Виктория Победа – Училка и мажор (страница 56)

—Пусть идет один.

—Мне б твою уверенность, Ваха. Пусть идет, но ГРОМ надо держать наготове. По крайней мере после получения координат, мы должны взять этого у*бка, а то он может такие акции устраивать часто, а мне важно знать, что моя семья в безопасности.

Слушаю этих двоих и вообще не понимаю, к чему разговор, если я все равно пойду туда сам, что бы они там не решили.

Так и решаем, я еду туда, а у самого от злости все тело выламывает, выкручивает. Неприметное здание встречает меня мраком, я подъезжаю под первый заезд, глушу машину и хватаю сумку.

В этот момент звонит телефон, отвечаю мгновенно.

—Да, — отвечаю, а сам сканирую окружающее пространство. Забытый Богом склад, принадлежавший местному заводу по переработке химических отходов. Стоит на отшибе, тут за километр видно, кто едет или идет, видимость отличная и просматривается дорога со всех точек. Умный говнюк, нечего сказать.

—Хороший мальчик, хвоста не привел. А привел бы, не вышел бы отсюда вместе со мной. Я уже смертник в любом случае, если эти деньги не верну.

Ага, небось общак, мы много чего узнали об этом отбросе. И то, что жена была у него, и что метелил ее как скотина, и что занимался грязными делишками, приводил друзей домой, где маленький ребенок. Все это мы уже знаем. Мерзость, чудо, что Вася вообще выросла без каких-либо травм, ЧУДО, что смогла в свое время дать против него исчерпывающие показания. Хотя боязнь обычного мужского поведения и отсутствие чувства самосохранения нельзя назвать травмой? Теперь понятно, почему он сорвалась защищать соседку, теперь кристально ясно, с чего вдруг такие разговоры о криминале были. Все теперь ясно. Тварь. Просто отдай мне Васю, а потом я тебя найду. Из-под земли достану и заставлю жрать землю, пока будешь копать себе могилу. Такого не жалко, пусть подыхает.

—Я привез деньги, теперь отдай мне Васю.

—Не так быстро, ковбой, не так быстро…Сначала проверим тебя и сумку на наличие жучков.

—С…, я чист, давай ты просто заберешь бабки и дашь мне координаты Василисы, а потом уже упивайся своим богатством, сколько влезет.

—Я не привык верить людям на слово. Справа от тебя в мусорке лежит устройство для проверки на жучков. Я тебя вижу, так что без глупостей и без резких движений. Достаешь и проводишь по себе, потом по сумке. Тщательно, малец, а то моя нервная система может шалить, того гляди и сделаю какую глупость.

Сука! Ну что за бл*! Дела как он говорит и проверяю себя и сумку, чисто. Мы и не планировали никакие жучки вставлять.

—Молодец, — и вешает трубку.

Я срываюсь на крик, бросаю телефон на пол.

—Сука! Сука! Координаты!

В какой-то момент я слышу странный звук, а когда поворачиваюсь на него, то вижу…дрона, летящего в мою сторону. Огромная такая байда. Своим глазам не верю, она летит ко мне, и опускается на уровень головы. На нижней части прикреплена «цепляй сумку на крючки», делаю ровно так, как написано. Дрон со скрипящим и пищащим звуком начинает подниматься ввысь, а я стою как дурак и осматриваюсь.

—Бл*, на*бал! — несусь в сторону завода, но вдруг на телефон приходит сообщение.

«Ты че нервный такой, твоя уже дома».

Я набираю дрожащими руками свою девочку, и только когда слышу нежный голосок своей малышки, мне отпускает. Никогда не думал, что можно настолько сильно волноваться за кого-то, никогда не думал, пока не встретил ее, девочку, которая стала для меня всем. Буквально всем.

—Рустам, все хорошо! Слышишь?! Я дома с твоей бабушкой! Все хорошо.

Черт, если бы можно было бы от счастья взлететь, я бы взлетел. Так быстро я еще не ездил никогда, никогда с тех пор, как попал в аварию. Двести уже не кажется какой-то уж очень серьезной цифрой. Прости, мам. Дома проносятся мимо меня одним сплошным пятном, мне звонит отец и крестный, но я несусь туда, где хочу быть больше всего на свете.

И только дома, прижав к себе свою Васю, я понимаю, что никакие разборки устраивать уже не хочу. Не сказала и хер с ним.

—Обещай никогда ничего от меня не скрывать.

Вася крепко прижимается ко мне и сиплым голосом отвечает:

—Прости меня. Я обещаю.

Спецподразделение ГРОМ позже находит этого ублюдка. Очень качественно отрабатывают. Эта мразь и не была на заводе, отсиживался на территории местного вокзала, ждал свои бабки, которые так и не дождался.

48. Будешь моей…?

ГЛАВА 48

ВАСИЛИСА

Так страшно мне не было еще никогда. Я сразу поняла, что это отчим, еще до того, как он сказал хоть слово и показал свое лицо. Сидя в подвальном помещении, мне больше всего хотелось вернуться в утро и остаться там в объятиях Рустама. Непрекращающаяся тошнота сводила меня с ума. Сомнений в том, что я точно беременна, уже не было. Вообще никак. После звонка Рустаму я старалась не плакать, честно, очень старалась, но что-то шло не по плану, и я каждые двадцать минут глубоко дышала, чтобы не разрыдаться. К чести отчима, нужно отметить, что на холодном полу не оставил, вручил мне старое одеяло, которое я и подстелила под ноги. Мне кажется, что в этом замкнутом пространстве я провела долбанную вечность, пока двери не отворились, и отчим с развязной ухмылкой не сказал мне:

—Твой деньги прислал, чеши домой, — и просто ушел. А я еще пару минут сидела в шоке, не веря, что он просто так меня отпустил. И все?

Я не помню, каким образом вышла из этого темного подвала, как дошла до людей, ведь этот подвал был у черта на куличках в самом забытом спальном районе города. Добрые люди вызвали мне такси и даже оплатили его.

Просто ужас, все это вспоминать сейчас мне кажется каким-то очередным моим кошмаром. Только наяву. А еще выяснилось, что Женя и Слава были в том самом отряде ГРОМа, который в тот вечер задержал Константина. Я была в шоке, что они работают в этом спецподразделении. Теперь мы часто видимся, и Рустам даже не пытается сказать хоть слово поперек. Ведь они помогли с таким делом. Лично выбили все зубы Швецу.

А пока я смотрю на себя в зеркало, приглаживаю несуществующие неровности на блузке и опускаю взгляд на живот. Пока плоский. Еще месяца два точно будет небольшим, а потом я точно не влезу в свои любые платья. Август. Август будет счастливым месяцем. Осталось сказать об этом Рустаму, я скрывать не стану, и его реакции я не боюсь, почему-то я уверена, что он будет счастлив.

Опаздываю, черт, ну, как всегда. Беременность сказывается на мне определенным образом — я хочу спать все время.

—Рустам, мы опаздываем!

Мы — это потому, что я сегодня у целого потока принимаю экзамен, у Белова Рустама тоже. Ни грамма не помогла ему готовиться, от слова совсем. Сказала, что поставлю двойку, и он точно пойдет на пересдачу, если не подготовится как следует сам. Ситуация в университете мало-помалу выгладилась, мне вернули мою группу, но Лену тоже взяли на работу, так уж вышло, что нам все равно не хватает одного преподавателя английского, потому что теперь наш университет расширяется, появляется кафедра архитекторов, и там тоже нужен английский…а я долго однозначно не протяну, по себе вижу уже сейчас, что не справлюсь.

Олеся Васильевна точно будет в шоке. Но это потом.

—Да иду я. Иду, я не виноват, что ты решила опять проспать. Малыш, ну сколько можно. А? Я буду тебя в пижаме на работу возить, обещаю, — рустам подходит со спины, обнимает и целует в ушко, а у меня все внутренности попрыгивают, внизу живота образовывается жар. Ох. Мне на работу, ему на учебу вообще-то!

Мы отправляемся и больше не скрываем наши отношения, конечно, я не целую его в губы показательно у всех на виду, о в университет он меня привозит под центральные ворота, увозит тоже от них. Все теперь в курсе, меня не трогают, и надо сказать спасибо за это сразу нескольким людям, моим ангелам-хранителям. В университете куча народу, у всех экзамены, я несусь в сторону аудитории, где принимаю экзамен, залетаю внутрь и приглаживаю волосы.

—Василиса Григорьевна, опять вы опоздали, — заведующая по-доброму меня ругает, а я грустно улыбаюсь.

—Извините, я проспала, мне очень жаль.

Она понимающе кивает и указывает мне на мое место, рядом с остальными членами комиссии. Экзамен вот-вот начнется, а Рустама нет. Я начинаю волноваться, мы же вместе приехали, что уже могло случиться? Но тут дверь открывается, заходит Белов с охапкой розовых пионов и в классическом костюме. Я поверить своим глазам не могу. Аж ладошки намокают.

—Дамы и господа, дорогие члены комиссии. Прошу вашего внимания. Я отвечу первым, если вы не против. Всю ночь как падла готовился, не спал, волновался! — нервны смешок вырывается из Рустама.

Боже, что он делает?

Я замираю на месте, а мой мужчина ослепительно улыбается. Весь амфитеатр начинает ему хлопать, и только я не понимаю, что происходит. Олеся Васильевна снисходительно осматривает то его, то меня, откупоривая бутылку воды.

—Василиса Григорьевна, так вышло, что я тебя люблю. Красивых жестов делать не умею, но я обещаю очень стараться. Так что готовься к неумелым. Ты научила меня быть тем, кем я и не думал, что могу быть…Ты самая прекрасная девушка, самая добрая, самая нежная. Самая моя.

Звучит как гром среди ясного неба. Все молчат, никто не произносит ни звука, что странно. Наверное, все в шоке? Как сейчас в шоке я. Клянусь, я вся покрылась испариной.

Рустам поворачивается ко мне, встает на одно колено и продолжает.