Виктория Платова – Хрустальная ловушка (страница 3)

И вот теперь эта термоядерная самка стала женой ее отца.

Они долго не общались – Ольга привыкала к новому статусу Инки.

А потом появился Марк, и все отодвинулось на задний план: и Инка, и отец, и их брак. Марк и Инка сразу невзлюбили друг друга, Марк считал Инку рафинированной шлюхой, что было несправедливо: отцу Инка не изменяла, нужно отдать ей должное. Инка же платила Марку той же монетой: «Туркменский выскочка, вот ты кто». Впрочем, это не мешало им сохранять вооруженный нейтралитет и довольно остроумно пикироваться при этом: Ольге нравились эти импровизированные турниры. Отцу тоже.

В конце концов это может стать семейным видом спорта, почему нет?..

Впрочем, теперь их ждет совсем другой спорт.

Это была идея Марка – отправиться к брату. Инка увязалась за ними – хватило только намека со стороны Ольги. Инка могла выбрать для отдыха что-нибудь менее экзотическое: например, дартс в каком-нибудь ирландском пабе с обязательной экскурсией на малую родину актера Шона Коннери. Или бридж и устрицы где-нибудь на Французской Ривьере. Но оказалось, что она хочет именно горные лыжи. Да и отец обещал подъехать на какой-нибудь из уик-эндов. Тем более что без интеллектуальных скандальчиков с Марком Инка начинает чахнуть, а ее ленивая ненависть к Ольгиному мужу нуждается в калорийном трехразовом питании.

Вот почему они летят втроем…

Тот еще будет отдых!..

«…Через десять минут наш самолет совершит посадку в аэропорту города… Просьба пристегнуть ремни…»

Слава богу, через десять минут самолеты закончатся и начнутся горы. Ровно две недели вдали от Москвы, но с тем же неизменным составом балагана.

Марк взял Ольгу за руку, тихонько сжал пальцы. Ольга ответила ему таким же тихим и нежным пожатием. Как же ему идет обручальное кольцо! Ей, впрочем, тоже. Нужно признать, что этот брак украсил их обоих.

– Как называется эскимосский приют, куда ты нас тащишь? – спросила Инка.

– Кажется, «Роза ветров». – Марк по-прежнему не выпускал руку Ольги.

– Название воспринимается так же свежо, как бумажные цветы в заводской столовой.

– Тебя никто сюда не тянул. – Марк, как всегда, был предельно корректен. – Сама напросилась.

– Поосторожнее со мной, зятек, иначе быстро распрощаешься с должностью.

– Ты пока еще не стоишь во главе концерна, милая.

– А ты разве не знаешь, что во главе дела всегда стоит тот, кто удачно лежит в постели?

Ольга поморщилась. Инка, конечно, отпетая сука, Марк прав. Но отец с ней счастлив, это видно невооруженным взглядом. Он счастлив так, как никогда не был счастлив ни с Мананой, ни после нее. Уже за одно это стоит примириться с ее дурацкими эскападами.

Самолет тряхнуло – колеса шасси коснулись земли. Последний приступ тошноты накрыл ее с головой и сразу же прошел. Они на твердой почве, хвала создателю!

– Я обещаю тебе удивительные две недели, кара, – нежно прошептал Марк.

– Я люблю тебя, Марк.

– И я тебя, кара…

Он был совсем не похож на Марка.

Иона встречал их у сектора прилета, не сливаясь с общей массой людей. Какое все-таки странное имя, Иона! Это совсем нерусское имя неплохо поработало над его внешностью. Такие лица бывают только у отшельников и святых, подвергающихся массированной бомбардировке самых разных искушений: темные от загара скулы, почти сросшиеся черные брови, прихотливо изогнутый рот – мечта всех сочинителей японских трехстиший, – и антрацитовые глаза, не пропускающие свет. На контрасте со светловолосым, светлоглазым Марком Иона выглядел демоном-искусителем, предвестником пламени Страшного суда.

Братья пожали друг другу руки и только потом неловко обнялись.

«Не очень-то вы близки, как я посмотрю», – подумала Ольга.

– Познакомься, Иона, это мои жена и теща. Вывез все святое семейство. – Марк представил женщин брату.

Иона удивленно поднял брови: на тещу ни одна из них не тянула.

– Меня зовут Инесса, – за несколько секунд Инка успела раздеть Иону и снова одеть его: взгляд, выработанный годами вольной студенческой жизни. – Поверить не могу, что вы братья.

– А что? – Ольге показалось, что Марк даже обиделся.

– Масть не та. Или ваша мать была великой грешницей?

– Не больше, чем твоя… Не обращай на нее внимания, Иона.

– Обращайте, обращайте. Мне это будет приятно.

– Это и есть моя теща, – подколол Марк Инку.

Иона осторожно пожал руку Ольге и Инке.

– Ну, как ты тут? – запоздало спросил Марк у брата.

– Ничего. – Иона ощупывал глазами спутниц Марка. Никаких эмоций в антрацитовых глазах. Никаких, кроме сдержанного одобрения: а у тебя телки что надо, братуха Марк!

– Что с погодой?

– Неделю как из рук вон, – честно признался Иона.

– Так уж и из рук вон! – позволила себе усомниться Инка.

– Весна на носу. Лавины, – пояснил он. – Как раз позавчера две сошло. Так что вы выбрали не самое лучшее время.

– А мы их увидим, эти лавины? – Инка проявила недюжинный интерес к причудам местного климата.

– Еще как увидите! – успокоил всех Иона.

– А это не опасно?

– Как сказать… Пять дней назад один парень не вернулся.

Ничего себе – визитная карточка фешенебельного курорта! Но Марк уже перехватил инициативу у своего братца, с простодушным видом рассказывающего страшилки. Он обнял за плечи и свою жену Ольгу, и своего классового врага Инессу:

– Не волнуйтесь, леди, вы под защитой флота Ее величества!

Инка хмыкнула:

– Да никто и не волнуется. Экстремальные ситуации – это всегда пикантно. Ты не находишь, Лелишна?

– Для кого как. – Ольга пожала плечами. – Во всяком случае, это не то жизнеутверждающее начало, которого я ожидала.

Мужчины отправились за багажом, Ольга и Инка остались одни.

– Ну и как тебе этот феноменальный брат? Не знаю, как с мозгами – наверняка их не больше, чем у фаршированной щуки… Но body[3] просто зашибись. – Высказав одобрение племенному жеребцу Ионе, Инка из-под опущенных век зорко оглядела мужскую кавалерию, пасущуюся неподалеку. Уланы и драгуны в полной боевой выкладке бросали плотоядные взоры на их живописную группу. Ничего не поделаешь, Инка обречена на почетный эскорт.

Один из парней решился попытать счастья. Очень симпатичный, нужно сказать.

– Вы не в «Розу ветров», девочки?

– Спасибо, у нас уже есть инструктора, – снисходительно отбрила его Инка и снова обратилась к Ольге: – Так как тебе родственничек?

– По определению. – Ольга вдруг начала томиться в этом маленьком аэропорту. Так было всегда, когда Марк покидал ее.

– По определению хорош, я так понимаю. Родная кровь.

– Именно.

– Ты смотри, сколько самцов понаехало! Замучаемся отгонять!.. Если, конечно, твой благоверный не вызовет их всех на дуэль на лыжных палках.

– Зря мы сюда приехали, – неожиданно сказала Ольга.

– А по-моему, все начинается неплохо… Господи, только этого не хватало!

Последняя реплика Инки относилась к пестрому табору цыган, расположившемуся в ближнем углу зала у чахлой пальмы и под таким же чахлым плакатом еще советских времен: «ЛЕТАЙТЕ САМОЛЕТАМИ АЭРОФЛОТА!» Крошечный цыганенок уже давно безнаказанно вертелся вокруг Инки и Ольги; он даже позволил себе роскошь залезть в Инкину дорожную сумку, стоящую у ног. И тотчас был схвачен за руку, вернее, за ухо. Теперь Инка со сладострастием крутила чумазое цыганское ухо, а сам его обладатель с не меньшим сладострастием вопил:

– Отпусти, отпусти меня, ты, сволочь!

– За сволочь ответишь, паршивец!