушкам, даже окрестности проверили, – перечислял он и голос его становился с каждым словом все тише.

– Не нашли? – догадался я. – Этот хитрый лис знатно постарался.

– Мы будем искать, Томаш, слышишь? – Леош шагнул по направлению ко мне, хотел положить руку на плечо в ободряющем жесте, но я отпрянул, откинулся на спинку стула, заставив его одернуть руку. Ни к чему это. Хоть мы и кровные братья, между нами пропасть, которую не пересечь, ни обойти. Нечего и пытаться. – Поиски будут продолжать до тех пор, пока…

– Хватит, – грубо прервал его пылкую речь. – Мы оба знаем, что Домбровский не стал бы прятать его у себя под носом.

– В таком случае, нужно допросить княжну, – не сдавался Леош.

– Она вряд ли что-то знает, – ответил я.

Мысль о том, что девчонке что-то известно, я отмел сразу же. Не стал бы князь так рисковать. Эту тайну он унес с собой в могилу.

– Одно мы знаем точно – он там. Указ Верховного совета гласит, что «он подлежит хранению исключительно на вверенных князю территориях». Так было всегда! И долина Цветущего папоротника не исключение! Мы просто плохо ищем! – не унимался Леош. Его темные глаза горели азартом. Как когда-то и у меня…

– Да, ты прав, – равнодушно отозвался я, не желая продолжать этот бессмысленный разговор.

В отличие от Леоша я уже давно не верил в чудеса. За эти долгие пять лет я навсегда утратил надежду. Она больше не шла со мной нога в ногу. Я оставил ее там, позади, на осколках прежней жизни, к которой мне никогда уже не вернуться.

Сияна

Я натянула на голову одеяло, пытаясь спрятаться от шума. Уж лучше жар, чем бесконечный говор соперниц. Солнце едва взошло, а девушки уже неустанно обсуждали события минувшего вечера.

– Кто бы мог подумать! – восклицала Тана, заглядывая в зеркало. – Князь выгнал Бланку Заславскую! Да, она не так хороша собой, как я, – не без гордости заявляла девушка, – но ее отец – князь Заславский – один из самых влиятельных людей в нашем государстве!

– Томашу влияния не занимать, – усмехнулась Вера, оттесняя Тану от трюмо. – Ему нужна красивая и умная невеста, которая не ударит в грязь лицом.

– Тогда не понимаю, как здесь оказалась ты! – уколола ее в ответ Тана, закалывая длинные волосы шпильками, украшенными россыпью янтаря.

Вера бросила на соперницу гневный взгляд, но промолчала.

– А мне интересно другое, – протянула Цана, поглаживая бронзовые от загара пальчики, – почему князь не избавился от нее? – небрежно махнула рукой в мою сторону, даже не удостоив взгляда.

Вчера мне удалось остаться. Отбор кроме Бланки покинула еще одна девушка, имени которой я не запомнила. Меня же эта участь пока миновала, как и моих соседок по комнате.

Колючие взгляды устремились на меня. Я поежилась под ними. Лишь от Анисьи я не чувствовала враждебности.

– Танцевала она как дворовая девка! – подтвердила Тана. – Я сама видела.

– Кажется, эльенту придется покупать новые сапоги, – рассмеялась Вера и сестры тут же подхватили.

Я отбросила одеяло в сторону, подскочила с кровати и спешно стала натягивать платье. Взгляд то и дело падал на магический шар, в котором, казалось бы, разместилась целая вселенная. Красиво и одновременно страшно. Словно всевидящее око он неустанно следил за каждым моим шагом, преследовал даже во снах, не стыдясь своего любопытства.

– Ты же говорила, – протянула Вера, подойдя ко мне ближе, – что князь тебя не интересует? Почему не поступила вчера также, как Бланка? Одного твоего слова было бы достаточно, чтобы никогда больше не видеть лица Томаша, – добавила она. Пальцы ее стиснули мой подбородок и заставили взглянуть ей в глаза. Там плескался океан обид и море неприкрытой ненависти.