Виктория Победа – Заставлю тебя полюбить (страница 43)

Он это сделал для нее?

— Нравится? — прошептал на ухо Саша, пока Мила словно воды в рот набрала и крутила головой как китайский болванчик.

Переведя потерянный взгляд на Ракитина, Багирова не смогла и двух слов связать. Эмоции переполняли ее. Она лишь кивнула, а потом прошла в середину зала, осматривая площадь для катания. Тут тоже все было подсвечено огоньками, приятно разливающими мягкий желтый свет.

Он сделал это для нее?

Целый зал для них? Сложно представить, как ему это удалось.

— Неужели ты все это помнишь?

Стоя спиной к мужчине, спросила Багирова. Неужели он и правда такие детали запомнил? Или помог кто?

— Я помню о тебе все. Какой цвет любишь, какую музыку слушаешь, какие фильмы смотришь, от чего ты в детстве плакала. Помню, как ты не любила читать, как мечтала стать сначала доктором, потом балериной, и все в интервале парочки дней. А еще я помню, как сильно ты хотела ролики, а затем, получив, как много ты на них каталась. Я подумал, что купить ролики — это не то, а вот арендовать ролледром на всю ночь — самое оно.

Мила замерла, дыша через раз, вслушиваясь в слова Ракитина и пытаясь найти хоть бы одно несоответствие. Но не находила. Он попал в точку по всем пунктам, и знал он ее точно как облупленную.

— Я…

Найти сейчас слова было сложнее, чем она думала.

— Мне очень…приятно, это сильно.

Саша подошел к девушке и легонько поцеловал в лоб, посильнее втягивая воздух в легкие. Стоя в таких объятиях, Миле почему-то захотелось плакать. Она не ожидала, что Саша смог бы придумать такое. Говоря о завоевании, рядовая девушка подумала бы о розах, походах в кино, но не о методичном продумывании самых мелких деталей, чтобы включить в один вечер максимум того, что любит объект твоего вожделения.

Мила думала, что Саша пойдет классическим путем, но и здесь он не поступил так, как она рассчитывала, и тут он смог ее удивить, поступая совершенно иначе.

— Помнится, ты однажды уже пыталась научить меня кататься, да? — Саша подмигнул Миле и потянул в сторону, где стояла стойка с роликами.

— Ты тогда был не очень старательным учеником, — подколола его Багирова, улавливая в их диалоге игривые нотки.

— Все течет, все меняется, теперь я буду очень старательным. И добьюсь всего, чего хочу.

Последняя фраза вряд ли относилась к успешному катанию на роликах, но Мила была слишком поглощена окружающей ее атмосферой, чтобы улавливать двойные смыслы. В данный момент в ее душе разливалось что-то светлое, что настойчиво выдворяло все темное. Пусть на какой-то момент, но позволить себе эту маленькую слабость она могла и хотела.

Переключиться на что-то веселое. Что-то, что приносит чистую радость и счастье.

36. Давай сделаем это

Мила отключилась, полностью погружаясь в процесс катания. Так всегда случалось, когда она была чем-то крайне заинтересована. Совсем как в детстве, с катка ее тогда и за уши оттянуть не могли бы. Вот и сейчас она забыла на мгновение о Ракитине, о жгучей обиде и просто каталась, как умела. И если бы она была сейчас более внимательной, то заметила бы, с каким благоговением на нее смотрел Саша, не решаясь нарушить то душевное равновесие, которого Мила смогла достигнуть, встав на ролики. Девушка каталась добрых полчаса, прежде чем поняла, что катается сама. А затем остановилась, повернулась к Ракитину и с улыбкой на лице произнесла:

— Халтуришь, офицер?

— Мой тренер пока занят, а я стараюсь набраться опыта самостоятельно.

— То есть халтуришь, да. Давай катись сюда, катигорошко, — рассмеявшись до коликов в животе, Мила поехала к Саше, который стоял обутый в ролики, но упрямо цеплялся за бортик. Хоть одна рука Ракитина и была перебинтована, но второй он точно мог бы управлять в движении.

— Может я хочу понаблюдать за тобой.

— Э нет, ты будешь кататься, только если твоя рука тебе не помешает…

— Плохому танцору всегда что-то мешает, да? А тут главное ноги, не руки. Так что я точно буду кататься, если ты меня научишь, — игривая ухмылка окрасила лицо Ракитина, он мягко прошелся заинтересованным взглядом по фигуре Милы, особенно задерживаясь на проступающих от напряжения икрах.

А Мила же зарделась, проследив за взглядом Саши. Ей было приятно? Разумеется, такой взгляд вызывал чистый восторг, но в тоже время она мысленно давала себе оплеуху за то, что одного взгляда Ракитина для нее достаточно, чтобы потерять контроль над собой.

Нет, она в ближайшее время собиралась показать ему, как с ней нужно обращаться. И либо он поймет и примет этот факт, либо им не по пути. Вот так, да. Без уважения не может быть нормальных отношений, а Мила хотела, чтобы все было правильно, а не так, что в следующий момент о нее могут вытереть ноги или заставить бороться против призраков прошлого.

— Расслабься, ты слишком напряжен. Если будешь так кататься, то упадешь.

— Легко сказать, но я, блин, покачусь, если расслаблюсь, а затем и упаду.

— Не упадешь, почувствуй вес своего тела, тебе нужно найти воображаемый центр и держаться его. Ноги ближе, Саш, ты реально разложишься сейчас.

Плевать, что однажды Мила уже каталась с Сашей, правда тогда она дышала ему в пупок, а Ракитин был крайне недоволен тем, что ему приходится быть коровой на льду при всем честном народе. Багировой было весело, она и правда старалась научить Сашу всему, что умела сама, вот только ребенок не смог бы четко пояснить, как держать равновесие. Та и вышло, что Ракитин тогда распластался на паркете, чуть не выбив себе парочку передних зубов. С тех пор зарекся вообще хоть когда-нибудь ходить на ролледромы.

Схватив мужчину за руку, Мила плавно откатилась назад. Да, у нее получалось в разы изящнее, чем у Саши, но что поделать? Он-то совсем из другого теста.

— Я не понимаю, как у такого человека как ты, могут быть такие проблемы с координацией движения?

И то правда, разве он не должен уметь практически все? Разве не этому их учат? Сильнее, выше, быстрее? Миле казалось, что военные, особенно такие, как Ракитин, практически способны на все. Как же она ошибалась на самом-то деле. Одного лишь взгляда на Сашу ей хватило, чтобы навсегда запомнить шокированный взгляд мужчины при ее словах о том, что нужно расслабиться. Он напрягся еще сильнее, вцепившись свободной рукой в бортик, словно это единственный шанс к спасению.

— В мои обязанности не входит кататься на роликах или коньках, — пробурчал мужчина, недовольно посматривая на ролики. Будто бы это дикий зверь какой.

Интересно, Саша вообще не рассчитывал, что будет смотреться на фоне Милы так себе? Или он все еще верил, что смог бы покорить и такую высоту?

— Но на велосипеде же ты умеешь кататься? Чего тогда ролики нет? Саша, а ну ноги ровно поставь, ты сейчас на шпагат сядешь, — Мила снова рассмеялась при виде Ракитина, который свои собственные ноги до кучи собрать не мог.

— Сравнила… — схватившись за девушку, Ракитин тяжело выдохнул, потому что только что чуть не поцеловал носом пол.

— Да, вот такой вот неидеальный Ракитин, который не умеет ездить на роликах.

— Я никогда не говорил, что идеальный.

Правда, не говорил, за него это говорили другие люди, все время и без остановки. Какой хороший, какой талантливый, какой мужественный, какой такой и такой. И Мила помнила эти разговоры слишком хорошо, ведь с самого раннего возраста у нее перед глазами был Ракитин, о котором только то и делали, что слагали чуть ли не легенды.

Саша посмотрел на девушку снисходительно, коснувшись носом ее щеки. Случайно. Совершенно точно, ведь другого пояснения тут быть не может. Он еле стоял на ногах.

— Ты нет, другие да, — Мила отпустила руку Саши и отъехала в сторону, чтобы посмотреть издалека, как мужчина держался. — Ноги выровняй, иначе ты упадешь.

Раздавая указания, девушка и правда старалась. На ролледроме все складывалось у них в разы легче. Здесь она указывала, что делать, а он слушал, стараясь выполнить все в точности. Не все получалось, более того, порой казалось, что Саша безнадежен и проще ему было бы ездить на своих танках, или где он там ездил и на чем — Мила ведь подробностей не знала и не узнает.

Саша смеялся, злился, затем снова смеялся, но ни разу не упал. Багирова четко давала ему нужные инструкции и таки добилась того, что он поехал сам, не спотыкаясь, не заваливаясь на спину, носом или еще чем. Пару раз Саша, конечно, хотел снести бортик всем телом, но благодаря Багировой ему удалось удержаться.

Через час у них получилось кататься почти свободно и в метре от бортика. Вот здесь уже душа Милы пошла в пляс, потому что, показав основы Саше, она смогла немного расслабиться, показывая на паркете различные пируэты. Пусть она давненько не каталась, но тело все помнило, четко выполняя каждое движение.

Саша двигался неуверенно, но хотя бы не падал, и спустя полчаса оба выдохлись, приземлившись на скамью и вытянув ноги, что гудели от напряжения.

— Да, и в зал не надо ходить, пару раз в неделю помучить так тело, и готово.

— Ты часто ходишь в зал?

— Четыре раза в неделю, а что, по мне не видно?

— Нет, как раз видно, просто…

Не говорить же ему, что она буквально слюни пускает на его накаченное тело? Нет, конечно, этого она ему не сказала бы ни в жизнь. Окинув взглядом тело Ракитина, Мила только тяжело вздохнула.

— Пойдем перекусим, — Саша переобулся, протянул руку Миле, которая уже успела стянуть с себя ролики и сунуть распухшие с непривычки ноги в ботинки на каблуке. Да уж, чем она думала? Ну а с другой стороны, кто ж знал, что они пойдут сюда? И что она настолько устанет.