Виктория Миш – Тайны музыкальной Академии (Академия музыки Борвуар) (страница 4)

Староста и сам понял, что произведения на слух я не выучила. Очень сложно было выучить, когда бесплатные записи можно послушать только в библиотеке. И то, когда я туда спустилась – библиотека располагалась в подвале, чтобы не отсырели манускрипты и не отнималась лишняя территория академии, выяснилось, что записи нужных произведений там были на допотопных пластинках, поцарапанных и наполовину стертых.

Нет, богатенькие студенты наподобие Вайсы и Арли могли позволить себе купить магнитофоны, более усовершенствованные модели наших земных, и прослушивать записи на них. А вот у меня денег на это излишество не было – стипендия, которую выдали на первое время при поступлении, быстро ушла на одежду, косметику и прочие жизненно важные приобретения.

В Академии Борвуар я оказалась почти с пустыми руками. И мне подумалось, что важнее быть нарядно одетой, чем иметь магнитофон. А взять из дома вещи мне не разрешили. Как и попрощаться с родными.

Да уж… В Иманисе я оказалась внезапно. Сама не ожидала, что попаду в такую историю и перенесусь в другой мир.

Сразу же после сдачи вступительных экзаменов в одну московскую академию в коридоре ко мне подошла милая женщина в очках. Выглядела она весьма благообразно и интеллигентно. С пучком посеребренных волос, в пиджаке и строгой юбке ниже колен. Она похвалила мое выступление, из чего я сделала вывод, что она слышала меня и была в приемной комиссии.

Потому, когда женщина предложила обсудить мое дальнейшее обучение, я без всяких мыслей зашла с нею в переговорную комнату.

И дверь на Землю закрылась. На четыре года.

– Тогда давай прогуляем эту пару, – Алексис впервые на моей памяти предлагал такое непотребство. – Мадам Корнель я потом объясню, что нас вызывал директор. А сейчас айда в библиотеку. Романсы к сольфеджио поищем. Или ты уже нашла?

– Не-ет! – расстроено протянула я. Ну что за день?! Не день, а сплошное расстройство! – Если честно, хотела у тебя ноты попросить. Думаю, большинство выберет самые простенькие романсы, и она не удивится, если я повторю твой.

– Да? Ну, давай возьмем один романс на двоих. Я тоже не успел обзавестись, – не знаю, почему Алексис расплылся в довольной улыбке.

Лично я ничего веселого в этом не видела. Двойки получим вдвоем! И замучаемся исправлять. Мисс Крюк только с виду милая и приятная девушка. А характер у нее – кремень! Как у всякого преподавателя сольфеджио.

– Пойдем-пойдем. Есть у меня идейка, что можно сыграть с листа4, – пробормотал он.

– Хорошо бы попроще! – честно призналась я. – На фоно я играю так себе.

– На фоно хорошо играют только инструменталисты, – философски заявил Алексис, и мы вышли к лестнице.

Вот только, к сожалению, мы там оказались не одни!

– Ой, посмотрите, кто идет! Мисс шалава! – оскалился Дорг Рубковски, еще один мальчик на побегушках из окружения принца.

Он поднимался с первого этажа. Манерный и прямой, как палка. Еще один недобитый аристократ на мою голову.

Перед ним прямо по воздуху плыл кожаный чехол с инструментом. Я не помнила, на чем игралДорг: то ли на трубе, то ли на саксофоне. Мне было плевать. Главное, чтобы не цеплялся ко мне и не появлялся в поле зрения.

Кстати, в новогодний мюзикл его не взяли. На первой совместной репетиции я видела в оркестре только принца и Гора. Наверное, играет Дорг так себе. А учится на родительские денежки. Как я слышала, это только для иномирцев предоставляется субсидия и обучение бесплатно. Все остальные платят. А те, кто не смог сдать экзамены нормально, хотя бы на троечку, платят в два раза больше.

Я сделала вид, что не расслышала его слова. Буду выше оскорблений. Нацепила покер фейс и решила обойти хама по кругу.

Но пройти, не зацепив того по дороге, не получилось бы. Чехол висел как раз рядом со своим хозяином. А сам Дорг некстати застыл посреди лестницы, преграждая проход.

Да уж. Я застыла испуганным кроликом, не зная, как поступить. В отличие от бесбашенного Гора и надменного принца, этот парень пугал меня одним своим видом. Неясной угрозой, опасностью, которую я чувствовала на интуитивном уровне.

Хотя с первого взгляда и не скажешь, что с ним было что-то не так: высокий худощавый блондин с длинной пышной челкой, закрывающей правый глаз, вел себя сдержанно, одевался элегантно в коричневые брюки и белоснежные рубашки Всегда глаженные, всегда кипенно-белые. У него чисто визуально был только один изъян – кожа. Бугристая, вся испещренная прыщами и рытвинами. Видимо, кто-то еще не вышел из пубертата.

Но таких парней, с прыщами и челками, во всех мирах наверняка водилось много. Даже в моей школе на параллели было экземпляра три-четыре.

В общем, я не понимала, почему из всей компашки принца только этот с виду обычный парень внушал мне неконтролируемый ужас.

– Следи за словами, Рубковски! – вышел вперед Алексис и, спустившись на ступеньку, задел того плечом. – А не то получишь в сакс!

– Ты это мне, коротышка? – спокойно спросил Дорг и пихнул его рукой в грудь. – Прочь с дороги, а то затопчу.

– Алекс… – бросилась я к нашему старосте, чтобы оттащить его от третьекурсника, но не успела.

Произошло странное! Челка Дорга качнулась, открывая бесцветные бледно-голубые глаза, и волна страха затопила меня с головой.

В ужасе я затряслась и зажала рукой рот, чтобы не закричать.

Дорг был слепым. По-настоящему слепым. Голубые глаза безжизненно смотрели прямо перед собой.

Из-за этого, или вопреки этому, от него исходили такие эманации злости и ненависти, что чувствовались буквально кожей!

Но и это было не самым страшным. Судя по вздернутым вверх рукам, он собирался драться. Не кулаками, магией.

Дорг не выглядел слабым. Нет, наоборот. Мне подумалось, что благодаря магии он еще держится на плаву. Благодаря магии живет и чувствует себя сильным.

Вот только сможет ли Алексис выйти из щекотливой ситуации и не ввязаться в драку?

Увы! Мой защитник сейчас просто-таки кипел от гнева. Его веснушки превратились в темные пятна, а глаза опасно щурились. Руки вздернулись в защитном жесте, а с пальцев ссыпались золотые искры. Он был готов дать отпор!

– Алексис, не связывайся! Плевать на него!      – повисла я на руке парня и сделала попытку оттащить. – Пусть катится к черту!..

– Посмотрите, она еще и пасть смеет открывать! – пророкотал потерявший терпение Дорг. – Проучу вас обоих, сосунки.

И ударил в нас темной магией.

Всё произошло так быстро, что даже не верилось. Ведь мы всего лишь хотели пройти мимо и не нарывались на конфликт. Дорг сам спровоцировал Алексиса. Но кто ж нам поверит?!

Чернильное пятно сорвалось с кончиков пальцев, рассекаясь в воздухе на маленькие частицы и заляпывая пол, и, как невиданное животное, прыгнуло на грудь Алексиса.

Я не успела закричать. Лишь машинально отпрянула от старосты, в ужасе разглядывая разраставшуюся тьму.

Как живая, она ползла по рубашке Алексиса в разные стороны, растягивалась по его груди и норовила дотянуться до плеч.

А староста, вместо того, чтобы скинуть эту гадость, сосредоточенно метал в Дорга золотые искры. В форме ромбиков, они летели в противника наподобие дротиков, входили в его рубашку, рвали ее и, скорее всего, доставали до кожи.

Дорг издал возмущенный рев и схватился за сердце. Его челка резко взметнулась вверх и упала на слепые глаза. По лицу пронеслось смятение. Он как будто не ожидал получить отпор и не верил, что тоже ранен.

Впрочем, чернильное пятно находилось всё ещё поверх рубашки старосты и, возможно, не успело причинить Алексису вред. Я очень на это надеялась.

Внезапно Дорг взмахнул руками, как птица, вытаращил удивленно глаза и медленно стал заваливаться вниз. На ступеньки.

«Да он сейчас свалится, сломает себе шею и умрет!» – подумала я.

А нас потом обвинят в его убийстве. Ведь чернильное пятно было уликой – и всё еще виднелось на рубашке Алексиса. Да что там виднелось! Оно расползалось по всему переду. Никак не скроешь. Очень видно.

А Дорг был из враждебной компашки, с которой я уже вступила в негласный конфликт. И никто не поверит, что это не я столкнула его с лестницы.

Все эти мысли в красках пронеслись перед внутренним взором. Дорга надо спасать! Быстрее ветра я метнулась к заваливающемуся на ступеньки третьекурснику. Схватила его за руку и дернула на себя со словами:

– Сними с Алексиса эту гадость! Немедленно!

Но Дорг был в обмороке.

Вот черт!

– Лейси! – удивленно окрикнул меня Алексис, но я уже оттаскивала на безопасное расстояние ослабевшего третьекурсника. – Зачем ты это делаешь?

– Спасаю слепую бестолочь! – подбирать слова было некогда. Сказала как есть. Тащить Дорга оказалось делом непростым – парень весил раза в три больше меня. По крайней мере, так ощущалось. – Помоги прислонить его к стенке. Как бы он от болевого шока коньки не отбросил. Как думаешь, эти твои искры его сильно ранили?

– Что? – парень очумело выдохнул: – Сонные искры не ранят. Они всего лишь вгоняют его в сон.

– Тем более! Рухнул бы на лестнице спать и убился. Пойди докажи, что сам! – я подхватила Дорга под руки и, пыхтя и ругаясь, подтащила к стенке. Фуф, неблагодарное это дело – спасать врага!

Староста стоял и не двигался.

– Лейси, я тебя не понимаю. Он наслал на меня чернушку! – возмущенно ткнул в рубашку Алексис. – Оскорбил тебя нехорошим словом. А ты заботишься о том, чтобы он не упал?!