Виктория Олейник – Демон Розы и Льда (страница 4)

Боже! Думала, он меня на месте взглядом испепелит! Угораздило же дразнить высшего демона!

— С ума сошла, Рори?! — шепотом вызверилась я на себя.

Мне пара дней до обряда посвящения, всего пара дней. А потом я стану полноправной частью Ковена, под защитой Амброзайоса и все в таком роде. И кто знал, что родительский запрет не случаен? Я просто хотела призрака извести! Откуда знать, что здесь табунами высшие демоны разгуливают, пока меня дома нет?!

— “Сегодня я тебя отпускаю”, — передразнила я. И храбро выпалила в сторону закрытой двери. — Да как будто я тебя спрашивать буду! Тоже мне, хозяин нашелся!

Клянусь, это последняя наша встреча. Принесу Селене соболезнования… тьфу, поздравлю с грядущей свадьбой… а потом ноги моей в этом особняке не будет, пока не отгремят торжества!

Комнату сестры закрыли на ключ еще два года назад. Как давно я здесь не была? Все покрылось пылью. Самые юные жители лицея, проживавшие в новых зданиях, искренне полагали, что в этой комнате обитает кровожадный призрак.

Я постеснялась спрашивать у Селены, кровожадный она призрак или нет. Провела пальцем по полке с амулетами, чертя дорожку в пыли… подумав, нарисовала легкомысленное сердечко.

Сестра делала вид, что меня здесь нет.

— Твой жених кошмар! — бухнулась, наконец, я в кресло. Всегда испытывала неловкость при общении с сестрой, но после разлуки в голову не шли темы для разговора. — Как ты его терпишь?

— У меня нет выхода, — спокойно откликнулась сестра, даже не повернувшись. Так и сидела, вглядываясь в отражение и чертя алую линию губ помадой.

— Мне жаль, — искренне нахмурилась я. — Если бы я могла…

— То что, Рори? — сестра вдруг резко обернулась и, бросив помаду на столик, облокотилась о спинку стула. — Неужто заняла бы мое место?

— Не совсем то имела в виду… — поежилась я, припомнив неожиданный поцелуй.

— Что ж, — горько усмехнулась сестра. — Может, и у тебя однажды появится шанс.

Я вскинула голову, удивленная интонацией сестры. Селена всегда была красива. В отличие от меня, она сверкала, как звезда — бесподобная, яркая, блистательная… настоящая светская львица.

Она умела подать себя. Кто, как не она, могла удовлетворить вкусам демона? Я потерла джинсы, уделив пристальное внимание пятнышку зеленой слизи.

— Он тебе совсем не нравится, да? — вздохнула я. Темы для разговоров не появлялись. Я начинала жалеть, что зашла на огонек.

— Откуда мне знать, дорогая моя сестра, — подумав, покачала головой Селена. — Я его сегодня второй раз в жизни видела.

— Это несправедливо…

— Какая уж тут справедливость! — чуть раздраженно откликнулась Селена. — Меня просто отдали в уплату долга!

— Но, Сел, у них же…

— О, давай не будем их защищать! — Селена вскочила и, громко цокая каблуками, ушла в шкаф. Ну, это надолго. Кто не видел шкаф Селены, тот многое упустил. По нему можно водить экскурсии, как по лабиринту минотавра.

Вздохнув, я поднялась и подошла к трюмо. Сестра имеет право злиться. Это же не меня растили как невесту для какого-то демона, что я об этом вообще знаю? Мне и одной встречи хватило, чтобы понять: уже жениха сестры ненавижу. А мы еще даже родней не стали.

К тому же, у этого демона большие запросы. Селена прошла ад и тьму светской подготовки. Этикет, умение себя вести, всякие там причудливые танцы, иерархия демонического мира, история Аристола, проще говоря, ада… и еще куча всякой бесполезной шелухи. Ну и физическая подготовка, куда без нее в аду, верно?

Так что, пока я варила запрещенные зелья и тоннами поглощала книги о демонах и ритуалах, сестра работала в поте лица. А для чего? Чтобы стать женой демона, которого она видела пару раз в жизни. И, вероятно, подарить ему наследника.

Средневековье.

Я бесцельно подняла и бросила амулет для ритуала посвящения.

— У тебя столько украшений! — крикнула я.

— Это не мое… то есть это подарок жениха к свадьбе, — откликнулась сестра.

Я пробежалась пальцами по вороху драгоценностей, поражаясь многообразию камней и металла. Этот демон не бедствует, точно. Здесь целая казна маленького государства. Может, даже не одного. Я остановилась на золотой броши. Что-то показалось знакомым в цветке золотой лилии… Что-то… вертится в голове. Знакомый цветок. И этот золотой узор… Буква “А” на стебле…

— Что ты делаешь? — Сестра, едва выбралась из шкафа, выхватила из рук брошь. Ее движения были чересчур нервными, чтобы списать на обычную жадность.

Лилия. Золотая лилия в круге. Я ахнула, внезапно вспомнив, откуда мне знаком символ.

— Нет, Сэл, ты же не…

— Не твое дело! — грубо огрызнулась сестра, бросая брошь на стол.

Ты ведь не связалась с золотыми?! — повернулась я к ней. — Сэл, ты выходишь за демона! Да они тебя за одно упоминание золотых на дереве распнут!

— Сказала, не твое дело! — разозлилась она.

“Золотые” появились среди охотников недавно. Лет десять назад. Их легко узнать, всем оттенкам они предпочитают золото. Их одежда золотого цвета, они увешаны золотыми побрякушками, их макияж сверкает золотыми блёстками.

“Золото ослепляет нечестивых”. Таков их девиз.

“Золотые” против старого мира. Они больше не запылённые охотники, они модно одеваются, швыряются деньгами, пропадают ночами в клубах. Им плевать на демонов. Они подобны стайкам подростков, разгуливающих ночью по улицам в поисках нечисти-жертвы, только делают они это из скуки. Жертва — их развлечение.

Быть золотым модно. Престижно. Они не берут в свои ряды кого попало. Себя они называли элитой охотников, этакие принцы и принцессы нового мира. Бунтари с пустотой в сердце.

Они называют себя будущим планеты, мечтают вывести демонов из подполья, разрушить старый мир и на его обломках создать новый — свой. Как я к ним относилась? Да никак. Я верила родителям. К тому же обожала тетю, которая, на минуточку вампир, а значит, легко могла пострадать.

А, да. Конечно же, главное, что я не влюбилась в парня из золотых. Конечно же, это главное.

Но я была уверена, что увлечение сестры тем парнем давно прошло.

— Ты… — начала я, но Селена мотнула головой.

— Закрыли тему! — отрезала она и, ни слова не говоря, направилась к выходу.

И все же на пороге обернулась. Взглянула на меня, кусая губы.

— Рор? Будь осторожна, ладно? Особенно… с ним. С моим женихом. Он… нехороший.

Дверь с глухим щелчком закрылась, а я потерянно опустилась на стул. Брошь крепилась к веревке; лилия вертелась в моих руках, сливаясь в золотые всполохи… получался цветок в клетке, детская игра в иллюзии.

Что мне делать? Золотые это плохо. Для невесты такого демона — смертельно-опасное увлечение. Рассказать родителям, предав сестру, или скрыть ее тайну, предав родителей?

Игла броши раскрылась, больно впиваясь в кожу. Зашипев, я всмотрелась в набухающую на пальце кровь. Капля скатилась и расплылась на белых джинсах уродливым алым пятном.

— Ну во-от…

— Хм…

Мужской голос напугал меня до чертиков. Задумчивый и медленный, как медовая патока. Я вскочила и отшатнулась от зеркала — голос шел… оттуда?

На пол полетела тарелка, разбилась вдребезги, усеяв пол мелкими осколками. Я не могла поверить своим глазам! Мужчина в зеркале с любопытством, жадно меня рассматривал… глаза цвета расплавленного металла светились в полумраке, светлые волосы призрачными нитями развевались за его спиной, тонкие губы кривились в усмешке… он погрозил мне пальцем — и…

…растворился в тумане.

Зеркало подернулось рябью, являя мне собственное отражение. Я схватилась за спинку стула, пошатнулась, пытаясь унять бешено бьющееся сердце.

Что это было?!

Похоже, здесь все-таки водится призрак… вот так и не верь малолеткам! Сжав брошь в кулаке, я попятилась к двери и выскочила за нее, как ошпаренная. Ну и кошмар!

А.В.

В тишине звук хлопнувшей двери показался особенно отчетливым. Демон коротко выдохнул и, убрав со лба волосы, отошел к окну. Он злился. На девчонку, столь нахальную и дерзкую, ни капли не похожую на послушную сестру! На Лию, умудрившуюся вмешаться в то, во что не стоило вмешиваться.

На себя. Что не смог остановиться, взять себя в руки, побороть это чувство раздражения на абсолютное равнодушие девушки.

Его задело это. Задела ее холодность и отчужденность.

Почему?

На улице загорались фонари, и демон постучал пальцами по подоконнику. Взглянул на руку, хранившую чужое тепло. Ели бы не Лия, он бы не отпустил девушку. Не смог бы. Такая юная, столь дерзкая… и такая слабая! Селену с детства учили принимать удар, он лично за этим проследил. Она могла защитить себя, умела управлять даром, вовремя могла прикусить язык. Он подготовил отличную королеву…

…Которая ею никогда не станет. Он изучил Селену достаточно, чтобы это понять.