Виктория Рогозина – Андеграунд (страница 8)
— Плохо спала? Или не привыкла вставать рано?
— Не спалось. Замерзла, — разговаривать не хотелось, но и обидеть оборотня Витторина не могла — воспитание не позволяло.
— Садись, завтракать будем, а потом пойдем прогуляемся и потренируемся, — Рустем включил кофемашину и обернулся к девушке. — Мне надо будет уехать, решить некоторые проблемы.
— Когда ждать?
— Дня через два-три. Дэн, если что, поможет адаптироваться.
— Хорошо, — она села на диванчик, устало прикрыв глаза ладонью. Ничего не хотелось. Лишь закрыться в комнате и никуда не выходить, чтобы никто не трогал. Но нужно быть сильной, нельзя лениться. Вита вздохнула.
В дверь постучали и вскоре из сеней в дом вошел довольный Драгомир. Его все устраивало — и условия, и работа. Насколько Витторина успела заметить, инкуб почти всегда пребывал в хорошем расположении духа, бессовестно наслаждаясь жизнью и радуясь мелочам.
— И таки, доброе утро! — оптимистично произнес инкуб, но рассмотрев инфантильную Смерть, его лицо резко стало серьезным. — С тобой все в порядке?
— В норме, — девушка кивнула, но выглядела крайне вялой. — Я мерзну.
— В машине осталось два баллона с энергией. Можем закачать.
— Нет, все нормально, — она вымученно улыбнулась, растянув губы из вежливости. — Просто еще не приспособилась к новым условиям.
— Акклиматизация?! — Драгомир пристально разглядывал девушку и видимо убедился, что с ней действительно все более-менее нормально. Это удобно учитывая его природную сущность. Не удивительно что Мстислав отправил со своей женой именно инкуба, который смог бы в разы быстрее Влада мониторить ситуацию с женским организмом.
Витторина выглядела апатичной, завтракала без энтузиазма, механически поднося ложку ко рту чисто на автомате, не концентрируясь ни на чем. Рустем сначала подумал, что она привередничает, но приглядевшись повнимательнее почти с жалостью отметил болезненное состояние.
— Ты сегодня максимум выйдешь против Дэна, — сообщил он, сомневаясь, что вообще позволит ей тренироваться.
— Я не воюю с детьми, — Соколова отрицательно мотнула головой.
— Не волнуйся, он тебя не покалечит, — попытался успокоить ее оборотень.
— Я его могу покалечить…случайно.
— Вита, он оборотень. Это не какой-то слабый сопляк.
— Я не воюю с детьми, — четко выделяя каждое слово повторила она, чуть качнув головой вбок.
— Драг…неси баллон, — Витторина опасно покачнулась, рискуя в любую секунду упасть.
Все пришло в движение. Мужчины одновременно сорвались со своих мест словно репетировали подобную ситуацию раз сто. Инкуб выскочил из дома, а Рустем, легко подняв девушку на руки, переместился с ней на диван, поближе к камину.
— Мстислав в опасности, — Витторина прислушалась к своим ощущениям, чувствую, как Импульс уходит к ее мужу, а сознание постепенно уплывает. Она не могла точно знать, что с ним, но определенно это было нечто серьезное.
Драгомир влетел в дом, в одной руке держа два баллона, а во второй руке чемоданчик с медикаментами. Он подключил сложную систему и дав девушке сильное снотворное, отвел Рустема в сторону, пока Соколова дремала, будто боялся, что она подслушает разговор.
— Когда Шархан находится на грани смерти, она отдает свою энергию ему. Это происходит независимо от нее, чисто на психоэмоциональном уровне.
— Это смертельно?
— Как сказать, — инкуб задумался. — Она не видит границ и может сильно себя опустошить. Сейчас она чуть полежит, придет в себя, — Драгомир скрестил на груди руки и вздохнув, пощипал пальцами переносицу, как обычно делает человек, у которого болит голова. — Ее забрали с поля боя, несколько недель выдались тяжелыми, она постоянно была на миссиях. Ее лучшая подруга в положении. Сейчас еще и стресс сказался. Ей спокойнее рядом с Шарханом по ряду причин, — он покачал головой. — Ей нужна его защита. Хотя возможно подойдет любая другая защита, лишь бы надежная.
— Ей здесь никто не угрожает.
— Она этого банально не чувствует.
— Драг?!
— Я здесь.
— Второй баллон подключай. Меня не должны ждать, — слабо пробормотала она.
— У нас есть время, — успокоил Рустем, заботливо подтыкая одеяло.
Денис с грохотом спустился со второго этажа и заметив, что с девушкой не все в порядке, бросился к ней, смешно вскинув руки к потолку.
— Вита, тебе плохо?
— В пределах нормы, — улыбнулась она, чувствуя как заканчивается второй баллон. — Напомни потом наполнить, — обратилась она к инкубу, повернув к нему голову.
— Я бы мог вызвать в тебе резкий всплеск эмоций, — задумчиво протянул он, прокрутив в пальцах стетоскоп. — Но боюсь, что жить мне останется недолго, — инкуб хитро усмехнулся.
— Это как? — заинтересовался Денис.
— По своей природе он лечит все сексом, — без тени юмора пояснил Рустем.
— И что, реально все одним лечится? — удивился пацан округлив глаза.
— Инкубами — да, — Драгомир хмыкнул. — Так что явно не с тобой, — он подмигнул девушке. — Если не возражаешь, я пожить хочу.
— Смешно, — она усмехнулась закатив глаза, ожидая пока снимут присоски от баллона. — Ну что? На тренировку?
— Ты уверена, что не встанешь в пару с Дэном? — еще раз вкрадчиво, будто уговаривал несносного ребенка, проворковал Рустем. Он стоял близко к ней и чувствовал холод, исходящий от ее кожи. Такая маленькая, она едва ли доставала ему до плеча и мужчина пользовался этим преимуществом, надеясь переубедить ее. Мужчина смотрел на нее сверху вниз, как на малышку.
— Я уже все сказала, — она встретила его стойким взглядом. Карего цвета радужка окрасилась в насыщенный фиолетовый. Потрясающее зрелище. Рустем будто загипнотизированный смотрел в ее глаза, невероятные в своей красоте. В какой-то момент оборотень поймал себя на шальной мысли, что мог бы бесконечно долго любоваться этими глазами — глазами Смерти. Они не вызывали в нем ужас и страх, лишь восторг и восхищение. Но хотелось заглянуть глубже, в саму душу, которая пока пряталась за семью замками.
Витторина, тяжело дыша, пыталась хоть как-то перевести дух, болезненно выходя из Катарсиса. Одна из сестер в смирительной рубашке, которая пыталась от нее избавиться почему-то пробилась в сознание, демонстрируя свои воспоминания. На их совести была смерть Галки и кучка пепла, оставшаяся от вампира Никиты, прожившего не одно столетие.