Виктория Победа – Уроки вежливости для косолапых (страница 51)

— Ладно, Мих, — снова хлопает меня по плечу, — считай, я твой личный Дед Мороз, есть у меня на примете одно частное охранное предприятие, я поспрашиваю, созвонюсь с владельцем.

— На примете у него, где ты раньше был.

— Так ты не спрашивал.

И то верно. Я после смерти Андрюхи все как есть оставил, не менял персонал, нанял только дополнительную рабочую силу. Видимо, придется менять.

Глава 37. Возвращение

— Куда он поехал? — уточняю у Павлика, на случай, если я кукухой поехал и мне просто послышалось.

— Вы же с первого раза услышали, шеф.

— Ты мне поговори. Я не понял, на чем поехал, ты отвез?

— На автобусе, — виновато бормочет Паша.

— На каком еще нахрен автобусе?

— Ну если быть точным, то на восемьдесят седьмом.

— Паш, ты придурок? — рявкаю в трудку, потираю лоб ладонью.

— А че сразу Паша придурок, мне ему запретить надо было? И вообще, шеф, че вы беситесь, он же к этой вашей даме сердца поехал в гости, а не в логово людоеда. Да и вы вроде сегодня должны были вернуться, вот сами его оттуда и заберете как раз.

Убью. И одного и второго.

Откидываюсь на спинку кресла, глушу двигатель.

Вернулся в город и посыпались сюрпризы. Не то чтобы я не собирался ехать к Марине, но предполагал, что несколько иначе этот план реализую, учитывая, мой личный феерический проеб.

Обещал позвонить, да первые сутки связь почти отсутствовала, и честного говоря с пожаром этим долбанным не до звонков и сообщений было. Потом в больницу поехал.

Одного из парней моих госпитализировали, состояние оказалось чуть серьезнее, чем изначально предполагалось. В общем, наблюдение некоторое время требовалось.

А у него семья, ребенок маленький. Жена в слезах в коридоре больницы меня встретила.

Кое-как уговорил ее домой ехать, к детям. Сам лично отвез.

Денег дал, конечно. Не откупиться пытался, нет, просто по-человечески.

С врачами договорился, все расходы, естественно на мне.

Потом с остальными разобрался. Снова на базу вернулся, пожар пожаром, а работу никто не отменял. Все в какой-то бесконечной суматохе, суете.

Дед еще этот.

Родственников ближайших отыскали. С дедом говорить бесполезно, невменяемый. На внучку и мужа ее давить, разве что.

Давить, правда, по большому счету нечем уже. Чистый блеф и всего лишь. Оставалось вопрос с охраной решить. Старых послать, с этим юристы пусть разбираются. Новых — нанять. При хорошем раскладе до конца недели с этой беготней будет покончено.

— Шеф, вы еще там?

— Ты мне, Паша, правду скажи, вы чего удумали? И только попробуй мне соврать, — вздыхаю в трубку.

— Шеф, я к этому не имею ни малейшего отношения.

— Паша…

— Да блин, шеф, ну меня Саня в последний момент предупредил.

— Ты мне зубы не заговаривай. Уверен, что Санек у Марины Евгеньевны?

— Обижаете, шеф. Я вам могу всю хронологию событий расписать с того момента, как они из школы вышли и вплоть до того, как вошли в подъезд.

— Я понял.

— Так вы вернетесь сегодня или нет?

— Да в городе я уже. Все, Паша, не беси меня, точно уволю.

— Хорошего вечера, шеф, — быстро сообразив что к чему, сбрасывает звонок.

Сижу еще несколько секунд с закрытыми глазами, наслаждаясь тишиной и покоем. Почти трое суток без сна и на ногах. Не знаю, кто из нас быстрее закончится, я или стройка эта гребанная.

— Да, Андрюх, — завожу двигатель, — оставил ты мне задачку со звездочкой.

Выезжаю со двора на дорогу. Мысленно прокручиваю встречу с Маришей. Как пить дать, обиделась наверняка.

Любая бы обиделась, наверное.

Я в женской психологии не то чтобы силен, как и вообще в отношениях, но тут явно не надо быть Фрейдом.

Обосрался ты, Буров, с какой стороны ни посмотри.

К ее дому подъезжаю, когда на город уже опускается тьма. По-хорошему предупредить бы надо было, но как-то рука не поднялась взять телефон.

Веду себя, получается, как малолетка.

Выхожу из машины и направляюсь к подъезду. Глаза слипаются, устал как собака, жрать хочется до ужаса. И вот в таком состоянии к женщине заявляться? И не просто к женщине, а к единственной, что за тридцать шесть лет меня заинтересовала.

Поднимаюсь на ее этаж, подхожу к двери и жму на звонок.

Жду, прислушиваюсь к шагам по ту сторону.

Слышу характерный щелчок и дверь передо мной распахивается, я едва успеваю сделать шаг назад, чтобы не получить по лбу.

— Ты что тут делаешь? — Мариша моего столь внезапного появления явно не ожидала.

— И тебе привет, Мариш, — усмехаюсь, смотрю на нее и залипаю.

Красивая она нереально. То ли во внешности ее что-то изменилось, то ли я за эти три дня настолько соскучился.

Я на ее фоне сейчас бомж натуральный.

Она отходит в сторону, молча пропуская меня в квартиру.

Переступаю порог и взглядом цепляю на вешалке знакомую куртку.

— Засранец, — произношу машинально и замечаю, как в легком испуге округляются глаза Мариши.

— Миш, ты только спокойно, мы…

— Миш, — улыбаюсь невольно, нравится мне, как из ее уст мое имя звучит, — ну наконец-то без этих формальностей.

Хватаю ее за плечи, прижимаю к себе и вдыхаю аромат ее волос. Кайф.

Она не пытается отстраниться, напротив, сама льнет ближе, ладони на плечи кладет.

— Соскучился я, пиздец.

Стоим так по меньшей мере минуту. Не хочу ее отпускать. И меня дико ведет от того, что она не предпринимает попытки вырваться.

Не знаю, сколько бы мы еще так простояли, если бы не появившийся внезапно Саня.

— Марина Евгеньевна, там это, картошка, — звонкий голос племяша стремительно проносится по небольшой прихожей, — о, дядь Миш, а ты здесь как? — делает вид, что удивлен.

Артист.