Виктория Рогозина – Бабская религия о принце на белом коне (страница 4)

— Ну вот мужики, конечно, козлы, — смеялась Марина, поправляя свою пышную шевелюру. — Дениска-редиска, не принимай на свой счет. Но мужики все равно козлы. Я бы, вот честно, положа руку на сердце, собрала бы всех и поставила к стенке.

— Да я и не принимаю, — он чарующе улыбнулся, чуть нахмурившись. — Тем более, ученые установили, что через сто лет прилетит метеорит и разнесет Землю, так что твое желание исполнится, — почти серьезно добавил коллега.

— Ага, осталось только подождать, почти завтра будет, — загоготала Самара. — Это так позитивно с садистскими наклонностями.

Порой я искренне не понимала, что несет Самара (кто-то мир и доброту, кто-то лунную призму, а вот коллега какую-то фигню). Сама по себе вроде и девчонка неплохая, в меру позитивная, с чувством юмора иногда даже хорошим. Имея за плечами две вышки, она умудрялась путать слова «реабилитироваться» и «ретироваться», а также «сформуровывать» вместо «формулировать». Таким вот незамысловатым образом некоторые люди с легкостью доказывают, что жизнь без мозга возможна.

— Так что, девчонки, никогда не выходите замуж, неблагодарное это дело, — настаивала Марина, говоря настолько уверено, будто это мнение являлось истиной в последней инстанции. Видимо она говорит это всегда, но ровно до того момент, как подаст заявление в загс с очередным козлом. Вот уж кому стоит поставить в графе «отношения» в социальной сети нечто вроде «постоянно выясняю». С бывшими мужьями Марина собачится регулярно, с каким-то садистским кайфом портя и себе и им нервы.

— От избежности судьбы сложно уйти, — Самара нахмурилась, но тут же рассмеявшись, добавила. — Ох скольких я отшила, чтобы только в брак не угодить…

Она любила хвастаться. Говорила, что за ней мужики толпами бегают, но это не было правдой. К сожалению, Самара была девушкой одинокой, без друзей и хобби. Все, чем она занималась: листала ленту в социальных сетях и смотрела тонну сериалов. Она не была плохим человеком, но что-то в ней было, что отталкивало. Честно, я не придавала этому значения, ведь мне с ней детей не крестить.

— А ты читала, что про Самару в объявлении написали⁈ — спросила Марина, имея ввиду общий рабочий чат в мессенджере.

— Я заборную живопись не читаю, — отмахнулась я, приравнивая все это к трем известным буквам накарябанным на любой поверхности. Все эти дополнительные «обсуждалки» порой раздражали — они отвлекали и убивали и время, которого и без того постоянно не хватало. В чатах напоминали, что мы команда, мы одна большая дружная семья, да мы горой друг за друга, как надо радеть за любимую компанию… Все эти мотивационные речи не знаю кому могли быть интересны, у нас никто всерьез не воспринимал, но очень любили просто обсуждать, особенно, если попадались статьи-интервью, восхваляющие опыт или способности сотрудников. У нас работало много творческих людей: музыканты, художники, астрологи… Некоторые из них, пользовались этим чатом как бесплатной рекламой, но неизбежно натыкались на критику менее удачливых «собратьев». Вообще громче всех обсуждали успехи те, кто не добился ничего в жизни или просто не имел интересов. Например, Самара. Несмотря на то, что говорила она много, но в жизни, увы и ах, совершенно не состоялась как личность, отчего чаще всех отпускала злые комментарии, выдавая их за язвительность, иронию и сарказм. Марина наоборот, любила обсуждать лишь мужчин и их негативные стороны, поскольку постоянно «горела» именно на этом уровне жизни, не в силах пройти на следующий. Но в тоже время, слабая надежда на исконно-русское «авось» и «хорошо и долго» было, поэтому женщина никогда не заявляла ничего слишком категоричного. Денис любит обсуждать материальную сторону вопроса, считая, что все вокруг зарабатывают в разы больше него и сволочи, что еще и жалуются. Подсчитывая чужое баблишко, парень всегда преувеличивал сумму. Раза в два… как минимум. Причем, разумными доводами или выписками невозможно было достучаться, да и не зачем.

Раздался «долгожданный» звонок. Конечно, кто еще⁈ Я знаю, она всегда звонит, каждый день, хоть всерьез никогда не жду, но в душе радуюсь — ведь моя милая непоседливая родственница бодра и весела, у нее есть силы выносить мне мозг.

— Привет, ба, — я закатила глаза, стараясь собрать все свое терпение в кучку, но получалось плохо.

— Я почти решила твою проблему! — уверенно заявила моя родственница.

— У меня была проблема⁈ — а то как же!?! Я же понимаю, что отсутствие мужика — вот ни фига не проблема. И да, без язвительности порой не обходится.

— Я сходила к одной колдунье, она заговор нашептала, венец безбрачия сняла. Уж теперь от женихов отбоя не будет. Главное чай с ложкой не пей.

Я представила, как вынимаю из чашки ложечку и толпы потенциальных женихов летят ко мне на всех порах, радуясь, что я, дура такая и эдакая, наконец-то додумалась сделать это. Стало смешно. Нет, конечно я не верю в приметы, гадалок, астрологию, экстрасенсов, но гороскоп все равно читаю каждый божий день. Читаю и забываю о чем там писали. Ну знаете, из тех неосознанных привычек, которые просто есть. Например, утром в метро выдают бесплатную газету — я ее беру и читаю (кстати, гороскоп именно там пишут), но потом забываю. Информационное поле колоссальное в современном мире: мы получаем очень много различных извещений из социальных сетей, всплывающей персонализированной рекламы и мне порой кажется, что мозг совершенно не успевает это все фильтровать. Так иногда заедает какая-нибудь надоедливая мелодия или мем, который стоило бы забыть, но, в лучших традициях, что-то пошло не так.

— Эх, заживу, — в моем тоне не слышалось безудержного счастья, веселья или веры, но обижать старушечку тоже не хотелось. Все-таки как может так и старается решить то, что и проблемой-то назвать нельзя. Но если это дает ей смысл жизни, то почему бы и нет.

Она снова напомнила про нового симпатичного батюшку, потом про вдовца Андрея, который оказался наркоманом со стажем. Ну еще алкаш Тамерлан, арестант Сергей и Ринат. Кстати, Ринат на этом фоне был единственным нормальным вариантом: не алкаш, не зависимый и даже не сидевший. Но он, к сожалению, родился без рук, а потом так получилось, что лишился ноги. И я ничего не имею против инвалидов, но увы, я с трудом беру ответственность за свою жизнь, и не готова отвечать за кого-то еще. Просто не готова и все. Хотя Ринат очень хороший человек — начитанный, образованный. Когда приезжала к бабушке, я его навещала, приносила продукты, помогала по дому, понимая, что ему тяжело. Но на постоянной основе не смогла бы, и я это могла искренне признать, не увиливая от ответа. Самого «веселого», которого мне сегодня упрямо рекомендовали: осужденный всего-то по сто двадцать первой статье (кто не в курсе, заражение венерическими заболеваниями, умышленно). «Зато человек хороший», — настаивала бабушка. Меня начинало веселить, что некоторые статьи уголовного кодекса я уже знала наизусть. Вот так женихи!

Рабочий день пролетел очень быстро и как всегда отлично. Мы делали работу и дурачились, читали «бородатые» анекдоты; умно, будто разбирались рассуждали на какие-то запредельные философские темы, иногда обсуждали фильмы или книги.

Подумав я заварила себе чай. Потеряно глядя в одну точку перед собой я почти не слышала, что там рассказывала Самара яростно гогоча над каждой своей шуткой, мотивируя на веселье лучше любого закадрового смеха. Отжав чайный пакетик о ложку до состояния «ни капли не отдам, за все УплОчено», я без зазрения совести подумала, а не заварить ли повторно. Помню времена, когда с деньгами наметилась напряженка, я один и тот же чайный пакетик заливала кипятком раз по шесть-семь. Ну бывает такое. Из этого разряда я любила еще один утренний прикол: ходить по квартире и мяукать. Тут все просто — еда в миске не появляется, милой кошечкой можно себя не считать и придется все же работать.

Выйдя из офиса, я знала, что Профессор ждет меня. Потрясающий чувак, слегка за тридцать. Занимался профессионально балетом, родился в интеллигентной семье, написал потрясающую книгу об истории балета, которая, к сожалению, в силу многочисленных обстоятельств практически неизвестна. И в какой-то момент Профессор решил изменить свою жизнь. Он легко влился в байкерское сообщество, набил себе татуировку на лице. Единственное, был слишком серьезным мужиком, а ко мне часто относился как к маленькой девочке. Мы договаривались что в пятницу он меня заберет, ведь в клубе на ВДНХа планировалось празднование дня рождения Хаски — очень известный в узких кругах гитарист Тверской готик-группы. Хаски у нас любит все, что горит. Это я к тому, что на роль принца он не подходит (да, бабушка пыталась ему меня тоже сосватать), слишком пьющий, причем до беспамятства.

ВДНХа встретил нас уличными музыкантами, редкими попрошайками и фаер-шоу. Обожаю это место в Москве — вечное состояние праздника. Здесь всегда обитает хорошее настроение, проводят какие-то конкурсы, старушки продают амулеты, выступают талантливые ребята. И все горит яркими огнями, люди улыбаются. Это центр хорошего настроения.

— Ну че, Герцог, — Костя подмигнул. — Бухать будем?

Нормальный парень, но женат и две любовницы. Правда и это не предел. Ромка как-то рассказывал, что похождений у Кости куда больше, просто не палится, почти профессионально скрывая всех своих девок друг от друга, при том, что умудряется охмурять новых.