Виктория Попова – Похудеть навсегда (страница 1)
Виктория Попова
Похудеть навсегда
ПОХУДЕТЬ НАВСЕГДА
Как изменить отношения с едой, телом и собой — без вечной войны
Важно
Эта книга носит информационно-образовательный характер. Она не заменяет диагностику, лечение и индивидуальные рекомендации врача. Особенно осторожно относитесь к изменениям питания и пищевым ограничениям при беременности и грудном вскармливании, в детском и подростковом возрасте, при расстройствах пищевого поведения, диабете, заболеваниях почек, печени, ЖКТ и при приёме лекарств, влияющих на уровень глюкозы, аппетит или массу тела.
Введение
Мне четыре года. Кухня пахнет ванилью, тёплой корочкой и чем-то неуловимым, что позже станет запахом моего детства. Мы с бабушкой готовим желе. Каждые пару минут я бегу к холодильнику и дёргаю дверцу: «Ну застыло? Ну застыло?» Бабушка смеётся: «Терпение, маленькая». И когда дрожащая малиновая поверхность наконец не поддаётся под моей ложкой, я чувствую себя волшебницей.
С этого всё началось.
Я родилась в семье поваров, где по женской линии готовка — не умение, а искусство, передаваемое из поколения в поколение, как семейная реликвия. Мне было совершенно непонятно, как можно не любить готовить. Однако, как это бывает, у каждого дара есть цена.
Кто любит готовить, тот неизбежно влюбляется во вкусную еду. Я не была исключением: страсть к кулинарии сделала меня довольно пухлым ребёнком. Пироги и десерты в нашем доме были обыденностью, и детские мои воспоминания полны смеха и сладостей. Но вместе со сладостями пришла и беда.
В детском саду меня обзывали «жирной бочкой». Мальчики избегали моей дружбы, и я искала укрытие рядом с воспитателем — возле неё я чувствовала себя хоть как-то в безопасности. Со стороны я наблюдала, как худенькие девочки ловят взгляды мальчиков, и как же мне этого не хватало. Это сильно ударило по самооценке и заложило комплекс неуверенности, который я пронесла через долгие годы.
И вот парадокс, который я пойму только десятилетия спустя, уже став психологом. Кухня была источником моей боли — и одновременно моим убежищем от неё. Меня обзывали за вес — и я утешалась едой, приготовленной с любовью. Одни и те же руки меня кормили и меня же лечили. Бабушка окружала меня заботой, и моменты, когда мы вместе лепили пельмени или пекли торт, позволяли отвлечься от глухих шепотов на переменах. Тогда завязался тот самый узел: боль — еда — временное облегчение — и снова боль. Я буду развязывать его у своих клиентов, не зная, что смотрю на собственную жизнь.
Школьные годы пролетели, оставив меня всё такой же стеснительной и замкнутой. В шестнадцать, когда на меня вдруг начали обращать внимание взрослые парни, я впервые посмотрела на себя со стороны. Рост 167 сантиметров, вес 78 килограммов. Я поняла: пора что-то менять.
И я ринулась в бой с азартом юности. Перепробовала множество диет: кефирную, гречневую и даже трёхдневное голодание по Брегу. Сейчас мой список диет читается как меню пыток, но тогда я искренне верила, что спасение — в очередном ограничении. Срывы были неизбежны, и вес упорно возвращался, как будто привязанный ко мне.
И вот тогда пришло первое и главное озарение: чтобы похудеть, не нужно себя пытать — нужно изменить образ жизни. Началась моя настоящая борьба с лишним весом. В распорядке появились регулярные тренировки: я занималась по видео с Синди Кроуфорд, по 15–20 минут в день. Эти короткие, но постоянные занятия сделали то, чего не могла ни одна диета: вес пришёл в норму — 63 килограмма. Я не была слишком стройной, но чувствовала себя уверенно. И вскоре вышла замуж.
С тех пор я всю жизнь внедряю полезные привычки. С каждым годом их становилось всё больше, особенно после рождения троих детей — двух девочек и мальчика. Обмен веществ замедлялся, и мне приходилось постоянно корректировать себя, искать новые решения, договариваться с собственным телом.
Профессия тоже держала меня в постоянном контакте с едой: будучи руководителем службы питания, я следила, как готовят мои повара, пробовала блюда и, время от времени выплёвывая их, ловила себя на мысли, как легко даже короткое пробование будит аппетит. Я жила внутри того самого искушения, с которым позже ко мне будут приходить клиенты.
Но всё это было ещё только подступом к главному. Жизнь готовила мне самый важный урок.
Однажды моя старшая дочь, перебегая дорогу в сильный ливень, попала под машину. Операции, множество переломов, месяцы, когда страх становится фоном жизни. Я продолжала двигаться вперёд, стиснув зубы, — потому что если бы я расклеилась, держать всех остальных было бы некому.
И тут сдал мой супруг: из-за стресса он потерял глотательный рефлекс. Тело кричало о том, о чём молчала душа. Мы отправились к врачу, и её пренебрежительное отношение глубоко меня задело: ей было непонятно, как психологические проблемы могут вызывать физические симптомы. Формально она всё сделала правильно — направила нас к невропатологу. Но именно тогда я впервые столкнулась с реальностью того, что душа и тело — одно целое, и что психологическая помощь — не прихоть, а необходимость.
Забегая вперёд: после целого года визитов к психологу и курса лечения вместе с мужем у нас всё наладилось. Для меня это стало началом нового этапа — знакомства с психологией, которое в конечном итоге привело меня к обучению на психолога-консультанта. Я изучала различные практики и медитации и постепенно внедряла их в свою жизнь. Это помогло мне справиться с собственным расстройством пищевого поведения, наладить отношения с мужем и коллективом и по-новому взглянуть на чувства и потребности моих детей.
А главное — я наконец поняла, что происходило со мной тогда, у детского сада. Лишний вес очень часто — не про еду. Он про то, что мы заедаем: стресс, одиночество, нехватку любви, ощущение «я недостаточно хороша». Еда — самое доступное «обезболивающее». И пока мы лечим симптом, болезнь остаётся.
Теперь у меня одно большое желание — помочь другим. Вдохновить. Показать, что с трудностями, через которые я прошла, можно справиться — без жестокости к себе, без волшебных таблеток и без скальпеля. В этой книге я собрала свои лучшие рецепты, принципы питания и советы, чтобы сделать ваш путь легче и приятнее, чем был мой.
Дорогой читатель, я знаю этот путь не по учебникам — по собственной жизни. Я была пухлым ребёнком, подростком на диете, матерью, держащей семью на плечах, и студенткой, которая решилась изменить профессию и себя. И если вы сейчас держите эту книгу в руках — значит, мы с вами уже не чужие люди.
Глава 1. Сила Принятого Решения
Начнём.
Точка, в которой всё начинается
Каждый из нас в какой-то момент замирает. Не громко, не театрально. Тихо. Внутренне. Стоишь перед зеркалом — не для того, чтобы оценить, а потому что больше не можешь не смотреть. И в этой тишине рождается вопрос, от которого невозможно отмахнуться: «Я правда хочу так дальше?»
Решение встать на путь похудения — это не про сантиметры и не про цифру на весах. Это акт признания: то, как я живу сейчас, больше не соответствует тому, кем я хочу быть. Это медленный, но неотвратимый разворот к себе.
Я пишу эти строки не с позиции человека, который «всё понял и теперь учит». Я пишу их, продолжая свой путь. Утром, когда я садилась за эту главу, я поймала себя на мысли: вчера вечером я снова ела не от голода, а от усталости. Снова уговаривала себя: «Ну один кусочек, я заслужила». И это не делает меня плохим автором. Это делает меня живой. Такой же, как вы. Я продолжаю вводить привычки. Продолжаю ошибаться. Продолжаю возвращаться к решению. И именно поэтому я имею право говорить с вами не сверху вниз, а рядом. Глаза в глаза.
После строгих диет многие люди возвращаются к прежнему весу, особенно если после снижения веса возвращаются к прежним привычкам. Поэтому цель этой книги — не короткая диета, а система, которую можно поддерживать в обычной жизни.
Почему?
Ответ лежит не в тарелке. Он — в голове. И я хочу, чтобы мы разобрали его вместе. Не для того, чтобы себя поругать. А чтобы понять: со мной всё нормально. Мой мозг работает так, как задуман эволюцией. Просто теперь я знаю, как с ним договариваться.
Анатомия самообмана: почему мы застреваем
Наш мозг — не враг. Он — консерватор. Эволюционно заточенный на экономию энергии, он воспринимает любое изменение как угрозу привычному порядку и включает защитные механизмы. Даниэль Канеман в книге «Думай медленно… решай быстро» (2011) показал: наша Система 1 — быстрое, автоматическое мышление — всегда найдёт оправдание, почему сегодня можно ничего не менять. А завтра — снова завтра.
И мы мастерски перекладываем ответственность вовне. Я знаю эти фразы, потому что сама их произносила. И вы, возможно, произносите:
— «Я набрала вес, потому что бросила курить». — «С возрастом обмен веществ замедлился — это генетика, ничего не поделаешь». — «Я родила — тело уже не будет прежним». — «У меня стресс на работе, я имею право на еду». — «У меня просто нет времени на спорт».
Каждая из этих фраз содержит зерно правды. Я не обесцениваю ни одну из них. Бросить курить — огромный стресс. Роды меняют тело. Стресс реален. Но каждая из этих фраз одновременно является тем, что психолог Джулиан Роттер ещё в 1954 году назвал внешним локусом контроля: убеждённостью, что причина происходящего всегда снаружи, а я — лишь заложник обстоятельств.