Виктория Победа – Отец подруги, или Влюблен без памяти (страница 13)

Делаю несколько шагов и слышу доносящийся в спину голос.

— Кир.

Торможу, оборачиваюсь неуверенно. Жду чего-то, какой-нибудь очередной шутки.

— Я серьезно, не нужно меня бояться, — теперь он выглядит абсолютно серьезным, от маски веселья на лице не осталось и следа, — и если тебе что-то понадобится, у тебя есть моя визитка, я не шутил.

Киваю, едва заметно.

— Ты же ее не выбросила? — интересуется вкрадчиво и смотрит на меня так, словно в самую душу заглядывает.

— Нет, — отвечаю честно.

— Хорошо, — кивает, — доброй ночи.

— Доброй.

На кухню возвращаюсь в смешанных чувствах, даже удивляюсь тому, как умудряюсь не заблудиться и отыскать путь обратно.

Сашка с Лялей, что-то оживленно обсуждая, не сразу замечают мое появление.

Только когда я подхожу к столу, девушки, вздрогнув, переключают внимание на меня.

— Кир, с тобой все хорошо? — Саша обеспокоенно вскакивает с места.

— Да, — хмурюсь, не понимая, чем вызвана подобная реакция, — а что?

— Да на тебе лица нет, тебе плохо, что ли? Может воды?

— Нет, — трясу головой, — все хорошо, правда.

Сажусь на свой стул, беру бокал с оставшимся в нем вином и выпиваю его залпом.

— Все так плохо? — серьезно спрашивает Ляля.

— С бабушкой может что-то? — предполагает Саша.

— Нет, просто поссорилась с парнем, — выдаю самую логичную причину.

Не рассказывать же девчонкам о столкновении в коридоре с Сашкиным отцом.

— Оо, — понимающие кивает Ляля, и доливает вина в мой бокал.

— Спасибо.

Кошусь на девчонок и понимаю, что мое объяснение их вполне удовлетворило. Наверное, я действительно очень плохо выгляжу, раз вызвала своим появлением столь странную реакцию.

И ведь ничего не случилось, но сердце продолжает неистово стучать в грудной клетке. Перед глазами вырисовывается недавно возникшая сцена в коридоре. Ну мне же это не показалось? Он ведь в самом деле стер с моих губ соус, а потом слизал его с пальца.

От всплывших в памяти воспоминаний, меня бросает в жар.

— О, порозовела, — неожиданно громко замечает Саша, продолжая меня разглядывать, — приходишь в себя.

Я ничего не отвечаю, только беру бокал с вином и выпиваю половину.

Знала бы она реальную причину появления этого румянца на моих щеках. Пожалуй, будет лучше, если я все же вызову такси и уеду.

— Я, наверное, поеду домой лучше, — произношу, когда ко мне возвращается дар речи.

— Чего это?

— Ты из-за парня своего, что ли? — выдает догадку Ляля.

— Брось, Кир, ну хорошо же сидим, все ссорятся, да и в конце концов поздно уже, куда ехать-то на ночь глядя.

— Нет, — решительно заявляет Саша, — сегодня я тебя уже никуда не пущу. Ну что, там все так трагично? — спрашивает, намекая на Пашу.

— Нет, — говорю тихо, не решаясь смотреть ей в глаза.

Не трагично. Просто я не могу озвучить реальную причину.

А правда в том, что после очередного неловкого столкновения, я никак не могу перестать мысленно возвращаться к ее отцу.

Глава 11

Просыпаюсь среди ночи от мучительно жгучей жажды. Горло буквально горит огнем, будто в него расплавленный свинец залили, не меньше.

Даже дышать получается через силу. Все же не стоило вливать в себя такое количество вина, тем более с непривычки.

Боже, Кира, ты же практически не пьешь!

Усилием воли заставляю себя подняться и присесть на кровати. Сделав несколько обжигающих легкие вдохов, на ощупь нахожу лежащий на прикроватной тумбочке телефон.

Яркий свет загоревшегося экрана больно ударяет в глаза, морщусь от неприятных ощущений и пытаюсь разглядеть расплывающиеся цифры. Три часа ночи.

Понимая, что до утра я просто не дотерплю, встаю и, подсвечивая себе путь фонариком телефона, направляюсь на кухню.

Сориентироваться мне удается не сразу, потому по коридору я блуждаю не меньше двух минут прежде, чем мне наконец удается найти выход к лестнице, ведущей на первый этаж.

Сашка, как и обещала, выделила мне гостевую комнату на втором этаже.

Правда, уставшая, вымотанная разговором с Пашей и странной ситуацией с хозяином этого чудесного дома, а также находясь под влиянием выпитого алкоголя, я не очень-то пыталась запомнить путь, по которому меня вели в спальню.

К счастью, чудом мне удается отыскать кухню без лишних приключений.

Ведомая желанием наконец утолить жажду я, не обращая внимания на обстановку вокруг, подхожу к крану и, взяв кружку, включаю воду.

— Я не советую тебе оттуда пить, — из темноты неожиданно раздается голос и, вскрикнув, я роняю несчастную кружку на пол.

С грохотом она ударяется о деревянную поверхность, а я жмурюсь, ожидая, что она разлетиться на осколки.

Шум стоит такой, что мне кажется, я сейчас разбудила всех находящихся в доме, однако, к моему огромному удивлению и, что уж говорить, облегчению, кружка, подпрыгнув несколько раз, остается целой. Во всяком случае, если судить по звукам.

Поворачиваюсь в ту сторону, откуда недавно прозвучал голос.

В освещенном только моим телефонным фонариком помещении различаю сидящую за столом мужскую фигуру. В принципе мне и голоса было достаточно, кажется, этот голос я уже никогда и ни с чем не спутаю.

— Я вас не заметила, — выдыхаю, слышу, как слегка поскрипывает стул, а следом раздаются два хлопка и кухня внезапно освещается тусклым, но достаточным для распознавания отдельных предметов светом.

— Напугал? — он встает из-за стола и как-то очень быстро оказывается рядом.

Прежде чем я успеваю что-то понять, он наклоняется, поднимает с пола упавшую кружку и ставит ее на столешницу.

Я все это время неотрывно за ним наблюдаю. То ли освещение тому виной, то ли простая домашняя одежда, но сейчас Сашкин отец выглядит как-будто лет на пять моложе.

К своему стыду вдруг понимаю, что уже не просто наблюдаю за его действиями, но вполне себе откровенно рассматриваю мужчину.

— Я не подумал, прости, — он неизменно улыбается, — все хорошо?

— Да, я просто не ожидала здесь кого-то застать, — оправдываюсь, но взгляд не отвожу, смотрю ему в глаза.

Он кивает, потом подходит к холодильнику, достает из него запечатанную бутылку с водой и протягивает мне.

— Или тебе не из холодильника лучше? — вдруг хмурится.

— Нет, то есть, из холодильника нормально, — беру из его рук бутылку и благодарно киваю.

Я, если честно, уже успела позабыть о своей жажде.