Виктория Олейник – Демон Розы и Льда (страница 62)

Его язык настойчиво раздвинул ее губы. Выдохнув, он подхватил жену под бедра и усадил на стол, не прекращая поцелуя. Он переоценил собственное терпение и благоразумие, и, когда девушка раздвинула ноги, обхватив его за бедра, не сдержал рычания. Он покрывал поцелуями ее лицо, шею и ключицу, отчаянно пытаясь вернуть себе контроль над разумом и терпя поражение.

Очнуться он смог только, когда ее пальцы скользнули вниз, к застежке его брюк… нет, стоп! Что-то не ладно с этим эффектом от зелья. У демона мелькнуло короткое воспоминание, отрывок знаний, и это заставило его опомниться.

— Аврора! — Велор настойчиво перехватил ее руки, прижав их к бокам. Один Алатар знает, чего ему стоило перебороть желание! Страсть лишила его способности трезво мыслить, он держался только ради девушки, из последних сил цепляясь за разум. Аврора нахмурилась, будто ей не понравилась заминка.

Велор всмотрелся в ее замутнённые глаза. Еще бы… под таким-то зельем!

— Аврора… Рори… что ты добавила в зелье?

— Зелье? — она быстро облизала соблазнительно припухшие губы, вызвав у него болезненное желание.

Он не смог удержаться, прижавшись к ней плотнее, и медленно провел ладонью по ее телу… но в последний момент нашел в себе силы ухватить ее за подбородок, а не распускать руки, как мальчишка. Ее губы дрогнули, обиженно поджимаясь… это было так мило, забавно и… невероятно чувственно.

— Рори? — голос демона едва уловимо повысился. Какая ирония! Повелитель демонов пытается устоять перед собственной женой! — Что ты намешала? Давай же, девочка, что ты добавила?

— Твои волосы…

— Так, а еще?

— Клубнику… травы… поцелуешь меня?

— Что за травы, Рори? — терпеливо хмыкнул Велор. — Не пойми превратно, я охотно бы воспользовался ситуацией, но если я прав, и ты сварила именно то зелье, то после совместной ночи нейтрализовать эффект будет сложно. А я совсем не хочу делать из тебя послушную марионетку… Давай, очнись на минуточку. Что за травы?

— Велор? Я буду хорошей марионеткой… могу быть плохой, — невинно хлопнула она ресницами. Проклятье, она его с ума сводила!

— Травы, Аврора, травы! А потом я дам тебе то, чего ты хочешь, обещаю! — он со вздохом добавил про себя «еще немного и даже против твоей воли».

— Ромашка… семена льна… лепестки розы… клочок паутинки… моя кровь… лягушачья лапка…и эта, как ее, амурная трава, — охотно выдала девушка состав зелья. В глазах Велора полыхнуло безудержное веселье.

— Кровь Владлена?

— Я приберегла на потом, а вдруг бы не вышло? — Девушка замотала головой, и впрямь котенок. Белый, пушистый, вечно спотыкающийся на всех возможных кочках… и такой неопытный! Кто же делает такие зелья, нарушая их состав?

— Иными словами… ты опоила себя приворотным зельем, — тихо рассмеялся демон. Глаза девушки вспыхнули желанием, едва не лишив его опоры под ногами.

— Это зелье, возвращающее силу! Передам тебе немного магии…

— Это если добавить кровь древнего вампира. А ты сварила суперафродизиак, моя любимая роза…

— Афродизиак! Выпьешь глоточек? — с надеждой поинтересовалась девушка, и демон со вздохом сграбастал ее в охапку, чтобы перенести на кровать.

— У меня с той силой еще все в порядке, Рори… ты это только что подтвердила. Пойдем в кроватку.

— Я люблю тебя! И так хочу!… — пролепетала девушка.

Тьма подери, если бы она знала, насколько он ее хочет, она бы как минимум помалкивала! Ему до ужаса хотелось дать ей то, о чем она так просила… если бы он не знал свойства зелья. По иронии судьбы оно варилось едва ли не по тому же рецепту, что зелье силы, но без крови вампира. Уж точно демон не желал превращать свою свободолюбивую и любопытную жену в рабыню, пресмыкающуюся перед ним до конца вечности.

Ему приходилось видеть людей под таким зельем, готовых на все ради ласки «хозяина»… умоляющих, сломленных, истощенных желанием. Некоторые демоны называли их «питомцами «и водили на цепи, как домашних животных. Одно хорошо: зелья хватит на пять часов. Если не «закрепить» его действие близостью, оно развеется без следа.

Вот же досадное условие!

Впрочем, в случае с Рори, вероятно, ползать никто не будет. Она могла быть довольно требовательной, а он перед ней устоять не мог, это он успел усвоить. И сейчас это вызывало… небольшие трудности.

— Не сомневаюсь, — сдержанно хмыкнул Велор. Девушка подрыгала ножками.

— Ты же демон! Воспользуйся мной! Я хочу тебя! Не заставляй тебя насиловать!

— Такого мне еще не говорили, — Велор рассмеялся и опустил жену на кровать. У него просто не хватило сил отстраниться, когда она потянула его за воротник. Поставив руку у головы девушки, он смотрелся в ее необыкновенные, синие глаза…

Ее чувственность и страсть кружили ему голову — в этом вся и беда. Если он сейчас не сдержится — а он был близок к этому, как никогда раньше, — дело примет опасный оборот. Он «сотрет» ее личность, и это равноценно смерти, даже хуже… никогда этого себе не простит.

Но и оставлять ее одну — вариант не лучший. Кто знает, какие скрытые эффекты есть у этого зелья, демон никогда его не применял, считая низостью.

И все же… он убрал с ее лица волосы и улыбнулся.

— Рори? Пообещай мне кое-что… — помедлив, произнес он, и девушка в ожидании замерла. — Подари мне ночь вдвоем. Подари мне одну ночь.

— Сколько угодно… все ночи — все твои… — она обхватила его за шею, вовлекая в новый поцелуй. Пальцы демона впились в простынь, но это слабо помогало сохранять рассудок. Девушка неосознанно использовала способность внушения… она все больше обращалась, и это вызывало почти восхищение…

Но в данный момент становилось большой, большой проблемой.

Пальцы девушки нежно, но нетерпеливо расстегивали пуговицы, и он охотно выпутался из шелковой ткани, позволив жене исследовать свое тело, как недавно он исследовал ее. Она вела пальцами, обрисовывая силуэт, умело вызывая у него ответную страсть, и кто бы мог заподозрить в ней такие способности?

— Рор? — он перехватил руку девушки и прижал к простыни. Сопротивляться ее чарам было почти невозможно, но необходимо.

Он оставил на ее губах поцелуй и, и, следуя внезапному порыву, скользнул пальцами вниз, прочертив дорожку по ее телу и вызвав у нее приглушенный стон. Он знал, как доставить удовольствие женщине, это знали все высшие, но Аврора — не просто женщина, и он действовал осторожно, чутко прислушиваясь к малейшим изменениям в ее настроении.

Ее страсть пронеслась волной жара по его телу, но он не мог так с ней поступить. Не мог воспользоваться ее ошибкой. Мог лишь доставить удовольствие, которого желал и сам…

Может быть, однажды… может быть, так даже лучше… он прижался губами к ее губам, приглушая тихий стон, купаясь в ее наслаждении, чувствуя ее податливое тело под своими прикосновениями — и сражаясь со своей природой, требовавшей взять то, что его по праву.

Он выиграл схватку. Девушка выгнулась в спине, выдохнув, и зажмурилась — и ее взгляд, вновь на него устремленный, полный благодарности, удовлетворения, почти счастья, стал для него высшей наградой.

— Рори… ты дала мне обещание, — помедлив, произнес он, и девушка удивленно вскинула брови. Проклятое зелье! Он был готов стребовать обещанное прямо сейчас. — Не забывай его.

Он последний раз, глубоко и уверенно, поцеловал ее и прижал к ее вискам пальцы, пропуская через себя толику магии. Слабый импульс, короткий, безвредный — но его хватило, чтобы, вздрогнув, девушка опустилась в изнеможении на постель. Сон, сморивший ее, пожалуй, единственное, что могло помочь ей избежать новых ошибок.

Она даже не вспомнит, что подарила ему один из лучших моментов его жизни. Забудет, как только спадет действие чар.

Ему не нужна была искусственная любовь, он хотел ее всю без остатка, но не так, не сейчас…

— Спи, Рори, — улыбнулся он, поцеловав ее в лоб, и девушка доверчиво прильнула к его груди, убаюканная магией. Прислушавшись к ее размеренному дыханию, он притянул ее ближе и набросил на плечи одеяло. Говорить о том, что произошло, пожалуй, не стоит… трудно угадать ее реакцию.

А вот слова он запомнит. Крепко запомнит. Обещания, данные высшим демонам, нельзя нарушить — и однажды он прибегнет к нему.

Демон коснулся ее щеки, стирая выступившую слезинку и вдруг отшатнулся, шипя от боли. Боль была острой и ужасающей, его будто выворачивало мышцами наружу, а сердце словно разрывалось в клочья. Поднявшись, он опрокинул на руку целый графин воды и рухнул на колени, тяжело дыша.

Проклятье… «он в пепел все обращает… но сам от любви слез сгорает…» Не может быть… сердце забилось чаще, теперь от радости и надежды.

Каждый высший демон однажды приходит к провидцу, чтобы узнать свою слабость. Такие, как он, обладали абсолютным бессмертием. Раны заживают мгновенно, время не приносит старость, смерть — лишь передышка перед воскрешением.

Но везде есть лазейка. Личная слабость — это могло быть что угодно, от иголки до огня, — пробивало в бессмертии брешь. Низводило до уровня смертных. И тогда любое оружие, иногда даже банальный вирус, могло убить демона, неуязвимый демон становился беспомощным — как птица без крыльев.

Для Амброзайоса такой слабостью были слезы. Слезы тех, кто его любил. Поморщившись, демон сел, устало прислонился головой к комоду и… улыбнулся, разглядывая собственную жену. Слезы никогда не обманывают. Ему не нужны другие подтверждения. Он разжал руку, рассматривая ожоги на пальцах, и закрыл глаза.