Виктория Павлова – Роза, что изменила графа: история попаданки (страница 4)

— Но рано или поздно он нас навестит, не может же он оставаться без внимания к судьбе своей горячо любимой дочери. И я буду рада ему рассказать, как этот дом любезно меня принимает и как чудесные братья... некоторые в особенности были ко мне добры, — выделив последнее, я пристально посмотрела на Теодора, который, казалось, пытался слиться с обстановкой.

— Что ж, благодарю за прелестный ужин и компанию, но чувствую, что мне пора на отдых. Доброй ночи! — произнесла я, вставая из-за стола с легкой улыбкой.

Я покинула комнату, оставив за собой легкое смятение и несколько удивленных взглядов. В конце концов, если кто-то и должен был разжечь страсти, так это я — но только в переносном смысле! Надеюсь, что в следующий раз на ужин мне удастся добавить немного своих собственных "специй" к этому застолью, чтобы сделать разговор еще более интересным.

Упав на кровать в спальне, я попыталась обдумать дальнейшие шаги и действия. Но накопившийся стресс и усталость затянули меня в мир грез быстрее, чем я успела что-либо придумать. И, как оказалось, это было кстати, ведь все мои планы так или иначе изменились. Точнее, их изменила неожиданная гостья в гостином зале, вальяжно сидевшая на диване и повисшая на плече моего жениха.

— Кас, не будь таким угрюмым! Может, бокальчик вина разбавит твое настроение... ммм... или, может, я могу сделать что-то еще, чтобы его улучшить? — произнесла она, запуская пальцы в черные, как крыло ворона, волосы.

За этой картиной было наблюдать неприятно. Наверное, это он и понимал под соседством: сначала невеста, потом жена, которая спокойно смотрит, как муж водит в дом табун девиц. Хотя, может, так будет и проще — никакой лишней драмы в жизни? Любовь и все, что с ней связано, не самая моя сильная черта.

Последние мои отношения в том мире закончились на том, что я оказалась в роли зрителя, наблюдая, как мой партнер предпочел проводить время с моей сменщицей в кафе где я работала . Это было болезненно, но я научилась не привязываться слишком сильно. Теперь же, глядя на эту сцену, я чувствовала, как внутри меня закипает смесь ревности и злости, но еще что-то внутри на отказ уперлось вставать третьей и пытаться отстаивать то, что в принципе то мне и не принадлежит.

Тихо, незамеченной, я покинула дверной проем гостиной. Я пришла туда, собственно, за тем, чтобы спросить, можно ли мне в библиотеку. Буду считать его девицу началом наших соседских договоренностей.

Я начала бродить по замку, стараясь не привлекать к себе внимания. Коридоры были широкими и высокими, с потолками, украшенными изысканными лепнинами. На стенах висели картины, изображающие людей в роскошных нарядах, их взгляды казались живыми, и мне показалось, что они следят за каждым моим шагом. Я чувствовала себя как в лабиринте, где каждый поворот мог привести к неожиданной встрече.

Проходя мимо окон, я заметила, что за ними простираются мрачные леса, деревья которых, казалось, шепчут друг с другом на ветру. Тени от их ветвей танцевали на стенах, создавая атмосферу таинственности. Я остановилась на мгновение, чтобы насладиться этим зрелищем, но быстро вернулась к своей цели.

Я продолжила свой путь, проходя мимо массивных дверей, каждая из которых была украшена резьбой и символами, которые я не могла разобрать. В некоторых местах полы были выложены каменными плитами, а в других — покрыты мягкими коврами, которые приглушали звук моих шагов.

Наконец, поднявшись на второй этаж, я оказалась в коридоре, где свет пробивался сквозь витражные окна, создавая на полу цветные узоры. Я шла медленно, прислушиваясь к звукам замка: где-то вдали слышался тихий шепот, возможно, разговоры слуг, а в другом месте — звук падающей капли воды.

В центре коридора я заметила огромную дверь, украшенную резьбой, изображающей сцены из древних легенд. Она выглядела так, будто могла скрывать за собой целый мир. Я подошла ближе, и, толкнув дверь, с легким скрипом она открылась, обнажая передо мной просторное помещение, полное книг, свитков и старинных манускриптов. Запах пыли и старинной бумаги наполнил воздух, и я почувствовала, как напряжение уходит, уступая место любопытству.

Я сделала шаг внутрь, и мои глаза засияли от восторга, как у кота, увидевшего банку с рыбой. Полки, уставленные книгами, тянулись до самого потолка, а в углах стояли старинные глобусы и карты, покрытые слоем пыли, словно они тоже ждали своего часа, чтобы рассказать свои истории. Это было именно то, что мне нужно — здесь, среди этих страниц, я могла бы разобраться, как устроен этот мир, и, возможно, выяснить, почему у меня нет магии.

В доме отца у меня не было на это времени. Я была погружена в активные подготовки к замужеству, и ко мне представили даму, которая, казалось, знала, как и что должна делать будущая жена. Это было ужасное время: куда бы я ни сбегала, она всегда меня находила, как будто у неё был встроенный GPS, настроенный на «жена в бегах». Я чувствовала себя как в клетке, где каждый шаг контролировался, а мечты о свободе и приключениях оставались лишь в воображении, как недоеденный торт в холодильнике.

Теперь же, стоя в этой библиотеке, я ощутила, как внутри меня загорается искра надежды. Я могла изучать, исследовать и, возможно, найти ответы на вопросы, которые мучили меня. Я подошла к одной из полок и начала рассматривать книги, стараясь найти что-то, что могло бы пролить свет на мою ситуацию. Каждая книга, которую я трогала, казалась полна тайн и знаний, готовых раскрыться только тому, кто готов их искать. И, возможно, я была именно тем искателем, который сможет разгадывать загадки этого мира, даже если для этого мне придется немного поразмышлять и, возможно, даже потанцевать с пылью.

Не знаю, сколько я провела времени в этой библиотеке, погруженная в мир книг и тайн, но когда я вдруг услышала звук чего-то разбитого в коридоре, меня словно выдернули из волшебного сна. Я оглянулась — в библиотеке уже горели люстры, а за окном царила темнота,.

Вдруг раздался резкий голос, который, казалось, мог бы разбудить даже мертвецов:

— Ты что, слепая? Надо было смотреть, куда идёшь!

Я замерла, не веря своим ушам.

— Госпожа, я...

— Ты что, новенькая, не знаешь, кто я?

Её голос звучал так, будто она только что вышла из какого-то исторического романа, где все героини были либо злыми ведьмами, либо стервозными королевами.

— Живо тут всё прибери... Нет, куда ты пошла? Убирай руками!

Я чуть не рассмеялась от удивления. Видимо, обладательница этого стервозного голоса за дверью библиотеки и та девица в гостиной были одним и тем же человеком. Но что она себе позволяет? Не очень-то хотелось с ней пересекаться, но, похоже, мне не оставили выбора.

Голос служанки из сада, который я познакомилась ранее, не оставлял мне шансов на побег. Кто вообще имеет право так общаться, особенно с теми, кто упрощает твою жизнь своей работой? Я вздохнула, собрала всю свою смелость и, стиснув зубы, направилась к двери.

Выйдя за дверь, я сразу заметила служанку, сидящую на корточках и собирающую осколки стекла в свой фартук. Несколько капель крови упали на белые кусочки, но стоящий над ней надзиратель, казалось, не обращала на это никакого внимания. Ее выражение лица было таким, будто он наблюдал за игрой в шахматы, а не за сценой, где кто-то мог получить серьезные травмы.

— Осторожнее! — воскликнула я, стараясь как можно быстрее опуститься рядом с девушкой на пол. Не обращая внимания стоящую на до мной ту, что так туго затянула себя в корсет, что казалось, вот-вот задохнётся, я сосредоточилась на более насущной проблеме.

— Прекрати это собирать, ты порезалась! — произнесла я, глядя на осколки, которые она пыталась собрать с пола.

— Госпожа, не надо... — пробормотала она, но я продолжала стряхивать обратно на пол стекло с её фартука, словно это была какая-то магическая пыль, которую нужно было освободить.

— Так вставай и иди обработай рану! — настаивала я, чувствуя, как внутри меня нарастает решимость.

— Но.. госпожа, — она явно не хотела покидать место происшествия, но я была непреклонна.

— Я сказала, иди отсюда! — вложив в эти слова всю строгость, я всё же повлияла на девушку, которая теперь бежала из коридора, как ошпаренная, оставляя за собой лишь шлейф смущения.

Я подняла голову и встретилась взглядом с другой девушкой, которая стояла на пороге, указывая пальцем на пол, как будто это было её личное королевство, и задрала голову вверх, словно собиралась произнести какую-то важную речь.

— А ты, собственно, кто такая? — спросила она с явным пренебрежением. — Тоже новенькая? Раз спровадила свою подружку, прибери тут!

Я посмотрела на неё, пытаясь сдержать улыбку. Её высокомерие было почти комичным, и я не могла не заметить, как она выглядит, словно только что вышла из модного журнала средневековья — если бы такие тогда были. В то время как я была в простом платье, которое на фоне её наряда явно проигрывало. Ну и что ей, собственно, я должна сказать? Кто я в этом доме? А кто, собственно, она такая, чтобы ко мне так обращаться?!

Коронный презренно-надменный взгляд с моей стороны явно удивил мою оппонентку — это было ясно по её ошарашенному лицу. Теперь надо переходить в наступление.

— А с какой стати гости этого дома решили, что могут вести себя как хозяева? Мне кажется, ты ошиблась этажом — гостевые комнаты находятся внизу.