Виктория Селезнева – Личная жизнь олигарха (страница 40)

- Ну уж нет, - возмущаюсь я. – Одежда размера xs выглядит очень привлекательно.

Дима еще раз обводит меня взглядом, а потом хрипло шепчет:

- Ты выглядишь привлекательно, и не важно, какой размер одежды у тебя.

После следует поцелуй в шею, от которого я выгибаюсь и стараюсь прижаться ближе к мужчине. Губы Мазурова опускаются все ниже и ниже, задевая грудь через одежду, а потом уже останавливаясь на оголенном животе.

Терпение Димы подходит к концу, поэтому он на долю секунды выпрямляется, стаскивая с себя футболку, а затем тянет и мою. На удивление, у меня нет ни капли желания как-то прикрыться или смутиться, скорее наоборот: мне хочется быть еще обнаженнее, еще ближе…

Дима прижимается ко мне всем телом, а меня, вопреки здравому смыслу, бросает в дрожь от жара его тела.

Больше мы не разговариваем, слишком соскучились друг по другу. Поэтому наш секс получается несколько торопливым, но очень ярким. У меня даже на несколько секунд темнеет в глазах и прерывается дыхание, когда я достигаю оргазма.

Что меня безумно радует, так это то, что в этот раз Мазуров сам, без всяких напоминаний достает презерватив. И хотя я пью таблетки, решаю не говорить ему об этом, пускай побудет ответственным, мне это нравится.

После того, как Дима догоняет меня, упираясь своим лбом в мой и тяжело дыша, я вдруг четко понимаю, что не смогу просто так снова уйти. Теперь только если он сам меня выгонит. Быть мазохистом мне претит, а один раз я уже сделала себе больно, да, возможно, и не только себе.

- Ты как? – вырывает меня из мыслей голос мужчины.

Дима продолжает нависать надо мной, мягко улыбаясь. Почему-то мне хочется верить, что его остальные бабы никогда не видели вот эту его улыбку – мягкую и какую-то настоящую.

– Выглядишь словно расстроенной.

Я усмехаюсь.

- Что за глупости, я просто, как любая девочка, после секса предпочитаю думать. И радуйся, что про себя, а не вслух.

Дима снова улыбается, затем крепко целует меня и удаляется в душ. Я же откидываюсь на постели, не потрудившись даже укрыться. К черту все, сегодня бесстыжий день.

Пока Мазуров моется, я умудряюсь задремать. Все же похмелье не совсем прошло, а тут еще и физическая нагрузка, плюс мощный выброс гормонов. Просыпаюсь я от нежных прикосновений, и тут же понимаю, что Дима уже лежит рядом. Не слабо я так отключилась, что даже пропустила его выход из душа.

- Кажется, я заснула, - сонно бормочу я, закидывая на мужчину ногу и крепко прижимаясь к нему.

- Вообще-то, это прерогатива мужиков, - усмехается он, водя рукой по всему моему обнаженному телу.

На какое-то время мы замолкаем, а затем я понимаю, что пора начинать разговаривать.

- Мне нужно помыться и ехать домой, - произношу я, поднимая голову.

Мазуров хмурится, и даже его рука перестает исследовать мое тело.

- Зачем тебе домой?

- Дим, - невольно усмехаюсь я, - там мои вещи, мне завтра на работу надо. Не могу же я вечно быть в твоей футболке.

- Сейчас ты без нее, и меня это устраивает, - улыбается Мазуров, слегка расслабляясь.

- Думаю, Игорю и твоим охранникам тоже понравится лицезреть меня голой, - острю я.

- Я же сразу их убью, - произносит мужчина, стараясь выглядеть серьезно. А затем уже, без всякого притворства, добавляет: – Мы поедем с тобой, ты соберешь свои вещи, и мы вернемся.

Это слишком. Все слишком.

Еще неделю назад я встречалась с другим мужчиной, с которым рассчитывала связать свою судьбу. И даже подумать не могла, что тот, о котором я так и не смогла забыть, будет так уверенно говорить, что хочет, чтобы я не просто была с ним, а еще и жила под одной крышей. Я не готова принимать все это, как реальность. Мне нужно переварить и хотя бы оценить перспективы.

Глава 61

- Дим, - я сажусь на кровати, прикрываясь одеялом. Нет, я не стесняюсь, просто хочу, чтобы мужчина меня слушал, а не глазел. – Давай вначале все обсудим как взрослые люди.

- А что обсуждать? – пожимая плечами, произносит мужчина. – У тебя есть какие-то противоречия?

На этих словах Мазуров медленно начинает распутывать одеяло, и я прекрасно понимаю, к чему это ведет. Ну уж нет! Мы поговорим, хочет он того или нет.

- Есть! – я вскакиваю с кровати, пятясь в санузел. – Я хочу принять душ, а потом все обговорить за чашкой кофе. Только так, Дим.

Мазуров тяжело вздыхает, но затем кивает.

- Хорошо. Я буду ждать тебя в гостиной. В ванной есть халат, если хочешь, надень пока его, твое платье не досохло. Или я могу принести что-то из своей одежды.

- Халат подойдет, - улыбаюсь я, сдерживая волнение.

Я прекрасно понимаю, что мужики на дух не переносят все эти разговоры. И Оля бы сейчас крутила пальцем у виска, узнав, что я не могу просто взять и переехать к мужчине, который мне безумно нравится. Олигарху, если быть точнее.

Но я и впрямь так не могу, мне нужно понимать, на что я подписываюсь. Я точно уже решила попробовать, какие бы условия не озвучил Мазуров, потому что за один день я стала в разы счастливее, чем последние полгода. Но мне нужно знать эти условия.

Закутавшись в халат после принятия душа, я спустилась вниз. Дима сидел за столом, а перед ним стояли две чашки и какие-то вкусняшки на тарелке.

- Я, если честно, и впрямь проголодалась, - улыбнулась я, садясь напротив Мазурова и хватая пончик с тарелки.

- Я вообще не удивлен, - рассмеялся Дима. Затем, сделав глоток кофе, уже серьезнее спросил: - Так что ты хотела уточнить?

Ну зачем же так сразу? Я хотела насладиться вкусом выпечки, а теперь она уже не кажется такой волшебной. Но я сама виновата, хотела разговор – на тебе разговор, а не пончики.

- Я хочу понять, что ты предлагаешь. Твое это «Не отпущу», конечно, эффектно, но конкретики ноль.

Мазуров усмехнулся.

- А мне кажется, куда конкретнее уж. Ладно, я понимаю, о чем ты. Как это говорится у нормальных людей: я хочу встречаться с тобой?

Я усмехнулась, согревая руки о чашку.

- Слишком по-подростковому, Мазуров.

Мужчина улыбнулся, затем, перегнувшись через стол, поцеловал меня в губы.

- Тогда скажи, как правильно. Но суть ты явно уловила, - тихо шепнул он. Затем, сев обратно на стул, добавил: - Ты правильно уточнила, мы уже не совсем подростки, а учитывая, что больше полугода мы друг с другом не общались, то ясно, что все свободное время будем проводить вместе. Поэтому, считаю, глупо жить отдельно.

Почему-то именно сейчас мне пришло на ум сравнение Мазурова с Киром. Помню, как тот предлагал нам съехаться, осторожно заглядывая в глаза и подбирая слова. И Мазуров – говорит это, как уже факт, разве что, не зевая во время речи. Все же он не выносим! И почему мне это так нравится?

- А у меня ты не хочешь спросить? – изогнула я бровь, хватая второй пончик с тарелки. Сказал же, что откармливать будет, пусть теперь не жалуется. Хотя, зная этого садиста, все пончики мне выйдут боком в тренажерном зале.

- Если бы хотел, спросил, - хитро улыбнулся Мазуров. – Но я ставлю тебя перед фактом, а откажешься, запру в замке, как бешеный дракон.

- Ты псих, - покачала я головой, улыбаясь.

- Какой есть, - усмехнулся мужчина.

Я не знала, как поднять другую тему, но понимала, что про это нужно сказать, чтобы я себя потом не мучала. Поэтому произнесла прямо.

- Я не смогу мириться с изменами. Я собственница, - подняла я взгляд. Мазуров посерьезнел, затем уверенно кивнул.

- Я это понимаю.

- Хорошо, - тоже кивнула я, - я не требую с тебя никаких обещаний, просто хочу, чтобы ты осознавал, на что подписываешься. Ты прекрасно должен понимать, что я не охотница за богатствами, поэтому не буду за тебя держаться, только потому что у тебя огромное состояние. Просто помни это.

- И это я тоже понимаю, - мягко улыбнулся Дима.

- Спасибо, - тихо произнесла я, пряча смущенное лицо за чашкой с кофе.

- Когда ты будешь готова ехать за вещами? – спросил Мазуров, после нашего недолгого молчания.

Я закусила губу и взглянула на мужчину.

- Есть просьба: я хочу сегодня побыть одна на квартире. А завтра уже переехать к тебе.

- Зачем? – напрягся Мазуров. – Я знаю женскую натуру: вас нельзя оставлять наедине с мыслями.

Я улыбнулась. Как приятно видеть напряжение на лице такого сильного и независимого мужчины.