Виктория Победа – Жена криминального авторитета (страница 26)

— Почему Марго не избавилась от тебя? — справедливо заметил Дима, — ты ведь какое-то время жила в ее доме, после смерти отца.

— Все просто, к нам ведь было приковано внимание прессы и общественности, Марго пускала пыль в глаза, мол, вот такая она хорошая, заботится о сиротке, — нервно рассмеялась я, — ты знаешь, она ведь даже не кормила меня толком, иногда только, чтобы в голодные обмороки не падала, а мне десять всего было, я ребенком была, в чем, конкретно я перед ней провинилась, мне было непонятно, это потом, со временем, когда повзрослела, все на свои места встало.

Перед глазами встали картины прошлого, я маленькая, хватаюсь за кусочек хлеба. Наверно, воспоминания о тех днях меня до конца жизни преследовать будут. Это в последние два года, Марго относительно неплохо со мной обращалась, товар-то должен привлекать, а не отталкивать, а тогда, восемь лет назад я была обузой.

— Пусть все так, — кивнул Дима, — скажи мне только одну вещь, зачем такие сложности, почему Краснов или как его, неважно, просто не увез тебя куда подальше.

— Так это же очевидно, — посмотрела на Диму, — Саша обещаний на ветер не бросает, думаю ты знаешь, — кивнула Олегу, — он пообещал сделать все, чтобы очистить имя отца, а потому уехать он не мог, а мне десять было, одну меня отправлять куда-то было опасно, к тому же он пообещал заботиться обо мне. Когда я стала взрослее, Саша дал мне выбор, уехать и обо всем забыть или остаться и отомстить за родителей, я выбрала второе.

— За родителей? — удивился Дима, — с отцом все ясно, но твоя мать покончила с собой, насколько мне известно, за что мстить?

— Моя мать не была самоубийцей, — рявкнула я, — она была чудесной матерью и вполне себе счастливой женщиной, у нее не было поводов заканчивать жизнь самоубийством.

Меня злил тот факт, что все спустили на тормозах, никого не смутило то, что молодая здоровая женщина с ребенком, вдруг, покончила с собой, пока этот самый ребенок был в школе. Все просто кивали и соглашались с тем, что да, бедная женщина не справилась с ролью брошенки и матери одиночки. И всем вообще фиолетово было, что у этой самой матери одиночки трехкомнатная квартира в центре города, машина и вообще она не бедствует.

— Так говорят практически обо все самоубийцах, а ты была ребенком, могла не замечать предпосылок.

— Могла, — подтвердила я, — только Саша отыскал доктора, что делал заключение о смерти, Саша умел убеждать, судмедэксперт все выложил и подтвердил, что мою мать убили.

— Ты встречалась с этим доктором? Сама с ним говорила?

Помотала головой.

— Саша запретил и подробностей мне не рассказал, обещал рассказать со временем, да не успел, — из глаз потекли слезы, ненавидела показывать свою слабость, но как-то само получилось, устала, наверное.

— Я потом нашла заключение о смерти моей матери в доме Марго, получила тогда знатно от братца, за то, что влезла куда не просили, да и Марго тогда не побрезговала руку приложить, обоих хотелось на месте прибить, — призналась я.

О, я хорошо помнила тот день, когда эта дрянь оставила дверь в кабинет открытой, бумажки эти даже не в сейфе хранились, а просто в одном из ящиков в столе. Да и скрывать там было нечего, все было описано красиво, самоубийство, никаких признаков присутствия третьих лиц, единственная относительно полезная информация — имя врача, на этом все. А потом меня обнаружили, брат, конечно себя не ограничивал, но бил так, чтобы следов практически не было, терпела сцепив зубы, с болью мы уже давно нашли общий язык.

— Отчего ж не прибила, — спросил Олег, — если тебя тренировал Авдеев, сомневаюсь, что ты бы не справилась с хлюпиком братом и его мамашей.

— А смысл? — задала вопрос Олегу, — они мне мертвыми пока не нужны, и подозрения мне ни к чему были, я ведь так и не узнала, кто стоял за смертью моего отца, Марго с Матвее всего лишь пешки, вот только узнать мне ничего так и не удалось за эти два года, кроме имени доктора, что делал заключение о смерти моей матери, правда, отыскать его я так и не смогла, он переехал куда-то, с работы уволился, а у шестнадцатилетней девчонки без денег и связей почти не было шансов его найти.

За себя, я конечно, постоять могла, а вот все остальное было проблемой, Саша погиб слишком неожиданно, к его смерти я была не готова, даже несмотря на то, что он предупреждал и не раз, но как вообще к такому можно быть готовой? Тем более, когда тебе шестнадцать, а он единственный, кто был тебе дорог. Боковым зрением заметила, что Дима поднялся с места и подошел к окну

— Ты поэтому так спокойно приняла новость о свадьбе? — догадался он, — тебе связи мои нужны? Я правильно понимаю? — в голосе послышался уже такой знакомый холод, глаз я его не видела, но и идиоту понятно, что ничего хорошего там для меня не было.

— Давай только без этого, — начала злиться я, — я никогда тебе не лгала, просто не рассказывала всей правды, к тому же глупо сейчас на меня злиться, у нас обоих были свои причины, ты ведь тоже не от большой любви на мне женился, не так ли? Тебе просто интересно стало, да и молодая жена, к тому же не дура, все в твою пользу играло, беспроигрышный вариант. Хуже тебе от правды не стало, ничего, по сути, не изменилось.

И ведь, действительно, чего сейчас беситься, у меня тоже есть причины злиться — пришел, увидел, победил! Захотел меня в жены и получил, ничего при этом не делая, просто перед фактом поставил. Спасибо бы сказал, что я истерик не устраивала и предложение приняла достойно.

К тому же ни разу его доверия не предала, ни разу не возмутилась, не перечила даже почти, идеальная, мать его, жена, разве что один раз с другом его напилась, ну так может это я от стресса, столько свалилось за последнее время.

— Ты могла сразу обо всем рассказать, — сухо сказал Дима.

Ну да, так все просто, рассказать ему обо всем.

«Знаете Дмитрий Викторович, меня тут вообще-то шесть лет спецназовец воспитывал, а сейчас я сбираюсь отомстить за папашу» — так он себе это представляет?

Понятно, что Дима сейчас не совсем в себе, после всего произошедшего, но должен же он понимать, что я не могу рассказывать свою историю всем и каждому.

Обернувшись, Дима выудил из пачки сигарету, закурил и протягивая пачку Олегу, тот с удовольствием принял предложение. Мне бы сейчас тоже сигаретка не помешала и неважно, что я не курю, с этими качелями точно начну.

— Да? И с чего бы? Я не могла тебе полностью доверять, — вполне справедливо заметила я.

— Но при этом ты согласилась на свадьбу и переехала ко мне, — также холодно парировал Дима, выдыхая сигаретный дым, — тебе не кажется, что это глупо?

В принципе не поспоришь, я ведь могла сбежать, но не стала.

— Можно подумать, у меня был выбор, к тому же после жизни с родственничками, меня мало что могло удивить. Да и, как я уже говорила, ты не был похож на остальных потенциальных женишков, — поморщилась я, — от тебя меня хотя бы не тошнило.

Говорила я чистую правду, меня действительно тошнило от гостей Марго, не появись на горизонте Демин, пришлось бы уходить из дома Марго ни с чем. Даже близко не допускала возможность связать жизнь с одним из тех напыщенных толстосумов, что сорили деньгами на очередном приеме. А, если вспомнить те сальные взгляды, что были обращены на меня, то и вовсе можно было стать вдовой еще до замужества.

— Марго только поэтому терпела меня в своем доме, мне с самого начала дали понять, что меня собираются выгодно продать, — рассмеялась я, — правда обломалось, кто же знал, что на горизонте появится сам Дмитрий Демин.

— Они получили достаточно за тебя, — признался Дима, — твой брат утер нос конкуренту, это дорогого стоит.

Не сомневаюсь, но знаю Марго, ей этого явно недостаточно, она все еще намерена получить максимальную выгоду. Не просто так ведь Матвей суетился на моей свадьбе.

— Я ответила на все твои вопросы? — поинтересовалась я, — или есть что-то еще?

Дима некоторое время пристально смотрел мне в глаза, что именно он хотел в них отыскать, для меня было загадкой. Я не хотела, чтобы все было так, по-хорошему, я сама должна была прийти к нему и все рассказать, раз уж собиралась просить о помощи и использовать его в качестве оружия для мести.

Его гнев понятен, женился он на сироте казанской, а на деле вон как вышло, будь на его месте другой, точно бы потерял самообладание, Дима же информацию принял относительно спокойно. Примет мою правду и согласится помочь, буду благодарна, а не примет, буду решать свои проблемы сама, рано или поздно я все равно доберусь до правды.

— Пока это все, Саша, — наконец ответил муж.

Я молча поднялась со своего кресла и направилась в сторону двери.

— И еще кое-что, — остановил меня Дима уже у самого выхода, — мы нашли эту мразь.

Я обернулась и посмотрела на мужчин, точно зная, о ком идет речь.

— Хочу, чтобы позже ты присутствовала при допросе.

— Хорошо, — ответила я, не моргнув глазом, — я буду в комнате.

Хорошо представляла себе, что это будет за допрос, но также хорошо знала своего мужа и принимала его таким, какой он есть. Еще тогда, в день свадьбы дала себе обещание, что раз уж согласилась на все это, то танцевать придется по его правилам. Кто-то назовет меня ненормальной, а моего мужа убийцей, но такова наша жизнь. И сейчас я прекрасно понимала, что то, что случилось с Мартыновым — цветочки, ему вообще повезло, что его просто пристрелили, могло быть и хуже, я уверена, Дима может сделать так, что человек будет молить о смерти.