Виктория Олейник – Демон Розы и Льда (страница 91)

Навсегда.

— Ты любишь меня, мон амур? — Адэйр провел по моей щеке пальцами.

— Безмерно, — выдохнула я.

И полюблю еще больше, когда отправлю его обратно в ад. Моя улыбка погасла, когда Адэйр отвернулся. Я смотрела ему вслед, ненавидя с каждой секундой все больше. Как бы он ни хотел, но все его внушения оказались бессильны перед этой ненавистью.

Я просто убью его — любой ценой, чего бы мне это ни стоило.

Клянусь.

Постепенно слабость давала о себе знать. Я следовала за Адэйром по темным коридорам, то и дело спотыкаясь и держась за стены для равновесия.

Что ж… надеюсь, это хотя бы не зря. Сердце прыгало в груди, стремясь вырваться из грудной клетки. Я закашлялась, согнувшись пополам, но махнула Адэйру, когда тот озадаченно на меня посмотрел.

— Его сложно было убить, это мелочи, — огрызнулась я в ответ на вопрос в его глазах.

Если бы все так было просто…

Мы прошли длинный коридор и несколько залов. Этот мир был бесконечным и действительно причудливым. Все здесь казалось неправильным, искаженным через призму фантазий, будто сконструированный сон. Иные двери возникали прямо на глазах, в обход всех возможных законов физики.

Адэйр что, буквально создал это место из ничего?

Совсем как и он сам возник из ничего. Следуя за демоном, я вспоминала все, что знала о кристаллах. Раньше отдельные ведьмы с их помощью создавали гомункулов, големов или иных искусственных людей. Взять хотя бы сказочку о Пиноккио — не особенно и сказка.

Думаю, Адэйр и сам… не конца реален. Кем бы он ни был, кристалл всего лишь привязывает его к реальности, позволяя находиться среди людей, жить и дышать. Разбить кристалл — и он утратит эти узы, станет, кем и был, призраком, фантомом… просто сном.

Тогда до конца убить его не получится. А вот в персональный ад отправить — это я ему устрою!

Я остановилась посреди большой комнаты. Под ногами клубился серый туман, затягивая все хмарью; кровати с балдахинами выглядели, как гробы. Я вцепилась в изголовье одной из них, пытаясь удержаться на ногах, кивнула на спящих родителей. По крайней мере, я должна о них позаботиться. Слишком рискованно то, что задумала — не хочу, чтобы они пострадали.

— Отправь их домой.

— Боюсь, это невозможно…

— Я сказала, отправь их домой, если хочешь, чтобы я тебе помогала и дальше! — зарычала я, слегка не в настроении играть в эти игры. Он прищурился, глядя на меня пристально и внимательно, аж до мурашек. Этак всю легенду завалю… Я глубоко вдохнула. — Пожалуйста, будь так добр. Освободи их.

Все бы вышло просто отлично, если бы опять не одолел кашель. Откашлявшись, я с трудом выпрямилась и кивнула на родителей, не обращая внимания на его подозрительный взгляд.

— Родители, — хмуро подытожила я. — И я стану твоей. Таковы мои условия, помнишь?

— Однако у тебя этих условий вообще быть не должно, — недовольно откликнулся демон и, одарив меня еще одним тяжелым взглядом, неохотно махнул рукой. Мама, а потом и отец, исчезли, словно растворились. И мне осталось только надеяться, что они отправлены домой, а не в очередную комнату этого ужасного мира. — Имей в виду, я не позволю им проснуться, пока не получу трон.

Я не ответила, поглощенная приступом головокружения, и он неспешно подошел ко мне ближе и потянул за прядь моих волос, без гнева, но сильно. Намотал на руку, заставляя сделать к нему шаг.

— Сомневаюсь, что ты под внушением… Но я это исправлю. Смотри мне в глаза, дор-рогая…

Увы, не то положение, чтобы спорить. Я подняла голову, всмотрелась в его глаза, пытаясь вытолкнуть это навязчивое чувство чужого присутствия из своих мыслей. Демон вкрадывался в мою голову, забирался постепенно, не полагаясь на обмен кровью, а действуя со всем усердием.

И сдержать его натиск оказалось гораздо сложнее, чем в прошлый раз. Я напряглась, сопротивляясь, закрываясь от него, как могла — но все мои попытки возвести ментальную стену он преодолевал до обидного легко. В ушах зашумела кровь, дыхание стало чаще…

— Понимаю. Нам нужна привязка, — нехорошо улыбнулся демон, и меня обдало жаром его желания.

А мне вот захотелось отступить назад, но вместо этого шагнула прямо в его объятия. Что?… Я напрягла все силы, чтобы вернуть себе контроль над самой собой, но Адэйр лишь улыбнулся.

Я запаниковала. Все словно погрузилось в туман, только удары сердца в ушах. Оказавшись запертой в собственном разуме, я в ужасе наблюдала, как мои руки скользнули по его груди, как тело прижалось к нему, приглашая…

Уж конечно, приглашение он принял! Его ладони легли на мои бедра; он смотрел на меня с ненормальным обожанием… оно граничило с безумием, с одержимостью!

— Поцелуй меня, — потребовал он, глядя мне в глаза.

Нет-нет-нет! Это мое тело, черт возьми! Разозлившись, рванулась всем существом, стремясь разбить оковы его внушения. Это было сложно… и страшно! Я словно задыхалась внутри, тогда как тело спокойненько подставляло губки! Привстав на цыпочки, я поцеловала его в уголок рта, а он подхватил поцелуй, углубляя.

Я отдалась его поцелую целиком и полностью, позволяя ему делать, что заблагорассудится. Его руки скользили по мне, беззастенчиво и жадно изучая, его рот исследовал мой. Он прижался ко мне, пальцами прокладывая себе дорожку под одежду. Сначала под юбку, потом по бедрам и талии…

Я чувствовала его желание, обжигающее и яростное, нетерпеливое и алчное. Он толкнул меня на кровать, наваливаясь сверху, медленно стянул чулки. Его пальцы поползли выше по моим ногам, он опустился на меня всем весом, лаская поцелуями, спускаясь от щек к шее, расстегивая пуговицы на платье по мере продвижения вниз…

Притянув его обратно, я поцеловала его — и отстранилась, кусая губы и щурясь. Это было подобно вспышке, пробившей на секунду жуткий туман. Меня вдруг выбросило из внушения Адэйра, по телу пробежала дрожь…

Да, я увидела то, что видела Селена — увидела его настоящую суженую и то, как он с ней поступил. И шнуры на ее запястьях, и ее страх в пронзительно-голубых глазах… и животное удовольствие Адэйра, бравшего то, на что не получал согласия. Раз за разом, ночь за ночью… бедная девочка.

— Ты прекрасна, — прошептал Адэйр, не заметив моего видения. Я остановила его руку, расстегивающую платье, и улыбнулась, потянувшись к нему за новым поцелуем. Ладонью скользнула по его груди, подбираясь к сердцу, рванула пуговицы, прикрываясь страстью…

— Ты будешь моей, — с угрозой процедил он.

Да, да. Я втянула его в новый поцелуй, не позволяя отстраниться и задуматься. Застонала, поощряя, а сама провела пальцами по его груди, выискивая вспышку магии, ее средоточие…

И, наконец, нашла.

Я перевернулась, заставляя его подчиниться, чтобы оказаться сверху. Мне пришлось многим пожертвовать ради этого момента. Я углубила поцелуй, вонзая ногти в найденную точку силы на его груди. Под моими пальцами билось его сердце…

Бился кристалл.

— Уверен? — ласково протянула я, чуть отстраняясь, и в тот же миг заставила ногти измениться и направила все силы в один стремительный, мощный удар. Когти вгрызлись в грудь Адэйра, заставив того вздрогнуть, но я стремилась куда, куда дальше.

Я с такой силой ударила его в грудную клетку, что его кости затрещали, сминаемые магией. Чужое сердце билось все чаще и быстрее, стараясь не думать, насколько это все мерзко, я давила изо всех сил, а Адэйр сопротивлялся.

Он вскрикнул от боли, пытаясь меня сбросить, но я не случайно продолжила играть одурманенную дурочку! В таком положении есть хотя бы маленький шанс победить, и я держалась изо всех сил, надеясь не столько на физическую силу, сколько на магическую.

Она меня стремительно покидала, но все, что имею — все его!

Кровь побежала по моим рукам, я зарычала, чувствуя его сопротивление. Еще немного! Совсем немного!

Мне казалось, все получится. Казалось, победа близка, остался последний рывок. Мои руки перемазались в крови, лицо Адэйра искривила болезненная гримаса. Из подушки вылетели перья, пачкаясь в красный, глаза врага подернулись золотым, как вытянутый зрачок кошки…

Я была так близка, так близка!

Но в самый ответственный момент, когда я уже увидела сияние кристалла, в комнате вдруг раздался громкий звук бьющегося стекла, и я услышала голос, который не должна была слышать. Это привело меня в недоумение, в растерянность…

— Аврора!

Я отвлеклась, всего на мгновение, но этого хватило, чтобы Адэйр, зарычав, скинул меня на пол. Он вскочил с кровати, отбрасывая меня магией, в бешенстве, в ярости, и это случилось так быстро, что у меня просто не оставалось времени прийти в себя…

А. Велорсский

Суженые могут подарить всепоглощающее счастье. Но могут и отнять жизнь, разбив сердце вдребезги.

Всего лишь две стороны одной медали.

Тьма наползала со всех углов, проникала глубоко в сердце, отравляя бегущую по венам кровь… сжигая, испепеляя дотла. Поглощая без остатка.

Тьма безжалостна, безжалостна всегда. Ей неведомы милосердие и страх, любовь и ненависть — безликая сила, стремящаяся к разрушению, только и всего.

— Я выполнил твое желание… — шептала тьма, окружая. Беспросветная и вязкая, бесконечная и всеобъемлющая. — Ты бросил мне вызов, и я пошел тебе навстречу. Готов ли ты убить ее теперь?

Он не ответил, погружаясь в оцепенение, все более глубокое, все более страшное. Тьма вздохнула.