Виктория Миш – Невеста мага времени. Проклятый дар (страница 32)

На лице мужчины проступило смятенное выражение, но он быстро взял себя в руки.

— Что вы желаете знать? — крякнул мужчина.

Я подошла еще ближе. Если он не догадается и подпустит меня к себе близко, я смогу даже прижать его к столу, как заложника.

Я разглядывала смущенного доктора и мысленно ухмылялась. Да, мои подозрения верны. И как я раньше не догадалась?

Леон молод, максимум лет тридцать пять. Слегка полноват, рассеян, любит покушать — ну так этим страдают многие мужчины. Ничего не указывало в его облике или поведении на обезумевшего маньяка, фанатика или идиота. Обычный мужчина, обычный маг. Значит, у меня есть шанс вразумить его.

— Вчера у меня сильно болело вот здесь, — доверительно понизила я голос и положила ладонь на низ живота, — И сегодня потягивает. Вы не знаете, что бы это могло быть?

И доверчиво-доверчиво заглянула в его глаза.

— Где? — испуганно ойкнул мужчина и, вместо того, чтобы посмотреть на заболевшее место, стыдливо отвел взгляд.

— Вот здесь, — я снова положила ладонь под животом, — Не представляю, из-за чего такие боли. То тянет, то режет. А ведь эти дни должны начаться только через две недели. Не знаете, что бы это могло быть?

Мужчина замялся. Покраснел, открыл рот, чтобы ответить. Искоса взглянул в сторону заболевшего места и снова потупился.

Не похоже, чтобы он привык осматривать больных.

Я подошла еще ближе. Мужчина вжался в стул, испугавшись, по-видимому, что сейчас я возьму его руку и положу на пострадавшее место. Весьма неприличное и очень интимное.

Определенно, он боится прикасаться ко мне.

Удостоверившись в своих самых смелых подозрениях, я оперлась одной рукой о стол, а другой — о спинку стула, и пододвинулась еще ближе, так, что мы почти касались носами друг друга.

Теперь Леон был в ловушке — ни вырваться, ни убежать он не смог бы. Только если через мою голову.

— Вы ненастоящий врач, Леон, верно? — ласково прошептала я, наслаждаясь видом капелек пота, проступившего на его лбу, — Тогда, кто вы? И зачем прибыли в замок? Отвечайте честно или я… — оторвав руку от спинки стула, демонстративно помахала ею перед носом мужчины, — Лишу вас магии! Комрей говорил, что я — проклятый маг? Для меня это сделать — раз плюнуть, а вот для вас будет безвозвратно. Вы останетесь без магии и будете обычным человеком. Самым обычным, понимаете? Магия вас покинет, она распылится повсюду…

— Елена, что ты делаешь? — нервно окликнул меня Комрей, но я лишь грозно глянула на него и приказала: — Тихо! Я разговариваю с другом. Не мешай.

— Н-н-не знаю… — промямлил мужчина, испугавшись. Он с таким ужасом следил за моей рукой, что я едва не рассмеялась — да, слабое звено высчитала верно. В отличие от братцев, Леон — обычный человек. Живет в этом мире и знает, чем грозит наше прикосновение, — Он говорил совсем другое.

— И что же? — дружелюбно спросила я.

Пусть говорит. Пусть выкладывает всю подноготную.

А потом я найду, что предъявить Паше-Комрею. Будьте уверены. Не нужно было сбрасывать меня со счетов.

— Что вы любите друг друга, — скороговоркой произнес Леон и попытался отодвинуться, но спинка стула была высокой, и он стукнулся об нее затылком, — И вам мешает Астор. Он держит вас в плену. И что нужно помочь вам сочетаться браком, ведь для церемонии нужен свидетель… Я не знал, что всё так запутано. А когда понял, хотел уйти. Еще после обеда, но не смог. Вместо перемещения попал на люстру… Елена, простите меня. Если бы не вы, то я самым простецким образом разбился бы. Выхода из замка нет. Петля закручена, и я не понимаю, зачем… Это ужасное место. Мне не следовало влезать в ваши отношения. Каюсь, Елена, я не хотел…

— Довольно! — резко одернул его Комрей, и я услышала звук отодвигаемого стула, — Ты зашла слишком далеко, Елена. Слишком… Омрдео коммей бонцо…

— Не лишайте меня магии, Елена, прошу вас! — тараторил Леон, — Отодвиньтесь, прошу вас… Это слишком жестоко. Я — простой маг и не смогу вернуть…

Он замолчал. Вытаращив глаза, Леон замер с открытым ртом, порываясь мне что-то сказать. Вокруг нас происходило какое-то колдовство. Как будто сверху на нас опустилась невидимая вата, охватила тело, опутала мысли, и мы в ней вязли, растворялись, и норовили утонуть.

Эта штука останавливала всё вокруг.

Комрей остановил время!

Вот тогда я не на шутку испугалась. Что, если он снова вернет всё обратно? Посчитает этот случай неудачным, и я в четвертый раз буду вынуждена переступить порог этого замка? И что тогда? Я снова забуду всё произошедшее, и не буду знать, что для меня снова готовится ловушка? И буду переживать эти страхи, разочарование, боль снова и снова?

… Если меня не перехватят раньше местные маги и не убьют, пока я буду бегать в стенах города.

В столовой воцарилась тишина. Даже часы, отбивавшие фоном минуты, замерли. Я слышала только поскрипывающие шаги Комрея — он обходил стол и направлялся к нам.

На всякий случай я застыла в той же позе, в которой была. Даже дыхание затаила. Пусть думает, что я попала под действие его магии. Наверняка, это что-то сильное и нестандартное — ведь Комрей — Хранитель времени.

А что, если он вспомнит, как я добежала до их дуэли, когда время в замке остановилось, и сорвала ее?

Блин, а ведь это было совсем недавно. Вряд ли он забыл!

Никогда еще в своей жизни я не находилась в столь шатком положении.

— И что же тебе всё неймется, любимая? — вздохнул Комрей прямо у меня над ухом.

И нежно пригладил волосы.

Я стояла, ни жива, ни мертва. Всё-таки вспомнил, да?!

— Столько раз я прокручивал события, столько раз проигрывал все вероятности, но каждый раз что-то шло не по плану. Я не мог предугадать, как поступишь ты. Ты… простая человечка. Девушка из другого мира. Такая обычная и особенная. Для меня… Елена, я вижу, что ты неподвластна времени. Обернись.

Глава 28

Поворачивалась я медленно. Как назло свело ногу от неудобной позы, а руки дрожали, как у превысившей дневную дозу кофеманки. Комрей смотрел на меня прямо, без злобы и недовольства. Просто смотрел… И этот взгляд почему-то всколыхнул в душе неясное чувство вины.

— Прости. Я думала, что должна замереть.

— Не должна.

— Но… — я развернулась и открыто посмотрела в прекрасное лицо Комрея. На задворках разума мелькнула мысль: как же он хорош! Необыкновенно хорош. Рыжие кудри, тонкие брови, элегантный нос идеальной длины. Губы, не тонкие, но и не пухлые — с его портрета можно было писать изображение древнегреческого бога, Аполлона или Борея, выставлять его, как образец идеально пропорционального лица.

— Ты что-то делаешь с моими эмоциями?

Жалкая попытка оправдать свой внезапно вспыхнувший интерес тает вместе с ответом:

— Нет, — и разноцветные глаза вспыхивают, сигнализируя мне о чем-то, намекая, рассказывая… Но я не могу разгадать эту тайну.

То ли в них промелькнуло недовольство, то ли надежда и раздосадованность.

— Тогда почему я думаю об этом?

— О чем? — серьезно спрашивает он.

— О тебе. Ведь я люблю Астора! — признаться прямо, без обидняков, в своих чувствах не так-то сложно.

Выпалила и всё. Границы очерчены. Дело сделано. Непонятно только, почему Комрей морщится.

— Ты думаешь обо мне? Интересно, и что ты думаешь? — он заинтересовано рассматривает мои губы, как будто, я собираюсь общаться беззвучно. Подавать секретные знаки или читать заклинания.

А, может, он считает, что и мои губы весьма красивы и поэтому просто любуется ими?

Вспыхнув, как маков цвет, я одергиваю себя и встаю ровно. Даже спину выпрямляю.

— Я не собираюсь тебе об этом рассказывать! Просто скажи, это ты насылаешь на меня порчу?

— Я ничего на тебя не насылаю, Елен. Мы общаемся словами. И только.

— Но тогда почему, когда ты рядом, я не могу думать ни о ком другом? Только о тебе. Это ненормально. Меня никогда не тянуло к злодеям и плохим парням. Я боюсь вас до трясучки, сторонюсь, и даже в страшном сне не могу представить, что полюблю.

— Ты любишь Астора… Тебя тоже к нему тянет? — интересуется Комрей и усаживается поверх стола, наплевав на приличия. Его строгий костюм молочного оттенка, выглаженная рубашка и перстни на безымянных пальцах, которые я замечаю только сейчас, противоречат поведению.

Это что-то невероятное! Так нельзя. Мы тут, как бы, этикет разыгрываем. Вон, блюдца, чашки фарфоровые. Ложки разного калибра и щипцы для сахара.

Я гляжу на Комрея, вытаращив глаза. Что это с ним?

— Ты не ответила на мой вопрос, Елена. Тебя тянет к Астору всегда или когда ты находишься близко к нему? Отвечай, это очень важно.

— Всегда.

— И что ты чувствуешь?

Допрос меня изрядно смущал. Что он добивается, спрашивая о личных вещах? Что хочет услышать? Чтобы я послала его к черту?

— Не понимаю, почему мы об этом говорим. Ты против Астора, хочешь отнять у него всё, что только можно. Ты… нехороший. Ты обманываешь на каждом шагу. Меня, его, Леона… Всех нас. Ты врешь, как дышишь. И я не собираюсь раскрывать перед тобой душу! — выпалила на одном дыхании.