Виктория Румянцева – Уборщица. Хоррор по всем правилам (страница 4)
– Извините, я не имею представления о том, кто вы вне стен этой… турбазы. При всем моем уважении, Грегори, – добавила Ксюша.
– Да бросьте! Простой люд обожает смотреть реалити-шоу! Я был первым в рейтинге в народном голосовании на «Перезагрузке певцов»!
И этот туда же. Ах, сильные мира сего, рассуждающие о «простолюдинах», которые, оказывается, обязаны их знать и почитать.
– Извините, – повторила Ксюша, не без удовольствия наблюдая, как с лица этого Грегори стекает самоуверенная ухмылка. Не, ну а что? Ведь она и правда не знала этого дядьку! Грегори. Небось в честь доктора Хауса!
Мужчина обжег Ксению таким взглядом, что та отшатнулась. С тех пор обращался к ней только «Эй, ты там».
– Меня зовут Эва, если что, – сказала Ксюша после очередной его просьбы. Она уже поняла, что полное «ее» имя – Эвтибида – никто не запомнит.
– Еще я имя прислуги не узнавал! – обиженно выдал Грегори. – Ты же уборщица? Вот и убирай! – он демонстративно бросил на пол салфетку. – Ой, я намусорил! – звезда какого-то реалити-шоу! Тоже мне! По морде бы его, по морде!..
Обязанностей у Ксюши было не слишком много: раздача завтраков и ужинов, потом – собрать и помыть посуду, уборка в номерах. Далее весь день свободна. Красота!
Поначалу коллеги понравились женщине.
В первый день заезда, когда гости разошлись, работники устроили вечернее барбекю.
У Ксюши образовался ухажер – изрядно захмелевший охранник, представившийся Антонио (в честь Бандераса назвался, не иначе), пытался фривольно шутить, а потом и приобнять женщину. Ее это позабавило – столько лет не было мужского внимания! Он понравился Ксюше: симпатичный мужчина, юморной, простой – в хорошем смысле этого слова, без претензий и заморочек. На фоне пафосных гостей это было особенно заметно. И все-таки начинать «карьеру» с интрижки по пьянке – не дело. Вот если Антонио начнет проявлять знаки внимания на трезвую голову – тогда она посмотрит.
Разочарование в некоторых коллегах последовало быстро.
На трезвую голову Антонио к ней внимания не проявлял, здоровался и то сквозь зубы.
Полная повариха, носящая псевдоним Кесем (видимо, она была поклонницей турецких сериалов), когда Ксюша мыла тарелки, решила высыпать правду-матку вкрадчивым таким тоном:
– А ты знаешь, что говорил о тебе Антонио за глаза? «Почему не могут нормальных баб нанимать? Все лето на таких «красопеток» любоваться! Мерил еще ниче, говорит, сойдет под пивко, но эта Эва… без слез не взглянешь». Нет, ты представляешь, какая козлина?
Ксюша ничего не ответила, что не удовлетворило Кесем:
– Сам же к тебе клинья подбивал, а потом такие гадости говорит! А я ему об этом напомнила. Знаешь, что Антонио ответил?
Ноль реакции.
– Ты даже не представляешь, что он ответил, Эва! «Да мне просто секс каждый день нужен, а тут не с кем, даже с неликвидом был готов. М-да, больше пить не буду, хорошо, что ничего не было». Нет, ты представляешь, Эва? Тебя это задело?
Ответа снова не последовало. Ксюша где-то читала, что игнорирование – лучший способ избавиться от токсичного собеседника, как сейчас таких вот любительниц открыть глаза называют.
Кесем не унималась:
– А я ему говорю такая, мол, может, Эва – некрасивая, но человек-то хороший! Чувствуется! Не всем же быть красавицами. Вот не люблю людей, которые по внешности судят. Эта Дженнифер тоже… Такая стерва! Наш гость Грегори у нее спрашивал, мол, что за идиотку вы взяли, эту уборщицу? Так и назвал – уборщицей. Вообще они наш труд не ценят! И Дженнифер такая ему и говорит: «А чего вы хотели? На эту должность мы суперледи и не берем, чтоб жалко не было… ты сам понимаешь», представляешь, Эва?
– Кесем, не нужно передавать мне сплетни, – все-таки подала реплику Ксюша. Сил нет слушать этот ехидный голосок.
–Тебя задело, да? – Кесем явно обрадовалась. Глаза засверкали так, что лучи отразились от тарелки, которую мыла Ксюша, стоявшая к ней спиной. – Ой, извини, не хотела обидеть! Просто я считаю, что человек должен знать правду, а то прям больно смотреть, как ты пялишься на Антонио, наверное, ждешь от него внимания, а он!.. Когда человек нравится, а он говорит, что ты – страшненькая – это обидно, – елейным голоском частила Кесем. Ксюша, конечно, ее не видела, но спиной чувствовала флюиды гадкого довольства. Видимо, задеть кого-то для этой дамочки было любимым хобби. Фу!
– С тобой такое наверняка происходило неоднократно, красопетка ты моя, – съязвила Ксюша. – Повторяю еще раз: не хочу знать, что обо мне говорят. Знаешь, есть такой анекдот:
Ксюша симпатизировала своей соседке Мерил – вот луч света в темном царстве пафоса, а еще пожилому садовнику. Последний, увы, быстро разочаровал. Арнольд (как же степенному пожилому человеку не подходило это имя!) был мужчиной с ласковым взглядом и широким кругозором.
У Ксюши возникли к нему теплые чувства, как к папе или дедушке, своего-то отца она почти не помнила – тот ушел из жизни, когда девочке было четыре года. Они с Арнольдом много общались до одного случая.
Как-то садовник назвал Ксюшу Моникой.
– Я Эвтибида. Эва, – поправила женщина.
– Ах, пардон. Моникой твою предшественницу звали… – он замолчал, прикрыв рот ладонью.
– А куда она делась? – спросила Ксюша, вспомнив экспрессивную Ангелину с заправки. Неэффектная Поля решила назваться Моникой. В честь Беллуччи, должно быть, а может, то была метаирония!
– Я не имею права разглашать такую информацию, – сказал мужчина, взгляд его оледенел.
– Я знаю, что ее зовут Полиной. Слышала, будто она удачно замуж вышла… Хочу оценить свои перспективы! Вдруг и мне подфартит!
– Откуда ты знаешь про Полю? – Арнольд аж отшатнулся.
– Значит, есть источник. Так как же сложилась судьба Полины-Моники?
– Я уважаю правила, прописанные руководством нашей компании, поэтому всегда их соблюдаю неукоснительно…
Ксюша махнула рукой и отошла.
Попытка разузнать хоть что-нибудь о своей предшественнице ей аукнулась. К женщине подошли Дженнифер и Арнольд.
– Эва, мне стало известно, что вы интересовались информацией о других сотрудниках, что строго запрещено, – произнесла менеджер по персоналу.
Размахивая руками, точно гребец, она начала отчитывать Ксению, рассказывая о нормах корпоративной этики и конфиденциальности, которую они обещают ненаглядным гостям. Ненаглядным, твою дивизию. Ненагля-адным!..
Дженнифер отчитала любопытную горничную, потом выгнула губехи, развернулась на каблучках и пошла прочь.
Ксюша презрительно взглянула на Арнольда. Мол, стукач ты, фу таким быть!
– Не надо так на меня смотреть, – мило улыбнулся садовник. – Я люблю свою компанию! «N» – моя семья. Во-от. Вы нарушили правила, Эва, а я, как верный сын своей фирмы… – Арнольд понизил голос: – Потом ты мне спасибо скажешь, поверь.
Ксюша махнула рукой.
Да и черт с ними! Наплевать на их заморочки. Ее задача – заработать и отдохнуть, а не искать друзей, возлюбленного, тем более отца.
Глава 4. На что ты готов ради исполнения желания?
Солнце клонилось к закату.
Ксюша после ужина проплывала в бассейне туда-обратно до изнеможения, потом устала и вылезла, вытянулась на шезлонге рядом со своей соседкой Мерил – едва ли не единственным доброжелательным человеком на этой псевдо-турбазе.
– А ты знаешь, что Ченнинг сказал? – вкрадчиво начала Кесем, оказавшаяся неподалеку. Эта дамочка часто появлялась, как черт из табакерки, – невзирая на свои габариты, она делала это незаметно, – чтобы передать очередную гадость.
На этот раз она обращалась к Мерил.
– Слушай, ты, сплетница… – начала было Ксюша.
– Не вмешивайся, я с тобой говорила? Тебя правилам приличия учили вообще? В общем, Ченнинг (второй охранник) сказал, мол, с такой фигурой, как у Мерил, надо не бикини носить, а прятаться… в спортзале, тощая, как швабра, зато пузо висит. Так и сказал, представляешь? А я ему такая: после тридцати у женщин фигура портится. Ну да, дрябловатая ты, Мерил, только не обижайся, живот как желе, не слишком эстетично смотрится, да, но чтобы уж прям ужасаться…
– Мне двадцать семь, – вздохнула Мерил.
– Правда? – Кесем прикрыла рот ладошкой. – Ой, а ты правда постарше выглядишь, только не обижайся.
Мерил явно огорчилась. Ущипнула себя за складку на животе:
– Худеть мне надо, конечно…
– Тебя задело, да? – со своей неповторимой гаденькой улыбочкой произнесла Кесем. У Ксюши руки зачесались – смазать бы ей скулу. – Ой, я вовсе не хотела… Просто меня до глубины души возмутило, что он тебе в лицо улыбается, а сам гадости говорит! А то, что старше выглядишь… сейчас и пятнадцатилетние на тридцатник выглядят, в двадцать семь выглядеть на тридцать пять не так страшно…
Ксюша не сдержалась – толкнула Кесем в воду.
– Черт, я же в униформе! – кричала женщина.
– Ой, я тебя задела! – хмыкнула Ксюша. – Это случайно! Я вовсе не хотела!
Мерил рассмеялась.
– У тебя отличная фигура! – подбодрила ее Ксюша. – Не выглядишь ты старше своих лет, в отличие от меня. Что ты слушаешь эту ядовитую змею?
– Спасибо, Эва. Мне тут так тяжело… ненавижу сплетни, пафосные рожи, атмосферу таинственности… раздражает меня тут все! В реальной жизни мне люди попадались приятные, я никогда с подобным не сталкивалась…