Виктория Павлова – Обреченность (страница 11)

Не обошлось без сомнительных шуток по поводу возраста. В штате Калифорния владеть оружием разрешалось только после двадцати одного года. Хорошо, что в моих поддельных документах так и значилось. Джош заявил, что на месте экзаменаторов отправил бы меня в детский сад. Он не пытался уязвить или обидеть, скорее считал, что искрометно шутит. Я ждала, пока ему надоест, и обдумывала законы штата: Келли научила стрелять из ремингтона, когда мне было девять. Никогда не задумывалась, что стрельба регламентирована возрастом.

– После экзаменов подадим твои документы на лицензию частного охранника и на ношение оружия. Все вместе это займет… м-м-м, даже не знаю, – задумался Джош, хитро глядя на меня, – месяца три-четыре?

– Так долго? И все это время я не смогу работать? – Я покосилась на документы, которые он мне так и не отдал. И чего тянет? Вдруг там что-то не так?

– Можешь ездить с нами. Со мной и Уилером, мы пока работаем в паре. Потом он займется новыми проектами. На следующей неделе транспортировка частной коллекции картин, переезд казино и открытие новой стройки. Посмотришь, что и как.

С Уилером встречаться не хотелось, но не представляю, как бы я этого избежала. Еще меньше хотелось встречаться с Усатым и Великаном, но и от этого, скорее всего, не отвертеться.

– Компания пока оплатит все пошлины за тебя, но потом вычтем из зарплаты, – оживился Джош. – По зарплате начнем с двадцати долларов в час, там посмотрим. За сложные объекты положено больше, но ты еще не доросла.

– А сегодня можно поехать на объект? – Прозвучало очень солидно. Я ощутила себя достойным членом общества. Еще бы понять, чем сложные объекты отличаются от всех прочих.

– Всему свое время, салага. – Джош погрозил мне пальцем. – Для начала купи себе нормальную одежду. Отпугивать обносками, конечно, можно, – он усмехнулся, – но не нужно.

Я же купила новую одежду в секонд-хенде, что его не устраивает? Шутил он или нет – было не совсем ясно. С Джошем эти границы размывались, как и границы моего настроения.

– Держи. – Он протянул документы. – Поздравляю с новой работой.

Я спрятала документы в карман и выдохнула.

Пока Джош показывал офис – кухню, бухгалтерию, архив, комнату для конференций с флипчартом – колебания рассеялись. Я убедилась, что сделала правильный выбор и нашла отличную работу. Едва Джош отошел – сомнения вернулись. Какой из меня охранник?

Он наговорился по телефону и повел смотреть на пожарную сигнализацию. И почему я собиралась отказаться? От такой работы не отказываются. «Качели» так утомляли, что я старалась надолго от Джоша не отходить.

Все сотрудники были на объектах, поэтому офис пустовал. Не знаю, чем занимался Таннер в своем кабинете, возможно, снова копался в бумагах и делал из них кругляшки. После сигнализации Джош привел меня в комнату без окон, которая планировалась под архив. Пока в ней стояло три стула и металлический шкаф во всю стену с надписью «Картотека». Под гудение ламп я уселась читать брошюры с инструкциями. Осознать, что у меня появилась работа, не получалось. Наверное, из-за того, что я совершенно не представляла обязанностей. Но ведь все можно понять и освоить.

Запах знакомого парфюма разлетелся по офису раньше, чем Уилер открыл дверь. Я осторожно выглянула в коридор. Высокий брюнет в кожаной куртке зашел, словно на смотрины королевской стражи, – степенно и не торопясь. Я опасалась разборок по поводу собеседования, но, когда Джош представил меня как стажера, «не секретаршу», Уилер прошел мимо, даже не посмотрев. На шее с левой стороны у него виднелась татуировка орла. Татуировка мне понравилась – необычно и красиво, а вот сам Уилер – нет.

Босс говорил, что Уилер различает только блондинок. Никогда не сталкивалась с такой избирательностью зрения – какой-то сомнительный эволюционный подход. Интересно, что он увидел, когда я налетела на него перед лифтом? Наверное, так и возникают слухи о привидениях. Я попыталась представить себя на его месте: выходит, что большую часть женщин он просто игнорирует? А если президентом станет брюнетка?

– Рад, что тебе весело. – Джош бухнул на соседний стул кучу папок. – Держи работку.

Гора бумаги начала клониться и падать, но Джош подхватил ее и прижал сверху рукой.

– Надо разобрать. Сейчас еще принесу.

Закралось подозрение, что все эти игры со стажером и поддельным собеседованием затевались с одной целью – найти кого-то, кто бы разобрал завалы. Джош уже убежал, видимо, за новой порцией, и некому было слушать мое возмущение.

Следующие несколько часов я раскладывала договора и накладные по датам и названиям фирм. Похоже, тут хранилась работа «Сентинеля» за весь прошлый год – объекты и условия сделок, отчеты по перевозке и охране грузов, вооруженное сопровождение. Частенько попадались договора с правительственными организациями. Без Джоша рядом снова накрыли сомнения – зачем в это ввязываться?

Пару раз в комнату заходил босс, копался в металлическом шкафу у стены и снова уходил. Один раз он воспользовался ключом и открыл ящик в самом низу, положил туда папку и снова закрыл. Я уткнулась в накладную по доставке воды, ожидая, пока он уйдет.

– Я отойду на часок. – Джош заглянул в дверь, окидывая взглядом кучки из документов, которые я соорудила на полу. Пыталась понять, как их вообще раскладывать. От непрерывного сидения затекло тело.

– А можно мне с тобой?

Джош задумчиво пожевал губами.

– Ладно, поехали. Покажу тир, где сдают нормативы. Потренируешься.

Тир находился в трех кварталах от офиса. Внутри – безликие стены, мрачный детина у стойки с оружием и гулкие «бабах» за стенкой. Джош выбрал мне глок-15. Сказал, что их используют чаще всего и что босс выдаст мне такой же после получения лицензии. В окружении оружия я вспомнила арбалет, который таскала с собой несколько лет. Келли научила делать стрелы, но я почти не использовала его для охоты. Было легче отказаться от мяса, чем стрелять в беззащитных животных. Тем не менее с арбалетом за спиной я чувствовала себя уверенно, а уверенности мне сейчас как раз и не хватало. Когда Джош отошел, я спросила у человека за стойкой с оружием, есть ли у них арбалеты. Оказалось, что лучно-арбалетные тиры – большая редкость. Лучше не думать об этом; арбалет – часть прошлой жизни, которой больше нет.

Глок оказался маленьким и легким. Оценивая рукоять на удобство, я сравнивала его с ремингтоном. Мы прошли за стенку и надели наушники. Стрелять из глока оказалось легче, чем из охотничьей винтовки, и когда я немного пристрелялась, выбила восемь из десяти. Наверное, потому что в центре мишени виделся Виктор.

– О, здорово! – искренне восхитился Джош. – Да ты у нас снайпер. Кросс будет счастлив.

– Почему? – Я боролась с тугим затвором, и Джош отнял пистолет.

– Он служил снайпером и любит при случае повыпендриваться. Даже не знаю, на кого из вас поставить. – Джош сделал вид, что размышляет. – Пожалуй, сжульничаю и поставлю на обоих.

– Ты же в курсе, что так не делается? – Сопротивляться его жизнелюбию было невозможно.

– Зато не проиграю при любом исходе.

Я рассмеялась. Я как банка Лейдена: оставаясь одна, коплю заряд негативной энергии из грусти и тоски, а Джош, будто устройство, снимающее напряжение, разряжает меня оптимизмом и юмором. Переживая его чувства, я словно переписывала себя заново, создавая более спокойный и уравновешенный вариант. Более цельный.

Джош захотел другой пистолет, и мы пошли к стойке с оружием. Он восхищался винтовками, когда я увидела Виктора. Он шел на меня, и от его пристального взгляда веяло холодом. Забилось сердце, и зашумело в ушах. Я нырнула под стойку.

– Э-э-э, Скай, ты чего? – Джош заглянул за стойку, застыв с винтовкой в руках.

Мужчина прошел мимо. Это не Виктор.

– А-м, потеряла кое-что, – пробормотала я.

– Что? – Джош с интересом уставился на пол.

– Неважно. – Я вылезла из-под стойки, отряхивая колени и чувствуя себя последней идиоткой. Что бы я делала, если бы здесь и правда оказался Виктор?

Джош посмотрел по сторонам и спросил:

– Еще постреляем?

Я кивнула, с досадой представляя, что он обо мне думает.

В машине Джош рассуждал о сборке и разборке оружия, как часто его надо чистить и смазывать. Я думала о Викторе и слышала через слово.

Мы вернулись в офис. Я опять уселась на полу посреди договоров. До конца дня разобрать не успею, да и ночи может не хватить. Хм, а это идея! Сегодня четверг, я специально уточняла у Джоша. Завтра еще один рабочий день, а затем выходные, и мне предстоит провести их на улице почти без цента в кармане. Может, хотя бы сегодня поспать на чистом светло-лиловом ковролине? В офисе есть вода и туалет – да это просто мечта! Я тихонько копалась с документами в картотеке, надеясь, что про меня забудут, а когда в начале шестого заглянул Джош, сказала, что уже ухожу.

Пришлось прятаться в туалетной кабинке. Через два часа я оставила там рюкзак и рискнула выйти в тихий и темный коридор. Никто не захочет болтаться в офисе допоздна, кроме бездомного стажера. Я тихо рассмеялась, представляя, как утром буду прятаться от босса. Судя по всему, он приходит первым.

Побродив по комнатам, я вернулась в картотеку. Все равно придется разгрести, так почему бы не сегодня. Когда зарябило в глазах от мелких знаков и попыток разобрать их в темноте, я включила свет. Вряд ли его кто-нибудь увидит.