Виктория Никитин – Неправильная ведьмочка, или Некромант на задании (страница 8)

А дальше начался дурдом, или как его называют новомодным словом «brain-storm7» и полное 5Д погружение в дело.

Абсолютно все наперебой выдвигали теории, рассуждали о вероятностях, и пытались встроить новую улику в ряд уже известных фактов. Всё в точности, как в американских детективных сериалах, не хватало лишь строгих костюмов агентов ФБР и звёздно-полосатого флага за окном, хотя флаг был, полосатый, небольшой на стене, да и ФСБ созвучно с ФБР.

Обсуждения были в самом разгаре, и мы уже практически начали понимать, если не схему всего ритуала, то как минимум схему сбора и накопления энергии смерти, когда в переговорку ворвался рыжий парень с выпученными от страха или удивления глазами и каким-то совсем писклявым голосом заявил:

– Мы опознали пятую жертву. Это сын Станислава Емельянова. – скороговоркой проговорил парень на одном дыхании.

– Что?! Это точно?

– Да, он сейчас в морге, я оттуда. Он опознал труп.

– Все черти ада, почему без моего ведома? – прорычал Черновский и выбежал из переговорной.

– Я им покажу опознание! – выкрикнула ведьмочка Милослава, по совместительству судмедэксперт и ринулась вон из переговорной, следом за Черновским.

Рыжеволосый паренёк обвёл нас сумасшедшим взглядом и побежал следом.

– Пипец – выдохнул оборотень Иван в полной тишине.

И он был полностью прав. Станислав Емельянов, олигарх, бизнесмен, делец, меценат и очень, очень сильный Ведьмак в России, а по совместительству и член в магической гильдии в правительственной палате, будучи на коротком поводке с конклавом. Дело принимает совсем дурной оборот.

– Подождите, я только вчера видел сыновей Емельянова у Краснова на вечеринке? – очнулся айтишник Марк, тем самым выведя нас всех из ступора.

– Саша Ветров – прошептала я, осознав кого опознал Емельянов.

– Ветров? Никогда не слышал о нём. – удивился Марк.

– Внебрачный сын, о нём мало кому известно. – прояснила я ситуацию – По слухам, он очень слабый ведьмак, и отец не светил его среди своих.

О сыне Емельянова я знала лишь по слухам, и то из-за сплетен, которые ходили одно время по этому поводу. Когда парень объявился на пороге дома отца с требованием признать и обучить его, а генетическая экспертиза подтвердила их родство, в узких кругах взорвался скандал. Правда как обычно среди «знати» всё быстро замяли и скандал прикрыли медным тазиком, так и не дав ему ход в массы. О судьбе мальчика никому не было известно, лишь изредка ходили слухи, да и в тусовке он иногда мелькал, привязавшись то к одной, то к другой компании. Я с ним лично никогда не была знакома, и никогда не интересовалась, в то время у меня были совсем другие проблемы и до каких-то там «бастардов» не было никакого дела.

– Подожди, а что это ты делал на вечеринке у Краснова? – возмутился Леша, укоризненно посмотрев на коллегу.

– Ээээ… – оказывается рыжие на самом деле краснели в мгновения ока – это ведь не относится к делу.

– Не уходи от ответа, Краснов…

– Прекратите оба. Нам сейчас не до ваших разборок – осадил их Иван, стукнув кулаком по столу.

Я же, не обращая внимания на препирательства, нажала несколько кнопок на экране, и вывела фотографию неопознанной жертвы под номером пять на большой экран. В высушенной мумии с трудом узнавались очертания Саши Емельянова, рядом с фотографией был фоторобот с восстановленной внешностью, по которой и можно было определить настоящую внешность трупа.

– Он был из наших – констатировал Радомир.

Лёша, второй айтишник, что-то быстро-быстро застрочил на своём ноутбуке и на экране, где выстроилось древо гипотез, померкли несколько ответвлений.

– Предлагаю пока остановиться на гипотезе, что они все были магами и искать в этом направлении.

– Пойду копать о прошлом остальных, кто-то что-то должен был видеть. – грузный и высокий Иван встал, поправил чёрную футболку с волком на груди и также вышел из комнаты.

Постепенно переговорную покинули все, оставив меня в полном одиночестве. Несколько раз заходила секретарша, приносила кофе и предлагала заказать обед, но есть не хотелось. Два раза забегал Лёша, докладывал обстановку: Емельянов поднял скандал, Черновский пытается утихомирить разбушевавшегося мага, Емельянов грозит связями и уже позвонил наверх, чтобы лично принять участие в расследовании. Черновский бесится и в полном раздрае. Оба у главного, разбираются с полномочиями. Мирослава ждёт результатов генетического анализа. Все на ушах и при деле.

Я же в который раз рассматривала древо гипотез, пытаясь сложить факты воедино, но головоломка не складывалась. Даже мне до сих пор не было известно, как они смогли перенастроить действия Хранителя и какую роль эти мешочки играли в ритуале.

Черновский вернулся через два с половиной часа, злой как чёрт.

– Как всё прошло? Или лучше не спрашивать? – участливо поинтересовалась я.

– Никак. Отвадить Емельянова удалось с трудом, мне только политиков-гражданских не хватало в отделении. Но сейчас с нас требуют сроки и результаты. Как будто мы тут фигнёй страдаем, как будто десять жертв и тикающий счётчик до следующего убийства не достаточная мотивация. – Черновский плюхнулся в одно из кресел и запустив руки в вьющиеся волосы, откинулся на спинку, чуть потянув себя за лохмы и закрыв глаза.

Видя эту картину страданий и переживаний, повинуясь какому-то порыву я подошла к Черновскому и осторожно поцеловала его в лоб, делясь силой. Мужчина тут же отпрянул, распахнув глаза от удивления.

– Что ты делаешь? – чуть хриплым голосом спросил он.

– Заряжаю энергией – я невинно улыбнулась и снова наклонилась, и поцеловала его, даря ещё один импульс силы.

Мы, ведьмы существа особенные, мы проводники энергии природы. У обычной ведьмы нет своих личных сил, мы берём из природы, окружающего пространства и пропускаем через себя, отдавая. Мы просто трансляторы энергии мира. Мощь ведьмы зависит лишь от её способности пропускать и переваривать окружающую силу, чем больше канал, чем тоньше чувства и чем глубже ты можешь зачерпнуть, тем сильнее ведьма. Ведьмы и ведьмаки всегда были лакомым кусочком для любого мага, наша способность отдавать силы всегда высоко ценилась. Не дурно всегда иметь возле себя бесплатную батарейку, которая не только силой может подзарядить, но и защитить оберегами, подлечить зельями и своей силой, да ещё и помочь переварить эмоции и поднять настроения.

Черновский смотрел на меня с недоверием, но я чувствовала, как даже от двух импульсов его настроение выравнивается. Я сделала третью попытку поцеловать в лоб, для закрепления результата, но Черновский схватил меня за запястье, останавливая.

– Чувствую себя пятилетним мальчишкой в коротких штанишках. Меня с детства никто в лоб не целовал. – состроил он недовольную гримасу, и потянул меня на себя так, чтобы наши глаза оказались на уровне друг друга.

– А тебе не густо будет? Смотри, от пережора плохо бывает –я всё же дотянулась до его лба и громко чмокнула, раз язвит в такой ситуации, значит всё в порядке – Я с незнакомыми мужчинами не целуюсь – фыркнула я и попыталась выровняться.

Но Черновский сильнее сжал моё запястье и посмотрел непонятным взглядом в глаза:

– Мне казалось, мы ещё вчера познакомились, кажется это было, когда ты меня чуть с дороги не сбила, облив горячим кофе, и даже кажется перешли на более близкий уровень общения, примерно, когда я тебя раздевал, укладывая спать.

От его слов я залилась краской, щёки горели от смущения, а этот гад смотрит с прищуром и вызывающе улыбается.

– Хам – отрезала я и наконец вырвала своё запястье из его захвата. – Я тут проявляю сочувствие, а он…

– Спасибо – и он снова улыбнулся по-доброму, да так, что глаза заблестели и лицо засияло.

И вот как понимать этого непонятного мужчину?

-6-

Территория заброшенного завода была ограждена высоким каменным забором и тяжёлыми железными воротами, запертыми на засов. Оставив машину за территорией, Черновский отпёр железный засов, и мы прошли во двор. Туфли на низком каблуке неприятно утопали в грязи, запутываясь в заросшей траве. И на кой я надела их сегодня? Холодно, мерзко и грязно, сюда бы гриндерсы с тяжёлой армейской подошвой. Спасибо, хоть дождь прекратился, но промозглый ветер всё равно не придавал оптимизма, и ёжась от холода, я куталась в тонкую кожаную куртку, медленно начиная мечтать о горячем чае и ванне.

Вокруг было по зловещему тихо, два обветшалых здания завода смотрели на нас полупустыми провалами окон, облупившейся штукатуркой и ржавыми трубами.

– Идеальное место для убийства – прокомментировала я, осматриваясь.

– Ты ещё внутри не была – хмыкнул Черновский и взяв меня за руку, повернул налево.

Его прикосновение было столь неожиданным, что от этого жеста на секунду я опешила, даже не поняв, куда это меня тащат. Но быстро придя в себя, я абстрагировалась от всех непрошенных ассоциаций и попыталась сконцентрироваться на деле.

«Мы на задании» – напомнила я себе, пытаясь не складывать в одну корзину такие невинные вещи, как ирония на плоские темы и банальное прикосновение за руку. А тот факт, что этот некромант вчера не постеснялся меня раздеть и уложить «спадки», как он выразился, ясно дало понять, о его лёгком отношении к таким вещам.

Тем временем, Черновский подошёл к одной из покосившихся боковых дверей и лёгким движением открыл её.