Виктория Радецкая – Бывший. Всё всерьёз (страница 2)
– Меня зовут Михалыч, – представляется он. – Пошли, малявка.
Последнее слово плохо вяжется, учитывая нашу разницу в росте.
– А зовут-то вас как? – он уже пошел вперед, я задаю вопрос его спине. – Михайлович – это отчество, а имя ваше какое?
– Без имени можно. Михалыч и все.
– Ну хорошо, поняла.
Мы подходим к заляпанному грязью джипу. Михалыч замечает мой удивленный взгляд.
– Хозяин на охоту ездил. Помыть машину не успел. Но ты привыкай. Он у нас мужик без изысков. Без этих ваших… светских манер.
– Что вы, что вы! Нет проблем. Я сама без этих… без изысков.
– Давай, садись, малявка.
Михалыч открывает дверь салона, а сам бодро топает к водительскому сиденью.
Едем мы молча. Потолкавшись по пробкам, выезжаем на загородное шоссе.
Примерно через час оказываемся в лесу. Джип подпрыгивает на кочках – дорога началась незаасфальтированная.
Вскоре перед нами возникает высокий забор и ворота.
– Погоди, – кидает через плечо Михалыч и выбирается из машины.
Он отпирает здоровый замок и открывает створки ворот.
– Автоматика, м-м-м, как бы сказать повежливее, блин, заедает. Сломалась, – объясняет он, хотя я ничего не спрашивала. – Вот, повесил замок. Самое надежное средство.
Въехав на участок, Михалыч опять выпрыгивает из джипа и запирает ворота.
Когда они громко клацают, и на них повисает замок, мне становится страшно. Аж сердце в пятки убегает. Будто я еду в замок к Синей Бороде.
Впереди – дом, и правда, похожий на замок. Темные стены, башенки, узкие прямоугольные окна… Мы едем по подъездной аллее. Вокруг – продолжение леса, нетронутого рукой ландшафтного дизайнера.
– Вылезай, – командует Михалыч.
Я выбираюсь из джипа и растеряно стою на лужайке – единственное, что приведено в порядок на манер английских газонов.
– Хозяина покамест нет. Но я сейчас отопру дом. Жди там, малявка. Если есть хочешь, найди кухню. Бери там, что найдешь. Вчера ради тебя нашу кухарку вызывали. Обычно-то сами с хозяином управляемся. Но ради тебя решили чего-нибудь попросить ее сготовить. Ну ты типа гостья из культурной столицы, – Михалыч смеется, показывая ряд крепких, хоть и желтоватых, зубов.
Он отпирает дубовую дверь, запускает меня внутрь и уходит.
Я оказываюсь в огромном, темном холле. По телу пробегает дрожь – в доме довольно прохладно.
Хочу вернуться наружу, на солнышко. Заодно спросить Михалыча, когда все-таки приедет… Ох, ты ж! Я вообще забыла спросить Ксению, как женишка-то зовут! Не звать же мне его на манер Михалыча хозяином!
Глава 2
Оттягиваю на себя тяжеленную дверь. Предо мной лужайка, посреди которой стоит чаша фонтана. По моему мнению, так давно высохшая. Михалыча нигде не видно. Не идти же в лес на поиски. Как-то не привлекает такая перспектива.
Захожу обратно.
Обычно кухни находятся на первом этаже. Помню из фильмов про богатых и аристократов – столовая, гостиная, кухня на первом. На втором спальни.
Да, все верно, не врут в киношках: справа от расположенной по центру лестницы нахожу кухню.
Она вовсе не поражает своими размерами, в отличие от всего остального. Скорее всего, хозяин ест в столовой.
Осознаю, что зверски хочу есть. Встала рано и не хотелось. В дороге спала. И теперь готова опустошить запасы Ксениного жениха.
Михалыч не соврал: в холодильнике полно еды. Но особо нагличать не буду. Достаю докторскую колбасу, сыр, помидоры и салатные листья. Из хлебницы вынимаю чиабатту. Разрезаю пополам. Намазываю обе половинки майонезом – пока за фигурой следить не надо пользуюсь моментом. Вон Ксения на вечной диете, и майонеза себе не позволяет даже в страшном сне…
Кладу салат, колбасу, сверху сыр, опять салат и накрываю второй половинкой.
Обнаруживаю чайник. Включаю.
Сама сажусь за стол и впиваюсь зубами в сэндвич.
Именно в этот момент с грохотом хлопает входная дверь. Слышны тяжелые шаги. А я ничего и сделать не успеваю, потому что рот набит вкуснятиной, которую я точно быстро прожевать не успею.
– Ну и где тут моя молодая невеста? – голос звучит, как гром среди ясного неба.
Мне хочется пригнуть голову, а то и спрятаться под стол. Вот же я вляпалась с этой Ксенией! Вот же черт попутал.
Я продолжаю тщательно жевать.
Чайник закипает.
К кухне приближается хозяин – Синяя Борода.
– Привет! – здоровается он и бросает прямо на стол связку рыбы. Рыба еще трепещется и хочет спрыгнуть на пол, не понимая, что на полу воды нет… – Надя?!
Передо мной стоит собственной персоной Глеб Самойлов. В высоких сапогах, куртке, свитере под горло. Сапоги за собой оставляют мокрые следы. От него пахнет влагой, потом и чем-то мужским – звериным.
– Ты что тут делаешь? – продолжает он допрос, не дождавшись ответа. – У тебя что-то случилось? Откуда ты узнала, где я живу? Как ты сюда добралась? Кто тебя пустил? – забрасывает он меня вопросами. – Ко мне должна была приехать девушка… да уж, не вовремя ты. Не то чтобы она мне сильно нужна, но ради моего делового партнера я бы ее потерпел. И не устраивал бы скандала.
Я усиленно двигаю челюстями, потому что пока не прожую, ответить внятно Глебу не смогу. То есть, ответить-то я смогу, но вот с внятностью у меня явно плохо.
– Я и есть та девушка, – наконец, произношу нужные слова. – Вместо нее приехала.
– Зачем? – Глеб опасно на меня надвигается. Рыбы опасно прыгают по столу, приближаясь к моему сэндвичу. Я на свою голову откусываю еще один кусок. – Ты мне жизнь решила испортить? Столько лет прошло! Зачем, Надя?! Уж от тебя-то я такого не ожидал.
Срочно дожевываю откусанный на нервной почве кусок.
– Я не собирался на ней жениться, – продолжает Глеб, пользуясь моментом. – Но ее папаша так упорно сватал свою дочку, что я решил подыграть. Однако я не собирался портить с ним отношения! Итак, зачем ты приехала? И куда ты дела Ксению?!
Глеб отодвигает стул и садится напротив. Я непроизвольно замечаю лужу, которая образуется от воды, стекающей с его сапог.
– Что ж ты не встретил свою невесту на вокзале? – я не отвечаю на его вопрос, а задаю свой. – Раз тебе так нужны хорошие отношения с ее отцом?
От бывшего так и несет опасностью. Я играю с огнем. И прекрасно помню, что так с ним нельзя.
– Хорошо, я отвечу. Но откровенность за откровенность. Ты мне все-таки ответишь, почему здесь ты, а не Ксения. Я не поехал ее встречать, потому что у меня была запланировала рыбалка. Все! Из-за избалованной девицы я не собирался менять свои планы. И еще раз подчеркиваю: она мне не нужна. Но и портить отношения с е отцом я не собираюсь. Вопрос: ты тут как оказалась? Куда ты дела Ксению?! Мне было бы все равно. Однако я несу ответственность перед ее отцом. Где она?
– В ЗАГСе, – вырывается у меня непроизвольно.
– В каком-таком ЗАГСе?
Опять на нервной почве кусаю сэндвич.
– Где брак реги-стри-ру-ют, – с трудом произношу я с набитым ртом.
Глеб забирает у меня тарелку с бутербродом. Берет связку с рыбой со стола и кидает в раковину. Вытирает стол салфеткой и садится обратно. Как на допросе. Напротив. Только что лампой в лицо не светит.
– Зачем ей реги-стри-ро-вать брак? – передразнивает он меня. – Надя, это не шутки! Я жениться не собираюсь. Но после смерти жены ее отец вдолбил себе в голову, что мы будем отличной парой. Я старше и все такое. Стану ей опорой…
– Он ошибается. Ты бы сразу ему сказал, какая из тебя опора, – я произношу эти слова и понимаю, что опять сболтнула лишнее.
А что делать – я правда так думаю. Когда семь лет назад мы с Глебом поженились, мне было всего восемнадцать. И я была уверена, что буду с ним себя чувствовать защищенной всю жизнь. Но он свалил через полгода. Мы даже не успели съехаться…
– Надя, я не снимаю с себя вины за наше расставание, – Глеб нервно барабанит по столу пальцами. – Мы оба тогда ошиблись. Я-то думал, ты станешь верной женой, которая повсюду за мужем… Но нет. Ты не захотела бросать питерский универ, переезжать в Москву. Это же ты мне сказала: «А что такого, поживем на два города. Закончу универ и перееду к тебе». Более того, ты добавила: «Или ты ко мне»! А когда я тебе сообщил, что строю загородный дом, ты заявила, что загородом жить не хочешь. Вот он – этот замок, который я начал строить для тебя. Но тебе он оказался не нужен.
М-да, вот так мы протянули полгода. И потом Глеб просто развелся со мной. Прислал свидетельство и разводе. Не поговорив. Не попытавшись выяснить эти моменты, о которых он говорит только сейчас.
– Да, так что с Ксенией? Наши отношения давай оставим в стороне, – продолжает Глеб. – Куда ты ее дела и как оказалась в моем доме?