Виктория Олейник – Демон Розы и Льда (страница 46)

Вместо этого он подошел к моей кровати и, сев, убрал с моего лица волосы. Он не дал мне даже опомниться, вовлекая в глубокий поцелуй, и я несмело скользнула ладонью по его плечу, не совсем понимая, что происходит.

— Что бы ни случилось, будь осторожна, — первым делом предупредил он, когда отстранился. Он был серьезным и сосредоточенным. — Вампиры не всегда похожи на Аннет. Держись подальше от Владлена и будь готова ко всему.

— Чем тебе дядя Владлен не угодил? — обиделась я за «создателя» тети. Старейшина, обративший Аннет в вампира, всегда казался мне вполне себе безобидным… насколько это можно о вампире сказать. Велор нахмурился, будто ушам своим не верил.

— Дядя Владлен? — чуть не подавился он.

— Он всегда был ко мне мил. Если бы еще меньше повторял, что ждет-не дождется, когда и я войду в клан… эй, но когда я ему врезала, он перестал! — оправдалась я, заметив недружелюбный блеск в глазах демона.

— Врезала?! — теперь я всерьез обиделась, столько неверия было в его голосе. По лицу демона скользнуло странное выражение, смесь досады, раздражения и ревности.

— Он напросился, — я бухнулась назад на подушки и зевнула от души. Потянулась, только потом заметив интерес в глазах Велора, и тут же поспешила прикрылась одеялом, сообразив, что я вообще-то в одной комнате с мужчиной.

Будто стремясь подтвердить мои мысли, демон медленно склонился и поставил по обе стороны от моей головы ладони. Я замерла, боясь дышать… как неаккуратно, Рори! Я начала расслабляться рядом с демоном — чрезмерно. Это даже странно, особенно для меня. Но до сих пор я чувствовала нечто вроде уюта рядом с ним…

Ну вот. Это чувство только что испарилось. Его зеленые глаза щурились от раздражения.

— Тогда тем более держись от него подальше! — прорычал он.

— Но он мне поцелуй задолжал! — невесть с чего припомнила я и прикусила язык. Бедный Владлен! Как я его подставила… заострившиеся ногти Велора с такой силой впились в матрас, что прорвали простынь.

— Я запрещаю, — еще сдержанно, но с нотками гнева пояснил демон, но когда я презрительно хмыкнула, отказываясь подчиняться, он разозлился и рывком содрал с меня одеяло. Я попыталась улизнуть, но меня крепко придавили чужим телом. — Дядя Владлен?! Черт возьми, дядя?! Ты еще скажи, он на коленке тебя катал!

— Катал, — честно вздохнула я.

— Ты специально поводы его убить добавляешь? — он сузил глаза, и я помотала головой.

— Его не трогай! Я его обожаю!… — я увидела нехороший кровожадный блеск в глазах демона и поспешила исправиться. — В том смысле, что очень люблю… хватит так глазами сверкать! Как дядю люблю! Он меня по голове всегда гладил, конфеты дарил, в платья одевал…

— Он тебя еще и в платья одевал?!

— Да не сам же! Сам он мне разве что косички заплетал… — я осеклась, поняв, что потихоньку подписываю вампиру смертный приговор, особенно когда демон сквозь зубы поклялся:

— Я его убью.

Я не успела ему возразить. Резко встав, демон схватил меня в охапку и, без предупреждений и намеков, забросил меня на плечо. На плечо, черт возьми! У меня не настолько длинный свитер! Я запротестовала, опасаясь даже сильно ногами дрыгать: думать боюсь, какой там вид демону открывается!

— Вело-ор?! Поставь меня на место! — взвизгнула я.

Ну меня и поставили. На кухне. Демон задержался ладонями на бедрах, так что я испытала всю гамму стыда. Но его взгляд вовсе не был игривым, скорее, строгим и недовольным — меня отчитывали, словно нашкодившего котенка.

— Он тебе не дядя! Он вампир, Рори! Невероятно опасная и древняя тварь. Ты будешь держаться от него на расстоянии, пока мы там, будешь слушаться меня и во всем подчиняться. Ослушаешься, на себя пеняй!

— Так бы и сказал, что ревнуешь, — успокоилась я. У демонов пунктик на этом: они не терпят соперников. — Это что, кофе?

Мне удалось отвлечь демона и заодно самой отвлечься. Я учуяла бы запах волшебного напитка на расстоянии сотни метров, но такой умопомрачительно-насыщенный аромат мертвого разбудит. Демон неохотно отвел взгляд и резким жестом снял с плиты… господи, блинчики? Он умеет готовить?!

Похоже, потрясение на моем лице было столь искренним, что на губах демона впервые проступила усмешка.

— Ты умеешь делать настоящее кофе! — с благоговением прошептала я и чуть не прослезилась. — В смысле, настоящее!.. Я тебя обожаю…

— Кто бы мог подумать, что так легко тебя подкупить, — усмехнулся Велор, подходя ближе и разворачивая меня к столу, к сахару, кленовому сиропу, сливкам и прочим вкусностям. Он вручил мне ложку. — Добавь сама по вкусу.

Что он со мной творит? Велор не делал ничего особенного, всего лишь стоял сзади, слишком близко, слишком интимно, и сердце зашлось в бешеном ритме, а щеки вспыхнули. Особенно тяжело стадо, когда его руки скользнули по моей талии, прижимая к себе, а дыхание ожгло щеку. Ложка выскользнула из моих дрогнувших пальцев… Я повернула голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Зачем он это делает? Я и хотела, и боялась одного: что он прикоснётся губами к моим, что втянет в очередной поцелуй, и я просто не смогу сопротивляться его обаянию. Так что, раздираясь между двумя чувствами, я лишь прикрыла глаза, когда он подался ближе…

— Повелитель! Прошу вас, Повелитель! — Я отпрянула от демона, когда в окно забарабанили со страшной силой. Каркающий голос… я узнала ту странную птицу, которая раньше вечно крутилась рядом с демоном, а узнав, вспомнила и того черноволосого демона из Аристола — Тайриса.

Предателя.

По вспыхнувшей в глазах Велора ярости, стало ясно: догадка верна. Я схватила демона за руку ровно за миг до того, как Тайрису скрутили бы шею на месте. Однажды, когда эта проклятая «птица» сживет меня со свету, я об этом пожалею, клянусь!

Но такими слугами не разбрасываются. Даже понимая, что грозит смерть, эта скотина явилась прервать грядущий поцелуй с недостойной мной — какая самоотверженность! Умилилась бы, не подозревай я, что дело не в поцелуе вовсе.

— Давай выслушаем! — быстро выдохнула я и сама открыла ворону форточку.

Тайрис опустился на подоконник, подальше от меня. Взъерошенный, мокрый, продрогший, он будто только что побывал в крутой переделке. Он принес запах дождя и предательства, и, глядя на мрачного Велора, я поняла, что вечер безнадежно испорчен.

— Леодар здесь. В паре кварталов. Ищет вас, — тяжело произнес Тайрис. — Вам надо уходить! Ср-рочно!

— Разве не ему ты теперь служишь? — резко спросил Велор. Он щурился, выискивая подвох, и ворон втянул голову. — Я спрошу лишь один раз. Тебя пытали? Вынудили? Отвечай!

В этих словах звучала тень надежды, горькой и отравленной, как пилюля, но вместе с тем и яростная решимость. От ответа многое зависело, Тайрис не мог этого не понимать. Велор словно протягивал ему руку помощи, давал варианты спасения жизни, но ворон лишь вскинул голову, глядя своей смерти в лицо.

— Нет, господин. Я сделал это ради вас! Это моя вина, он клялся, что вас не тронет!

— Ты предал мою королеву, а значит, меня! — рявкнул Велор, и ворон взлетел под потолок. Но тут же опустился обратно на окно и горячо выкрикнул:

— Она ваша погибель! Вы уже умираете, повелитель! Вам остались считанные дни, вы угасаете, а все из-за нее! Разве я не знаю вас? Разве не хотите умереть, чтобы она жила? Разве не собой решили пожертвовать во славу Алатара, спасая ее никчемную жизнь! Я не мог стоять в стороне! Хотите, убейте меня, но я сделал бы это снова и не оставлю попыток вас спасти!

— Велор? — ужаснулась я. — Что значит, остались считанные дни? Эта рана…

— Эта рана никогда не заживет, потому что ты жива! — набросился на меня ворон. — Он ради тебя собой пожертвовал, глупая девчонка, но ты слишком слепа, чтобы это заметить! Я говорил, она вас обрекает! Я говорил! Это все ты…

— Заткнись! — тихо прорычал Велор, и в его голосе послышались предупреждающие нотки. В ярости его руки сжались в кулаки, а ногти заострились, почти до крови впившись в кожу. В воздухе разлилась жгучая ярость, иссушающая, истощающая…

Он действительно был готов использовать последнюю толику магии, чтобы наказать предателя. Всплеск силы заставил меня вздрогнуть… нет-нет-нет! Он будто вплетал в узор магии собственную жизнь, и я вдруг испугалась. И за самого Велора, ведь ему едва хватало магии, чтобы себя подлечить…

…И внезапно за Тайриса. Ради своего повелителя он готов был пойти на предательство, зная, что расплатится за это собственной жизнью. И невзирая на последствия, он здесь, чтобы предупредить нас.

Такими слугами не разбрасываются! Почему-то вдруг ясно поняла: если Велор убьет «ворона», он никогда себе этого не простит. Так и будет жить с этой ношей… должен быть другой выход!

— Велор, постой!…

Меня никто не услышал. Демона нельзя по-настоящему убить в земном теле… если только не сжечь целиком и полностью, но именно это собирался сделать Велор. Я как-то не горела желанием наблюдать за казнью, пусть даже эта чертова птица воспылала ко мне ненавистью!

Я пожалею об этом. Двести раз пожалею.

Плюнув на голос разума, я решительно схватила демона за грудки и, приподнявшись на цыпочки, вовлекла в страстный, глубокий поцелуй. Впервые за всю историю наших отношений, отбиваться пришлось не мне. Что я творю?!

Вопрос еще набатом звучал в моей голове, когда от неожиданности он перехватил меня за плечи. Я подалась ближе, прижимаясь всем телом, чтобы у него не вышло так легко от меня избавиться. Докатилась… демона домогаюсь, кошмар какой! И ради кого? Даже спасибо ведь не дождусь, скорее, кинжала в спину!