Виктория Миш – Как я прогуляла урок некромантии (страница 41)
- Р-р-р! – исказило лицо ведьмы нечто такое страшное и неописуемое, что я вскрикнула и закрыла глаза.
- Так, слезай с плиты, - командовал некромант, - Давай, Урли. Я знаю, ты можешь! Еще шаг. Еще… Вот. Молодец!
Ведьма сошла на грязную землю и за руку с Формблю прошла несколько шагов, прилично заляпав свои туфельки. Сначала вместо агрессии на ее лице появилось отстраненное выражение, потом оно сменилось растерянным.
- Что это было? – тихо спросила она брата, - Я слышала, что говорила. Прости, Гелла! Это не то, что я думаю…
- Как раз то, что думаете. На самом деле! - не глядя на преподавательницу, ответила я, - Прекрасно я все понимаю.
- Прости! – прошептала она и закрыла лицо руками, - Мне очень стыдно. Я не хотела, чтобы ты слышала всё это… Это неправильно. Я… я!
Не выдержав напряжения, она разрыдалась.
Видеть самоуверенную знающую себе цену преподавательницу в слабости было очень … неприятно.
- У каждого из нас есть темная сторона, Гелла, - сказал мне негромко Формблю и вдруг… взял за руку, - Урсула наступила на нестертый до конца символ зависти. Древний и очень сильный символ, руна даже написанная наполовину, работает.
- «Потому, что в мире много зависти», - вспомнила я объяснение бабушки.
Формблю грустно кивнул.
- Да. И мне очень жаль, что сестра ранила тебя своими словами.
- Я не должна была это говорить!.. – рыдала Урсула.
Мне не было ее жалко. Ни капельки.
- Не должна, - согласился магистр. Его рука, такая большая и теплая успокаивала меня лучше всяких слов, - Но сказанного не вернешь. Сейчас я настрою портал и перенесу нас в Академию. Урсуле нужно прийти в себя, и мы отправимся в башню. Ты же – отдыхай и восстанавливайся в своей комнате. Завтра выходной. Используй его правильно.
- Но… - я смотрела в его мужественное и строгое лицо и не могла не протянуть разочарованно: - А как же расследование? Как мы выясним, кто злодей? Есть ли еще зацепки?.. И где дети? А вдруг они тут, на кладбище?
- Нет, их тут нет. Я раскинул сеть, проверяя всё живое. Детей здесь нет, - размеренно сказал магистр. Его не возмутил мой порыв и не рассердили вопросы, - И… послушай, Гелла. Ты всё-таки еще ребенок. Ученица. Студентка… - он сделал паузу, - Лучше тебе не вникать во все это. Я говорил Урли, что ты не в ведении дел Рэдгоуна.
- Он невиновен! – выкрикнула я.
- Надеюсь, - Формблю позволил себе кривую улыбку, - И всё же, мы не должны были тебя в это впутывать. Справимся сами. А тебе нужно отдохнуть и вернуться к учебе, к своим прямым ведьмовским обязанностями. Скоро зачет – тебе нужно подготовиться, если не хочешь завалить.
Формблю говорил суше и строже. Он снова превращался в преподавателя. В отстраненного мужчину, которого я раньше до ужаса боялась.
Но не это пугало меня. Нет!
Они собирались выкинуть меня из своей жизни.
- А как же Чеш?! – схватилась я за последнюю соломинку, соединявшую нас, - Вы отправите домой и его?!
- Нет. Я обновил пентаграмму. Он пролежит в ней столько, сколько нужно.
- Но!.. – в расстроенных чувствах я не находила аргументов, как заставить их от меня не отказываться,- Мы ведь так хорошо всё это расследовали… Мы ведь почти вычислили преступника! Нашли след!.. И это всё – благодаря мне. Благодаря тому, что я прогуляла урок некромантии!
Черный портал щелкнул и распахнулся. Урсула перестала рыдать и только вытирала рукавом платья глаза.
Еще бы. Ей не стыдно. Ей чертовски обидно, что она позволила себе сорваться, быть слабой на глазах у ученицы.
- Иди, Гелла! – приказал магистр.
И это был жесткий, прямой приказ – не ослушаться.
- Мы перенесемся следующими, - всё-таки объяснил он.
Что ж, насильно мил не будешь. Придется идти.
Мои ноги сами, машинально промаршировали в окно портала. Через секунду я очутилась в своей комнате – интересненько, когда это магистр в ней побывал, раз смог настроить портал?! и в полном расстройстве рухнула на кровать.
Слёзы хотели бы вырваться наружу. Но я тоже умею приказывать. И в этот раз – у меня получилось.
Пролежав полчаса, я спустилась в столовую. За пять минут до закрытия…Опустевшую и безлюдную. Остались только салаты, да выпечка. Набрала еды. Съела, что успела. Остальное рассовала по карманам и унесла с собой.
Засыпая, я чувствовала, как начинается новая жизнь. Моя, в которой я становлюсь сильнее. Продуманней и желанней. Не только для Диндона. Но и для Формблю.
Я решила, что завоюю его. Даже если придется вызубрить весь учебник по некромантии. Даже если он думает по-другому и нацелен уехать в столицу.
Придется Рэдгоуну срочно обелиться в наших глазах и помочь найти преступника. Я чувствовала, что только в моих силах разрешить эту загадку.
И дело не в том, что Формблю тупее или бездарнее меня.
Дело в силе. Нашей, ведьмовской.
Силе рода со смешным названием - Грацифизус.
Глава 22
Воскресенье пролетело за учебой.
Мстящие выламывали мне окно. Но я, как истинная ведьма, успешно била их метелкой. Прямо по головам. Орала липовые проклятия и обещала позвать ректора.
А нечего портить мне настроение своей левитацией! Долетают они, видите ли, да бросают булыжники.
Никакой фантазии. Вообще!
Диндон не приходил. Да не слишком надо было! Я зубрила некромантию с самого первого урока, попутно уточняя заклинания в Справочном учебнике – ненужной книжке, как я считала, и которая так неожиданно мне пригодилась. Выписывала на отдельную бумажку и сравнивала с бабушкиными.
Заклинания рознились. Но и было в них общее ядро.
Мне стало легче запоминать схемы, когда я поняла это.
В понедельник первой лекцией шел Борзойд со своими Предсказаниями и гаданиями. Прочитав заданный параграф, я искренне считала, что всё поняла. Увы! Магистр придрался к сущей мелочи – неправильно произнесла определение «человеческой сущности» и влепил мне из-за этого три.
На вторую лекцию я пришла злая, как сто гадюк. И нахамила Вернсу по совершенной ерунде. Удивительно, какой выдержкой отличался магистр по философии нежити! На его лице не дрогнул ни единый мускул после моего хамского ответа. Он поставил мне четыре и вызвал к доске Нинель.
А вот на ведьмовство я сама шла с опаской. Во что мне выльется скандал на кладбище?
Ведьмы – существа вредные, мстительные. Не терпящие слабости. И от человеческой сущности у них остается немного.
Урсула же казалась мне воплощением самых ярких ведьмовских черт. И тем более я удивилась, когда преподавательница повела себя достойно и сдержанно, игнорируя меня и даже не смотря в мою строну.
Эта ее выдержка была, похоже, родовой особенностью. Как и у Формблю.
… К некромантии я готовилась особенно тщательно. О, как я мечтала поразить Генри своими познаниями, но он положил меня на лопатки буквально первым замечанием:
- Гелла, ты не той стороной рисуешь схему.
И всё. Мелок выпал из моих рук, и я рукавом стерла всё, написанное на доске.
Подняла мелок и перерисовала схему, добавив в нее новые, улучшенные значения.
- Не то, но сработает! – после секундной заминки, сказал Формблю и обернулся к группе: - Зарисуйте. Хорошую схему придумала Гелла. К следующему уроку предлагаю вам тоже пофантазировать: схема сбора пепла, схема активации некронасекомых их пыли…
Стоит ли говорить, что весь курс взвыл и нападки Мстящих усилились?
Только Рэдгоун держался особняком. Ведьмак здоровался со мной и общался на дистанции и в присутствии других студентов. Ничем меня не выделял. Ни к чему не принуждал, и спокойно ставил положенные мне пятерки.
Через два дня мне это надоело.
- Даже посоветоваться не с кем! – жаловалась я сама себе, расписывая схему сбора пепла, - Фамильяра нет. Жениха нет. Возлюбленный – закидывает заданиями, как сумасшедший. Зачет на следующей неделе! Новый год – через полторы. Просто с ума сойти можно!..
Первый снег стал постоянным гостем в нашем городке. Он прописался в нем настолько плотно, что на следующих выходных я слетала в Лимэс и отдала все деньги за сапоги. Получила стипендию – пусть не повышенную, но хоть какую-то, и прикупила шаль с невесомыми пуховыми варежками. Некоторые вещи чудесней самой магии будут!
Магистр Формблю больше не призывал меня, не обсуждал со мной пропажу детей. Даже про Чеша не вспоминал. А я хоть и волновалась за фамильяра – понимала, что у Генри ему будет безопаснее.